Многовато я скопировал.... Ну, да ладно - кому интересно дочитает до конца. От себя скажу, что в восторге я не был, но то, что это интересно со всех точек зрения это точно. "Его голос, бесспорное сопрано, не похож ни на голос мальчика, ни на голос женщины; он сильнее первого, но не так нежен, как второй."
http://www.veselago.org/ASX/moreschi_ave_maria.asx
"Голос кастрата… в записи?! Невозможно! - скажете вы. И будете правы. Почти правы. Потому, что пение последнего в мире профессионального певца-кастрата Алессандро Морески было записано на фонографические валики в 1902 - 1903 годах. Профессор Морески работал тогда солистом Сикстинской капеллы; там же он дирижировал хором.
Морески был настоящим кастратом, а не контртенором или певцом с необычайно высоким фальцетом.
Конечно, прежде всего возникает вопрос: в какой степени записи Алессандро Морески могут помочь нам составить впечатление о пении великих кастратов прошлого? Естественно, точно на этот вопрос ответить никто не в состоянии, но мне лично кажется, что сходство здесь абсолютно минимальное. Во-первых, мы не слышим здесь тех безумно-головокружительных фиоритур, что утверждали славу кастратов-виртуозов на оперной сцене; статус певца Папской капеллы не позволял Морески исполнять ничего, кроме довольно малоинтересной церковной музыки XIX века (и эту музыку впоследствии раскритиковал за "слащавость" папа Пий Х в своём знаменитом "Motu proprio" в 1903 году.
Во-вторых, лишённый возможности получить навыки настоящей вокальной школы, Морески демонстрирует всё-таки, скажем так, не вполне совершенную вокальную технику. Хотя возможно, что недостатки вокала можно списать и на возраст певца: в то время ему было немногим более сорока лет, но истории известно множество случаев скорого вокального "старения" кастратов, что - с точки зрения физиологии - можно объяснить воздействием мощного дыхательного аппарата крупного мужчины на нежные "мальчишеские" голосовые связки. Ведь писали когда-то в "Dizinario Universale dei Musicisti", что "[Морески] благословлён голосом необычайнейшей красоты"; ещё ему был присвоен титул "ангел Рима".
В начале 1902 года Фред и Уилл Гайсберги (первые менеджеры лондонского отделения компании Gramophone) решили отправиться в Италию, в надежде записать голос необычайно тогда популярного папы. Они были приняты в Ватикане с чрезвычайной теплотой и куртуазностью - однако тут же были вежливо, но твёрдо информированы, что записать голос Папы не представляется возможным в связи с преклонным возрастом последнего: Лео XIII в то время уже перевалило за девяносто. (Любопытно, что на следующий год, когда Папе исполнилось 93 года, Джованни Беттини - приватный антрепренёр с собственным фонографом, всё-таки записал голос Папы Лео XIII - через пять месяцев после записи Папа скончался). Зато против записи папской капеллы никто не возражал, и Гайсбергам предоставили для этого в полное распоряжение Архиепископский дворец. "Прямо на полу посреди великолепного зала со стенами, сплошь увешанными шедеврами Тициана, Рафаэля и Тинторетто, мы смонтировали свою чудовищную машину; затем присоединили к ней три раструба от входной записывающей трубы…" - можно прочесть в воспоминаниях Фреда Гайсберга в журнале The Gramophone (сентябрь 1944 года)."