Где серебром вплетён в городской разброд
голос замёрзший флейты, и затяжной
лёд на губах в несладкий полон берёт
месяц за годом - поговори со мной.

Пусть под студёным ветром играет весть
труб петербургских тёмным декабрьским днём,
пусть в дневнике сожжённом страниц не счесть,
не переспорить, не пожалеть о нём;

сердце в груди гнездится, а речь - извне,
к свету стремится птица, огонь - к луне,
заворожённый, тёмный костер ночной,
вздрогни, откликнись, поговори со мной,

пусть золотистый звук в перекличке уст
дымом уходит к пасмурным небесам -
пусть полыхнёт в пустыне невзрачный куст -
и Моисей не верит своим глазам.

(с)

Rob Gonsalves любит жизнь, людей и путешествия. У него всегда необычные ландшафты, пейзажи и радостные люди, дети.

[398x550]

+ 18 в комментариях

Душа стеклянная, кого ты ждешь, звеня?
Смотри, расходятся любившие меня,

бледнеет дальний свет, слабеет львиный рык,
глодает океан гранитный материк, -

но помнит вольный волк и ведает лиса
хруст шейных позвонков при взгляде в небеса,

а ты всё силишься, всё целишься в упор -
душа бубновая, железный уговор...

(с)

...не ищи сравнений - они мертвы,
говорит прозаик, и воду пьёт,
а стихи похожи на шум листвы,
если время года не брать в расчёт,

и любовь похожа на листьев плеск,
если вычесть возраст и ветра свист,
и в ночной испарине отчих мест
багровеет кровь - что кленовый лист,

и следов просёлок не сохранит -
а потом не в рифму мороз скрипит,
чтобы сердце сжал ледяной магнит, -
и округа дремлет, и голос спит -

для чего ты встала в такую рань?
Никакого солнца не нужно им,
в полутьме поющим про инь и янь,
чёрный с белым, ветреный с золотым...

(с)

...От каждого места нашей жизни нам остаётся что-то. Камушки с морского берега, высушенные листочки в книгах, монетки, иногда – просто песок в туфлях...
...От каждой любви мы получаем что-то. От одной – опыт, от другой – ребёнка, от третьей – волну страстей и скандалов, от четвёртой – груду писем, от пятой – всего лишь несколько прекрасных прогулок по ночным улицам. От одной – годы счастья, от другой – месяцы, от какой-то любви можно получить одну минуту счастья. И это – всё, что можно от неё получить. Столько она способна тебе дать. И не нужно ждать и требовать большего...
...Самый страшный момент - в ожидании расставания. Расставания безнадёжного, тем более. Ты знаешь, что сейчас человек уедет, сядет в машину, оглянется или нет, помашет рукой - а ты останешься и - что тогда? упадёшь, подкосятся ноги, перехватит дыхание, сердце разорвётся, захочется кричать, бежать следом? Часы перед прощанием всегда наполнены этой, наверное, похожей чем-то на предсмертную, тоской.
В моей жизни было столько прощаний. Это просто всего лишь ещё одно...
...Я знаю, всё хорошо. Мы сами выбираем эту боль, это право идти вот так и чувствовать каждый шаг этой жизни. Я люблю ценю возможность чувствовать, что мне может быть больно. Что я жива...

(с)

Знаешь, если писать всё как есть, то получится длинно,
Утомительно, глупо, нелепо – и, всё же, неполно.
Слишком липко, как чёрная патока, горько как хина,
Беспощадно и страшно – как десятибалльные волны.

И поэтому я напишу тебе просто: сегодня
Тихо солнце вставало – и мне это было не нужно.
Я устала искать свой покой по чужим подворотням,
Где любые прямые сгибаются как-то в окружность...

Или даже короче: мне очень тебя не хватает –
Чтобы здесь и сейчас, а не плоская рожица смайла.
Наплевать, что у нас теперь разные крылья и стаи...
И что это письмо к тебе явно уже опоздало.

(с)

LEYA_12,

[500x150]

Это цитата сообщения Старлей Оригинальное сообщение

Если внимательно посмотреть.

