



Дети на севере возле Цфата

Что происходит в Израиле? – Просто зима.
Просто зима, полагаете вы? – Полагаю.
Все города в Средиземное море смывает,
Ваши продрогшие в +18 дома.
Что на Хермоне случится? – Случится январь
И в Галилее, считаете? – Да, я считаю.
Я ведь дубленку не зря привозил из Китая,
И остальной приполярный родной инвентарь.
Может, Кинерет наполнится? – Это вам хрен.
Хрен, вы уверены? Точно? – Конечно уверен.
Я уже слышал, и слух этот мною проверен,
Это обычный израильский наш феномен.
Что же из этого следует? – Следует пить!
Гроги, глинтвейны, и виски со льдом и водицей.
Вы полагает, стоит всем дружно напиться?
Я полагаю, что все это следует пить.
Следует пить, ибо сколько зиме не кружить,
Скоро наступит жара вечнолетнего ада,
Где не бывает совсем ни дождя и ни града,
Как же нам климат израильский всем не любить?
Бури и штормы у нас от зари до зари
По 50 мм дождей на округу.
Вы как хотите, я под одеяло супругу,
Греться возьму – раз два три, раз два три, раз два три.
Алексей С. Железнов
О погоде или Все познается в сравнении
20/01/2018
Впечатленный ночным штормом и утренним ливнем израильский народ утеплился не на шутку.
Ашдодский железнодорожная станция сегодня напоминала площадь в якутской деревне в день праздника. Дрожащий от холода и угрюмый, как всякий, уставший холодным утром, народ демонстрировал все мыслимые виды и фасоны курток, косух, парок, пуховиков и бомберов, проданных в стране развитого сионизма за последнюю пятилетку.
Из под верхней одежды виднелись свитера, лыжные флизки и тому подобные изыски. Особо изнеженные дамы и господа были в шапках, в большинстве предпочитая фасон головного убора, который обычно в чести у бомжей и грабителей банков. Гламурные юницы укутались в шубки из натуральной чебурашки, столь популярные в этом году.
Контрастом с ними русскоговорящие пенсионерки демонстрируют приверженность к классике, выбрав для промозглого утра бессмертные турецкие мохеровые кофты урожая 1991 года в сочетании с фланелевыми худди с информативными принтами. Их сопровождают мужья в синтетических кожанках и кепках — аэродром.
Доблестных солдат армии обороны Израиля обоих полов поверх форменных курток заботливые матери умотали разнообразными шарфами неспокойных расцветок. Две красавицы-офицера, черненькая и беленькая, в красных ботинках (признак формы десанта и штурмовиков) и с укороченными стволами (круче только Рембо) трогательно жались на платформе под розовым зонтом «hello Kitty».
Интересно, чья младшая сестра сейчас горько рыдает, не имея возможности пойти в садик с любимым аксессуаром? В стороне от этого этнографического буйства французская пожилая пара пьет кофе. Она в шоколадной норковой шубе, с идеальным макияжем и укладкой. Он в черном кашемировом пальто и шелковом светлом шарфе. Элегантны, спокойны. Оба обуты в сиреневые угги.
Израильская зима, бесспорно беспощадна: + 16, дожди.
Автор: Шула Примак
А я (с)тащила в Фейсбуке
А наша Кракозяброчка так ответила: А это - про нас! Четверг, 25 Января 2018 г. 14:49 Наш ответ Чемберлену (Израилю). Стишок прислала наша красноярская Юля. Хоть я и раньше это читала, но ржала взахлеб! Ссылка не кликабельна, но я не виновата)))) https://www.liveinternet.ru/users/krakaziabra/post429062204/page1.html#BlCom693025767 Перекличка двух стран получилась))) Минус тридцать! Минус тридцать! И щебечут дружно птицы! И светлы прохожих лица! И проклюнулась трава! Потепленье! Минус тридцать! Я раздумал застрелиться - Завтра будет минус тридцать! А не минус сорок два.Когда окончательно принимаешь расставание, когда перестаёшь цепляться за надежды на возвращение, когда рвёшь внутри себя те невидимые нити, что сплетали мысли к кому бы то ни было, внутри тебя остаётся прореха. Она зарастает потом, прорастает новой тканью, отличной от прежней. И ты уже немного не ты, и нет возврата к былому.
С каждой новой потерей ты осознаёшь этот процесс всё более явственно. Может, потому и цепляешься за уходящее с каждым разом всё дольше? Тебе уже известен плеск холодной воды Рубикона у щиколоток, ты уже знаешь, что решившись проститься, ты не сможешь связать обратно оборванные нити.
Но течёт время, как вода. Время, которое не лечит на самом деле, а всего лишь размывает резкость, отдаляя прошлые дни.
Вот тут проходит деление на тех, у кого в сите времени застревают хорошие моменты, и на тех, у кого застревают обиды. И если встретятся двое с разными ситами - то воспоминания их об одном и том же будут разными. Кто-то будет помнить весенний день, красные сапоги и белобрысую чёлку, а кто-то - пропавшие тапочки и тараканов в электророзетке.
P.S. На самом деле на сегодня и сейчас у меня прекрасное настроение, просто разные кусочки последних дней сложились в слова.
И Том Уэйтс тихо поёт непонятное хриплым голосом, "словно вымоченным в бочке с бурбоном"©.
[700x525]