В колонках играет - Static-Х - "Down"
Настроение сейчас - РЖУНИМАГУ!!!!!)))))))))))))))))))))
- Мать моя Шилен… - прохрипел темный эльф, взирая мутными глазами на отражение своего лица в лезвии меча.
Лицо темного эльфа за ночь претерпело некую тонкую метаморфозу, доступную пониманию только собутыльников: здоровый синий цвет лица сменился нездоровым синим. Уши поникли, левый глаз нервно подергивался, а правый почему-то не желал открываться. Эльф с трудом приподнял плохо слушающимися пальцами правое веко, и тут же опустил его на место – глаз задумчиво смотрел куда-то в противоположную (относительно левого) сторону.
С трудом попав мечом в ножны, эльф пнул носком латного сапога («Это что же, я так вчера сапоги и не снял?..») валяющееся рядом мохнатое тело.
- Хррря-я… - отреагировало тело на столь варварское обращение.
Однако эльфа так просто разжалобить не удалось. Он еще пару раз повторил пинательное движение сапогом, и был вознагражден мутным блеском красного глаза, открывшегося в глубине болезненно храпящей кучи меха. «Чо надо?» - печально вопрошал глаз всем своим зрачком.
Эльф прокашлялся, тут же пожалел об этом – в голове весело разорвался дварфийский фейерверк – и хрипло вопросил:
- Вы из чего эту бодягу варите?..
Вопрос оказался слишком сложным для мохнатого тела. Взгляд единственного доступного глаза остекленел, издаваемые телом звуки смолкли. Это могло означать что угодно: от того, что тело задумалось, до того, что оно внезапно решило сдохнуть прямо сейчас, чтобы не мучиться.
Тем временем эльф, видимо, забыл вопрос, который пытался задать рыжей туше, и решил подняться на ноги, дабы получить лучший тактический обзор места вчерашнего… э-э… вчерашнего. Опираясь на собственный меч в ножнах, отломанный кем-то кусок баррикады и задумавшуюся (а может, скопытившуюся) мохнатую тушу, эльф совершил героическое восхождение на высоту собственного роста.
И открылось мутному взору его поле. Поле было небольшим и наклонным. На поле когда-то росла трава, а ограждали поле с двух сторон две бревенчатые стены типа «частокол», а с двух других – обрывы. Слева в реку, справа – на дорогу. Странное, короче, поле было.
Поле было покрыто телами. Первый беглый взгляд выделил восемь мохнатых рыжих туш оль-махумов, которые, несомненно, очень жалели, что их не убили вчера, одно массивное зеленое тело, лежащее носом вниз в кусте какого-то дикорастущего салата, два эльфийско-магических тела, в обнимку храпящих под частоколом, одно женско-рыцарское – это можно было понять по доспеху и растрепанной прическе – свернувшееся клубочком на краю обрыва в реку, одно маленькое девичье-гномское, безмятежно посапывающее где-то в окрестностях зеленого.
И наконец, взгляд остановился на последнем, самом дальнем от темного эльфа теле. Тело принадлежало светлой эльфийке, дремало где-то среди баррикад на противоположном конце поля, и сжимало в тонких пальчиках левой руки бутылку. Зрение темного эльфа, хоть и было сейчас не в лучшей форме, но выделило самое главное – в бутылке еще оставался алкоголь. Почти половина!!
Темный закрыл глаза, мысленно воззвав к Шилен и Гран Каину с просьбой ниспослать ему твердости походки достаточной, чтобы достичь того конца поля живым, и двинулся в путь.
И шел он сквозь мутный рассвет, аки ангел похмелья всемирного, осторожно (потому что нетвердо) ступая тяжелыми латными сапогами по хвостам оль-махумов, и белые волосы его фосфоресцирующими патлами падали на нездорово-синее лицо, и уши его грустно поникли, и правый глаз все еще не желал открываться.
И достиг он эльфийки и вожделенной бутыли, и протянул к ней руку, и взял он бутыль… но пальчики у эльфийки оказались на удивление крепкими, а вдобавок выяснилось, что правая рука ушастой сжимала тяжелый фальшион, который сейчас, видимо, рефлекторно, приподнялся, намереваясь защитить от злобных узурпаторов содержимое бутылки.
Эльфийка безмятежно спала.
Темный поскреб себя в затылке и тихо выругался – очередная порция дварфийских фейерверков болезненно расцветила изнутри единственное функционирующее глазное яблоко.
Эльф попытался думать – надо же было найти способ извлечь из мертвой эльфийской хватки вожделенную высокоградусную жидкость. Мыслительный процесс, правда, продвинулся недалеко – и темный, лихо уворачиваясь от рефлекторных взмахов фальшиона, принялся выдирать бутылку из цепкой лапки девушки.
И рано или поздно он, конечно, преуспел бы – не зря же в своей весовой категории дети Шилен – самые сильные существа на двух континентах. Да вот незадача – эльфийке взбрело в голову проснуться в одном из самых ответственных мест процесса выдирания бутылки. Увидев перед собой старательно перекошенное синее лицо, она от неожиданности выпустила емкость.
Темный, лишившись точки опоры, которой ему служила железная хватка эльфийки, с лязгом цепляясь доспехами за камни, укатился к
Читать далее...