Очень, очень часто в жизни мы видим лишь внешние проявления и не видим скрытые характеры или образы. Немногим дано разглядеть за ширмой обыденности удивительные особенности каждого из нас. Один из примеров я увидел на выставке... вроде времена года, а в каждой картине есть человеческий образ.

[показать]

Я растворяюсь в тебе, как сахар
Тает в прозрачном озере чая,
Я рассыпаюсь - пеплом ли, прахом -
Я этого, честно, не замечаю.

Я растворяюсь - ибо считаю,
Только лишь в сплаве мы станем ближе -
А ты отхлебнёшь из стакана чаю,
Спросишь: "На кой эта липкая жижа?"

Знаешь, а мне раствориться - проще,
Знаешь, куском-то гораздо хуже -
Но ты презрительно губы морщишь -
Да ты и чай-то не любишь к тому же.

Я растворяюсь в тебе, как сахар
Плавится, тонет в горячем кофе, -
Я растворяюсь в тебе без страха -
Это ли чувство зовут любовью?

Что до меня - то давно привыкла
Пить, заедая всё шоколадкой...
Ты отдаёшь мне себя по нитке,
По капле, по крошке. Остатки сладки.

Мне и остатков хватает, право, -
Мы отдаём только то, что можем.
Главное - только, что ты есть рядом.
А счастье... Счастье мы сами сложим.

(с)

Дует-дует округлый ветер,
Задувает под пальтецо.
Я мечтаю вовсю о лете,
Я перчаткой держу лицо.
Я шарфом прикрепляю шею
И шнурками креплю ноги -
Ветер дует и стужей веет,
И змеёй скользит по дороге.
За спиной у меня крылья -
Мирно спят в рюкзаке тяжком:
Крылья, книги, жилет стильный:
Вязки авторской, с крупной пряжкой.
Крыльям тесно в заплечной таре,
Крылья с книгами вечно спорят,
В тесноте друг друга читают:
О горах, о веках, о море.
Книги дёргают крыльям перья,
Книги сами себя пишут,
В тесноте стали крылья нЕрвны,
Крупной пряжкою в книги тычут.
В тесноте спит жакет стильный,
Вязки авторской, ниток пёстрых:
Он вещами прижат сильно,
Круглым воротом ловит воздух.
А снаружи - округлый ветер,
Дует, воет, несёт с собою.
Ты узнаешь меня, встретив -
У меня рюкзак за спиною....

...А в нём - крылья.
Авторской вязки...
Да, я ангел, уставший ангел.
Я рисую. И верю в сказки.

(с)

Это неважно, сколько тебе лет,
Это неважно, сколько тебе зим.
Главное: утром, зимой - свет...
От того, что рядом проснулась с ним.

Это неважно, сколько пройдёт дней,
Это неважно, сколько ночей назад.
Главное: чувство твоё сильней -
От того лишь, что ловишь его взгляд...

Это неважно, сколько всего минут,
Это неважно, сколько всего часов -
Главное, знать, что тебя ждут,
Главное, знать: понимают уже без слов...

Это неважно, как и зачем молчать,
Это неважно, что крылья у нас в душе.
Главное - имя твоё просто так шептать,
Просыпаясь, как кошка, на тёплом твоем плече...

Это неважно, безумна ты или нет -
Это неважно - в своём уме или в чьём ещё...
Знаешь, любовь - это жёлто-розовый свет.
Это солнце... А прочее всё - не в счёт...

(с)

DestroytheSky,
__Ann__,
[333x192]

читать дальше

Найдено у user ЖЖ Anabella.


КРАСНАЯ ШАПОЧКА (СЕРЕБРЯНЫЙ ВЕК)


Игорь Северянин

По тропинке межсосенной, что вилась серпантином,
Шла невинная девушка с инфантильным лицом.
Под вуалью двуслойною. В платье бежевом длинном.
Вился локон под шёлковым ярко-алым чепцом.

