Григорий Гелюта "Не-Герда и Прометей"02-04-2008 20:09
Вместо эпиграфа
У английской писательницы Мэри Шелли есть повесть "Франкенштейн или Современный Прометей" - об искусственно созданном человеке, убивающем своего создателя.
Это утро - пролезло под дверью запиской в конверте
Из пустых, но прекрасных, до боли осознанных снов.
Ты же всё понимаешь: не Герда. И не было Герды,
Лишь печальная флейта и полуживой Крысолов -
Целовал твои губы, и пальцы скользили по коже,
И мелодия билась, как птица, в окошки зеркал...
Он был богом твоим. Возжигающим пламя. И всё же -
Вдохновенно, безумно - всего лишь тобою играл.
Не смотри ему вслед. Но - пытаться забыть - бесполезно.
Возвращаться - нельзя. Знаешь, память свою теребя,
Ты находишь в себе только бездну. И сонная бездна
С интересом кошачьим глядит и глядит на тебя,
И рождается чёрный орёл. Крысолов - не бессмертен.
Ветер шепчет ему - быть беде, быть беде...
Быть беде,
Если полузамёрзшей и не-одинокой не-Герде
Повстречался игрок, современный творец-Прометей.
Зреют тучи на осинах.
Чёрный Ворон не дыша,
взгромоздившись на вершину,
цедит звёзды из ковша.
Зацепившись треуголкой
за серебряный крючок,
чёрный Ворон смотрит волком
в мой надраенный зрачок.
Цедит Ворон Воронович,
отмеряет каждый шаг.
Ближе. Ближе. С каждым словом
всё серебряней дышать
под прицелом двух рентгенов —
может, лет так через сто
или завтра я надену
воронёное пальто.
И обмякну. И не вспомню
самый простенький мотив,
в нежилых скорлупках комнат
даже имя позабыв.
Выплюнув созревший гелий,
встанут тучи у виска —
чёрный Ворон станет белым,
хлынут звёзды с потолка
в неприученное горло —
так полынно-холодны...
обратное дерево урастает корнями за облака.
в корни впитывается прохладное лунное молоко,
пока ветви бережно обвивают раскалённое земное ядро.
на ночь обратное дерево
стряхивает золотую кору,
и по гладкому туловищу спящего блуждают серебряные кроты,
червяк, как совсем человек, носит слова во рту,
листья обратного дерева перешёптываются во сне,
ему снова мерещится: кто-то пришёл
повисеть вверх тормашками рядом с ним.
_______________________________________________
я в нём когда-то жила.
грунтОвые воды пила,
смотрелась в их мутные зеркала,
тикала-пела внутри дупла.
оно слушало, как я пью, как пою,
и с изнанки ствола
цвело.
Екатерина Бушмаринова "В моём саду – такая тишина"29-03-2008 19:08
За этот ад,
За этот бред,
Пошли мне сад
На старость лет.
М.Цветаева
В моём саду – такая тишина...
Промозглый март. Ещё деревьям рано
болтать, шуршать листвой, и нет листвы,
и мало желтизны и синевы,
и лужи отражают, как экраны,
одну меня, и я опять одна.
В моём саду – такая тишина,
что слышно, как летит в ста метрах камень.
Ни строчки, ни полстрочки, ни стишка...
И робкого несмелого стежка
я сделать не могу сейчас на ткани,
хотя игра с иглой разрешена.
В моём саду – такая тишина.
Расселись ноты в гамме на насесте
и крепко спят. Так надобно пока.
Пишу "Пока!". Не дрогнула рука,
но ухает в груди, как филин, сердце,
за пять минут до твоего звонка.
Екатерина Бушмаринова "Колокольчики-бубенчики"28-03-2008 00:15
А я живу, витая в облаках,
а я хожу, как клоун, на руках.
И улей виртуальных поцелуев
гудит мне песню, нежную и злую...
И колокольчик в горле – врун, заика –
звенит, болтает, дожидаясь мига,
когда, ладонь мне к шее приложив,
ты скажешь: "Там же голос твой дрожит!"
На улицу выходим из тепла.
Я вроде ничего и не пила.
Но воскресенье сделалось прощёным...
Моё лицо в авоське капюшона
ты тянешь вверх, к губам своим горячим...
Куда всё это денем мы и спрячем?
Бубенчик мой в гортани плачет, шут.
Мне прыгать вверх. Давайте парашют.
Напрыгавшись до белых облаков,
я отойду на несколько шагов,
чтоб руки опустевшие заныли,
и стук в висках, и пальцы ледяные...
И если разговор сейчас закончить,
то захлебнётся в горле колокольчик.
Тащи – в тартарары, в дыру, в нору...
Иначе я от нежности умру.
Всё чего-то не хватает, чтоб уйти сию секунду. Дверь прикрыть, чтоб не тянуло сквозняком небытия. Всё сложилось, как сложилось - в карточную груду. В середине я.
Фильм, в котором почти непроизводима речь.
