Сталлоне даже в жизни выглядит этаким гибридом Рокки и Рэмбо. Если новомодный Саша Коэн расчетливо придумал для себя образ якобы казахского журналиста Бората и старается не выходить из него при появлении на людях, то Сталлоне – такое ощущение – искренне ассоциирует себя с двумя своими самыми известными героями. Сам их породил, сам ими и стал. О том, зачем ему понадобилось в шестой раз реанимировать Рокки на экране, Сталлоне рассказал корреспонденту «Русского Newsweek» Нелли Холмс.
Почему ваш Рокки вернулся на экраны именно сейчас, а не, к примеру, пять лет назад?
Пять лет назад он не был бы настолько интересен публике. Но эти пять лет полностью изменили мир.
Вы всегда замечательно выглядите. И все же, трудно ли возвращаться для съемок в боевую форму?
(Смеется.) Наступает время, когда ты, несмотря на занятия спортом, уже не можешь утверждать, что пребываешь в хорошей форме. Вечно что-то сломано или болит. Там болит, здесь болит - ты привыкаешь жить с перманентными недомоганиями. Но перед съемками нового «Рокки» я, как и в случае с прежними фильмами, начал интенсивно тренироваться. В этот раз у меня был поврежден шейный диск, вдобавок я сломал ногу, так что первое время тренировался на костылях. Это выглядело абсурдно! Но в итоге навело меня на мысль, что хореография боя из-за возраста и травм героя должна быть иной, нежели в прежних «Рокки». Моего соперника в «Рокки Бальбоа» изобразил Антонио Тарвер - чемпион мира в полутяжелом весе. Я сказал ему: «Давай просто побоксируем на ринге и посмотрим, что из этого получится». Так что несколько нокдаунов во время съемок были настоящими. В итоге я считаю, что травмы пошли мне на пользу, потому что сцены боя получились более спонтанными, менее отрепетированными. Вы видите реальный обмен взглядами между боксерами во время боя.
Как часто вам приходилось биться с настоящими боксерами?
Довольно часто. Хотя это опасно. Они ведь совсем не хотят поддаваться. В свое время меня, можно сказать, уничтожил Роберто Дюран (в 1970–1980-е неоднократный чемпион мира в легких и средних весовых категориях. - Newsweek). Меня натурально избил Джо Фрейзер (легендарный тяжеловес, некогда соперник Мохаммеда Али). После боя с ним у меня осталось четыре шрама, хотя поединок продлился, не поверите, всего девять секунд. А еще один знаменитый супертяж Эрни Шейверс так мне однажды врезал, что я вылетел с ринга.
У вас все есть. Зачем подвергать себя таким мучениям?
Мне 60 лет. Несмотря на то что люди стареют, они не перестают мечтать сделать в своей жизни что-то настоящее. Мой Рокки - символ такого желания. Как говорится, сердце стареет последним. Мне хотелось показать, что люди моего поколения совсем не потусторонние зрители на этом празднике жизни, а участники парада. Мои сверстники зачастую стесняются участвовать в нем, полагая, что общество, которое дает зеленый свет молодым, их осмеёт или осудит. Когда я затевал съемки шестого «Рокки», я был готов к тем унижениям, через которые проходит в фильме мой персонаж, когда решает вернуться на ринг. Готов к шуткам в мой адрес в вечерних ток-шоу. Когда человек пересекает определенную возрастную черту, на него начинают смотреть скептически. Люди любят тебя молодого. Все хотят послушать на концертах песни Пола Маккартни времен «Битлз». Но когда он предлагает исполнить песни из своего нового альбома, зрители начинают свистеть и негодовать. То же и с «Рокки». Ко мне регулярно подходят на улице фанаты первого «Рокки». Когда я спрашиваю их: «А как насчет последующих фильмов?» - они нередко отвечают: «О, они дрянь, но вот первый «Рокки»!..» Люди замыкаются в определенном времени и пространстве и не хотят ничего нового. Но я считаю, что каждый - стар и млад - достоин шанса. Да, мы в свои годы уже не можем выиграть все жизненные баталии. Но некоторые все-таки выигрываем. Хорошо бы выигрывать наиболее важные.
На подходе и новый – четвертый – «Рэмбо». О чем он?
Мой Рэмбо, как и Рокки, дань уважения моему поколению. Это будет фильм о человеке, который отрекся от себя, живет в джунглях, но судьба достает его и там. Он оказывается втянут в жуткий конфликт, который в реальности происходит в Таиланде. Там есть маленькое племя каренов, исповедующих христианство. Они подвержены жестокому геноциду со стороны народности бурма. Это самая продолжительная гражданская война в истории человечества: полмиллиона бурма против 8000 каренов. Первый «Рэмбо» был о человеке, не нашедшем себе места в стране, когда он вернулся из Вьетнама. Второй - о том, как он опять поехал во Вьетнам освобождать американских солдат из советского плена. Третий - об Афганистане. Но к моменту работы над ним было уже ясно, что русские выведут войска из Афганистана. Так что эта история выглядела на экране как «античная». Новый же «Рэмбо» погружен в сейчас. В подлинный апокалипсис. Мы снимаем в Таиланде в очень опасных условиях. Там есть минные поля. Представители бурма не знают, что снимается фильм. Отношения с ними наладить не удалось. Они просто видят нас бегающими с
Читать далее...