Это цитата сообщения Los_Alamos Оригинальное сообщение

тихо, девочка, мысли надо гладко причёсывать.
будешь его целовать – думай о прошлом:
о том, как ты маялась с длинными косами,
и как с короткими волосами стало пошло.

о том, какие у него руки забавно сильные.
о том, какие у него губы прикольно вкусные.
он, наверное, кушал яблоки молодильные,
иначе с чего бы его глазам быть грустными.

тихо, девочка, руки следует спрятать за спину.
и никогда не трогай без разрешения.
от прикосновений тела станут затасканней,
как будто после кораблекрушения.

просто стой и любуйся на него, милая.
он красивый и грустный, с чего бы ему иначе.
и хотя у него руки забавно сильные,
и хотя у него глаза никогда не плачут –

ты его не трогай, так будет правильней.
дыши глубже, с ним рядом всё слаще воздух.
в вас, видишь, разное совсем вплавили.
в тебя – золото, в него – звёзды.

(с)

Илья_Маргулис,

[409x158]

Благословляя единство между
Духом святым и телом,
Я нарисую тебе надежду
Белым, Мария, белым.

Лучшее в мире, что мог отдать я,
Будет с тобой отныне.
Небо раскрыло тебе объятья –
Синим, Мария, синим.

Это не бремя, не груз, не ноша –
Дар от меня немалый
Бился под сердцем, тебя тревожа,
Алым, Мария, алым.

Только для вас этой зимней ночью
Ангелы тихо пели.
Ты заглянула младенцу в очи –
Зелень, Мария, зелень...

Лишь одного не опишешь верно –
Цвета земного нету –
Нету названья любви безмерной...
Свету, Мария, свету.

(с)

Назови это мифом
И сказкой сусального золота,
Расписными вратами
В истоптанный, узкий загон –
И упрямым Сизифом
Своим рассудительным холодом
Снова втаскивай камень
Неверия прямо на трон...
Ни к чему убеждать –
Ведь когда-нибудь камень расколется
Как созревший орех,
И увидишь тогда, что внутри
Есть огонь негасимый...
И незачем спорить и ссориться.
Он всегда там горел –
И у каждого в сердце горит...

(с)

Подобно Сирано, я страшный спец
в мечтах любви, но не в самом предмете,
где я его фиаско сольный жнец,
а швец любви играет на кларнете,
украденном у Карла Кларой - то
история учений детства - сторицей:
произношу я сладко, как никто, -
халва, халва, - а слаще не становится.

(с)

Очи твои больны
солью морей.
Перси твои полны
лаской моей.
Но я человек страны,
где женихи
ждут от моей жены
жеста руки.
Верность, она как стать, -
время склонит
новому мужу стать
краской ланит,
силою мышц спинных,
искрой в крови.
Гарпий моей вины
не прокорми.
Ты же, Калипсо, ты -
только моя.
Прелести наготы
не умаля,
ты меня будешь ждать,
без женихов,
тысячи долгих дат,
сонмы веков.
Может, снова с небес
падёт война.
Снова меня к тебе
бросит волна.
Ибо в царстве тенет
я под венец
стану бессмертным - не
по твоей вине.

(с)

Засыпай, засыпай
на краю отгоревшего дня,
Не смотри, что за окнами
ветер в агонии бьётся;
Утром в улочки выльется
нежность весеннего солнца,
Растекаясь ручьями
и ласковым звоном пьяня.
Засыпай, засыпай.
Крылья ночи укутают нас,
Невесомые волны ветров
нам подарят паренье;
Темнота растворяет, как соль,
расстоянье и время –
Это сонное зелье
хмельнее любого вина.
Засыпай, засыпай.
Завтра город проснётся опять –
И умоются светом дома,
оживив переулки;
Им, наверное, даром не вспомнить
те наши прогулки,
Мне самой будет жаль
их из памяти вдруг потерять.
Это, видно, весна
наполняет меня, через край
Убегая ветвями ручьёв
и грозя наводненьем, -
Я не сплю. Я уже наяву
испытала паренье;
Мне теперь не уснуть,
Ну, а ты –
засыпай, засыпай...

(с)

Манящая_в_пропасть,
Kisska67,
Сказочка_Победовна,
[324x288]

"Как бы хотелось – тебе – рассказать свою жизнь..."
(c) Алёна Гаспарян

Я тебе расскажу обо всех моих главных днях,
Может быть – о ночах моих главных упомню даже;
Расскажу, как мой мир изменился вокруг меня,
И пускай будешь только смеяться: мол, ты – всё та же.

Расскажу, как плыла по теченью чужой реки,
Как тянули ко дну неподъёмных сомнений гири;
И про то, как бездарно училась любить других,
И про то, как меня всё пытались любить – другие.

Я тебе расскажу – про изящную ложь и лесть,
Как кредит доверия редко бывал оправдан;
Как себя отдавала – такую, какая есть,
И беспечно другим, как тебе, открывала карты.

Про жестокие игры, про глупый и вечный бой
С притяженьем упрямым над скатом железной крыши...

В общем, лыко в строку – только бы говорить с тобой;
Даже – зная, что ты меня больше уже
не слышишь.

(с)

Иллюстрация Ольги Макаровой

[640x480]

Не возвращайтесь к былым возлюбленным,
былых возлюбленных на свете нет.
Есть дубликаты —
как домик убранный,
где они жили немного лет.

Вас лаем встретит собачка белая,
и расположенные на холме
две рощи — правая, а позже левая —
повторят лай про себя, во мгле.

Два эха в рощах живут раздельные,
как будто в стереоколонках двух,
всё, что ты сделала и что я сделаю,
они разносят по свету вслух.