Она пишет ему откуда-нибудь "тут сыро" -
Он ей очень рекомендует себя беречь.
И они никогда не осуществляют встреч –
А на сэкономленные отапливают полмира.
Ему скопленной нежностью плавить льды, насыпать холмы,
Двигать антициклоны и прекращать осадки.
Ей на вырученную страсть, как киту-касатке,
Уводить остальных от скал, китобоев, тьмы.
Славно съездить, мой милый, мягкой тебе посадки.
Познавательной мне тюрьмы.
Я тебя не смогу научить, я сама не умею...
Я живу между светом и тьмой, между явью и сном.
Как листок пожелтевший, подхваченный ветром в аллее,
Как озябшие капли дождя, что стучатся в окно.
Между чёрным и белым напрасно всю жизнь выбирая,
Раздавая чужим то, что лучше б оставить своим,
Из хрустальных осколков мечты витражи составляю:
Одинокий мой парус, лазурные струи под ним...
Половина пути – или больше?.. От края до края –
И войду в этот сумрачный лес, где всё пепел и прах,
Даже там, у черты, свой потерянный рай вспоминая:
Запах хвои сосновой... А может быть, соль на губах...
...А голова звонка, пуста, чиста,
Как комната, в которую ты въехал
И почему-то стал считать до ста,
Но не для счёта, а скорей для смеха,
И ты смеёшься, стоя в ней, и эхо
С тобой смеётся вслух, и только та,
Кто подтвердить твой смех молчаньем может,
Сейчас кому-то служит эхом тоже.
сколько же, сколько их получала - признаний, писем, и слёз, и просьб: интересно-лестно так поначалу, а потом-то - возьми да брось. И все они: асечные, тет-а-тет, sms-очные - в кашу слились, - как и мой бесконечно один ответ: "Ну не надо, не стоит, please"
и храню открытки, месседжи в личке, тетрадки стихов, сухие цветки; раз сплошной чередой похожие личики - так хоть это напомнит, кто был каким. И они хранят мои фотки, книжки (взяли почитать, да уж не вернут), - и я совсем не считаю лишним думать о каждом по пять минут
другие. Глаза их светлы обычно, что ни слово - стёб или смех. Это я сама им писала в личку, и каждый из них был прекрасней всех. Я для них - контакт в телефонной книге, смутное воспоминание, просто тень, мониторчика голубые блики в заполночной комнатной темноте
они - шрамы мои: много-много ссадин; все зажили (вот, я была права). Я мечтала нежно их руки гладить и шептать им ласковые слова, ощущать, как жарко мне в шею дышат, на подушки счастливо упадать... И я совсем не считаю лишним не вспоминать о них никогда
для кого-то я промелькнула тенью, кто-то мне случайною тенью был
это тоже одна из примет весенних - по остатку гадать: "любил - не любил..."
Александр Пушкин "Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит"20-03-2008 01:13
Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит -
Летят за днями дни, и каждый час уносит
Частичку бытия, а мы с тобой вдвоём
Предполагаем жить, и глядь - как раз умрём.
На свете счастья нет, но есть покой и воля.
Давно завидная мечтается мне доля -
Давно, усталый раб, замыслил я побег
В обитель дальную трудов и чистых нег.
чья паранойя крепче чьё сердце жёстче чей прищур уже
лихо кому внутри накипело пеной кому снаружи
чьи там фанфары громче чьи розги хлеще вершины круче
кто там кому-то немой свидетель кто там кому попутчик
кто без ножа зарежет чей бег отчаян кто приручённей
кто же там миром мазан кто сыт речами кто дёгтем чёрен
кто там привычней к боли к тоске-кручине чьи слёзы горче
кто там в экстазе в анабиозе в бозе кто в диких корчах
чьи поцелуи слаще румянец ярче чело яснее
чья же больнее ревность чья твёрже верность чья ложь честнее
чьи же прочнее нервы чьи звуки звонче чьи струны тоньше
в ком аппетит сильнее веревки туже отваги больше
с чем же здесь проще выжить с тяжёлым камнем с железным ломом
что говорят арканы кому в нирвану кому к другому
Екатерина Бушмаринова "Общественно-транспортное"18-03-2008 01:31
Всё останется так же, виноваты мы сами.
Будут те же картины, будут те же обои...
Едем рядом, не вместе. От случайных касаний –
сразу искры. И слёзы на глазах у обоих –
ну за что же уж так-то – до впадения в детство?!
Мы не вместе. Как будто просто нам по дороге.
На привычном маршруте никуда ведь не деться
от возможных знакомых. Эти жалкие крохи,
это полуобщенье мы клюём, словно птицы,
после честно по клеткам разлетаемся, впрочем.
С каждым разом труднее почему-то проститься,
с каждым разом дорога, как ни странно, короче.
Крохи – тоже общенье. Это так суррогатно.
Это так натурально, как молочные смеси.
Пристрелил бы нас что ли Купидон из рогатки!
Просто едем. Не вместе.
Почему мы не вместе?..