А в доме эхо уронит чашку,
ложное эхо предложит чай,
ложное эхо оставит на ночь,
когда ей надо бы закричать:

"Не возвращайся ко мне, возлюбленный,
былых возлюбленных на свете нет,
две изумительные изюминки,
хоть и расправятся тебе в ответ..."

А завтра вечером, на поезд следуя,
вы в речку выбросите ключи,
и роща правая, и роща левая
вам вашим голосом прокричит:

"Не покидайте своих возлюбленных.
Былых возлюбленных на свете нет..."

Но вы не выслушаете совет.

(с)

http://gb-st.narod.ru/song.htm

Ну, вот и всё, окончен год,
простились вроде...
А он сидит, чего-то ждёт – и не уходит.
И теребит мои ключи
в ладони красной...
Но я молчу – и он молчит:
и так всё ясно.

И тот, другой, уже звонил: мол, на подходе.
А он – глазами: "Не гони!" - и не уходит. –
"Ну, хорошо, я хулиган, со мной не сладко..."
А сам – ключи себе в карман, почти украдкой.

"К чему они тебе, чудак? Бывают круче..."
– Да так, – смеётся он, – Да так... На всякий случай.

(с)

Byuti,

[265x85]

Найдено у Acoustics в сообществе Wandelhalle.

Ссылка на источник
http://www.photoforum.ru/user/16520/photos.0.0.date.desc.0.0.0.1.ru.html

[699x476]

Зимушка-зима...

Любезные френды! Дорогие ПЧёлки! Уважаемые гости!
Перешлите мне, пожалуйста, в качестве новогоднего подарка Лирушную рассылку новостей за вчерашний день - до меня она не дошла.
Очень жду...

Пусть в наступающем году
Успехи новые придут,
Во всём сопутствуют удачи
И разрешатся все задачи,
И чтобы этот год грядущий
Был лучше всё ж, чем предыдущий!

[442x420]

Оставим череп без трепанаций:
Своё сознанье не дам калечить.
С тобой, как прежде, я буду знаться,
Шутить при встрече.

Мы скоро сможем легко трепаться,
И ты не ранишь, меня не ранишь.
На мне ведь будет железный панцирь.
Не то, что раньше.

К ближайшей важной парадной дате
Былую нежность, как дым, развею
И ожерелье твоих предательств
Порву на шее.

Легко коснувшись тебя руками,
Пойму: свобода! Свершилось чудо.
Как давят своды тюремных камер,
Легко забуду.

Легко забуду, как в спазмах плача,
Ковала панцирь на страшной кузне
И понимала: да не палач ты,
А тоже узник.

Ты просто узник другой темницы,
А я однажды очнусь на воле,
И ты мне больше не станешь сниться
В кромешной боли.

Жизнь в одиночном закружит танце,
Холодном, быстром, слегка порочном.
Меня не ранишь: на мне ведь панцирь,
Он будет прочным.

Его не вскроют ни нож, ни скальпель.
Я буду думать о нас всё реже...

Дай нож в рубинах кровавых капель:
Я хлеб нарежу.

(с)

Я - безответственная сволочь.
Я бью сердца и жгу мосты.
Вгрызаюсь в душу, будто щёлочь,
и оставляю в ней следы.

Я - бессердечное созданье:
надежды рушить, сны крушить,
мечты топтать - моё призванье.
В моей душе нет ни души.

Я режу лезвием по нервам.
Я - беззастенчивая тварь.
Я - гололёд. Я - падший сервер.
Я - застывающий янтарь.

Зияю, как живая пропасть,
пуста и вечно голодна.
Во мне сгорят и страх, и робость.
Я - бездна. Значит, я без дна.

(с)

Как бы хотелось мне
С кем-нибудь
Поговорить.
Неторопливо, за чаем, про всё, что случалось когда-то,
Так, чтобы всласть и взахлёб, наизнанку, навзрыд,
Чтоб оживали события, лица, и знаки, и даты.

Как бы хотелось – тебе – рассказать свою жизнь,
Знаками, лёгким движением губ и улыбкой.
Только бы знать, что услышишь... Услышишь? Скажи!
Я приплыву к тебе в невод доверчивой рыбкой.

Как бы хотелось – опять – научиться летать,
С места, с обрыва, с такого вот хоть разговора,
Снова с начала начать, с отрывного листа,
Перечеркнуть всё, что было – написано - чёрным.

Как бы хотелось мне взять, рассказать свою жизнь,
До эпизода, до грани, до каждой минуты.
Только – кому? Оглянусь, а вокруг - ни души.
...Зеркалу я улыбнусь, отстранённо, как Будда...

(с)

Он сдержан, он знает меру, он знает цену всему,
Он вежлив так, что порой не в радость себе самому;
Он, если делает, - делает по уму.
Его правила жмут ей – совсем как тугой корсет;
Она просит других – расстегнуть, когда в глазах уже меркнет свет.
Их расставание длится несколько лет.

Она – игрок, театрал, вечный зов и извечный гон;
Она умеет и любит сказать последнее слово и выйти вон.
Всем ясно, она – ни разу не для него.
У него всё проще, – он её относит к своей семье;
Он холодной рукой до боли сжимает пальцы её в серебре –
И попросту забирает её себе.

И каждый раз –
Как правило, по утрам, –
Она шепчет: "На этот раз, действительно, мне пора;
На этот раз – устала я
Умирать".

И каждый раз –
По жизни ли, по игре, –
Она сжимает трубку пальцами в серебре:
"Можно мне ещё раз,
Немножечко, -
Умереть?.."

(с)