Весь охваченный грёзами и томленьем неясным,
Со слюной ожемчужненной на изящных клыках,
Увидал эту девушку в милом чепчике красном
Зверь с серебряной шкурою, что таился в кустах.

(с)

+ 7 в комментах )

В утробе душного метро,
Где бродит ошалевший ветер,
Глядит невидяще в окно
Созданье солнечного света.

Усталый ангел городской,
Обняв унылые тюльпаны,
Глядит в окно. Глядит с тоской -
Опять вставать придётся рано,

Настолько рано, что луна
На шторе виснет шаловливо:
"Вставай, мол, ежели должна.
Потом досмотришь сон счастливый,

В котором просто быть собой -
Прекрасной, хрупкой, нежной, мудрой,
И не бежать стремглав домой,
На стрелки глядя поминутно."

Тюльпаны красным языком
Ей лижут руки, шубу, щёки...
Как сладко думать о своём -
О чём-то "близком и далёком".

И, если помыслы чисты,
Пусть круглый год, зимой и летом -
У вас сбываются мечты,
Созданья солнечного света!

(с)

Найдено у user ЖЖ jazzzzman.

Я нашёл третью беду в России. Это названия банков.

читать дальше

ОбыкновенноеЧудо,

[477x86]

Сосны иголками гладят небо, солнце в ветвях тая,
Старый солидный крот под корнями учит другого рыть...
Вот, на земле лежит оболочка. Господи, это я.
Я не умею молиться - просто не с кем поговорить.

Здравствуй! Прекрасна твоя обитель, радостна и чиста.
Как же мне хочется влиться в благость ласковую твою...
Господи, что у меня внутри? Лишь вязкая пустота,
Несколько слов без веса и смысла в ней обрели приют.

Знаешь, я днём весела, как птица, если в большом кругу
Добрых знакомых. А вот под вечер что-то теснит в груди.
Господи, я по ночам не плакать, кажется, не могу.
Быть одиноким вдвойне сложнее, если ты не один...

...нужно о добром, о главном, вечном - я же о ерунде...
Как я смогу служить тебе, если даже язык мой - враг?
Господи, что тебе мой кораблик, пущенный по воде?
Я и водой-то назвать не вправе этот сырой овраг...

Он и поплыть-то не может толком, тычется носом в ил,
Мачты не делают из непрочных тоненьких хворостин.
Господи, я прошу, помоги ему, дай ему, Боже, сил.
Мне же не помогай, а только - ради него - прости.

(с)

Господи, Господи, дай мне сил -
Научи, меня, Господи, быть собой...
Господи! Кто бы меня научил -
Как великий дар принимать эту боль...

Господи, Господи, дай мне сил -
Научи не спешить, любить и прощать.
Господи! Кто бы меня вразумил -
В жизни дурного - не замечать...

Господи, кто бы услышал мольбу -
Камень огромный убрать с души,
Я задыхаюсь, я не живу -
Смилуйся, Господи, научи!

(с)

Ты в первый раз зимой на Рижском взморье,
Тебе в свободу верится едва,
Пустынный пляж, военный санаторий -
И на табло: "Погода номер два"!

Погода номер два, тумана чары
Крадут у шага звук, у взгляда - горизонт,
Творят и растворяют в небе чаек,
Зима на море - твидовый сезон.

Гляди, беглец: слепое солнце над седой водой.
Твидовый сезон. Прибой, хрустящий льдом у ног.
И чайки, плача, ловят хлеб.
Их плач звучит в твоих ночах.
Ведь ты, как прежде, снова так одинок.

Мороз и водоросли. Туман безбрежен,
Безлюден пляж - купаться не резон!
Песок заснежен, где ты летом был так пьян, так нежен.
Твидовый сезон!

Но ты напрасно так отчаянно печален.
Ничуть не восхищён погодой номер два.
Взгляни на море и послушай чаек.
Ты различишь слова:

"Гляди, я чайка, я качаюсь на волнах,
Играют мной солёный ветер и прибой...
Но знаю я волшебный плач, он зазвучит в твоих ночах
И серой птицей полетит за тобой, за тобой..."

(с)

http://bogushevich.theatre.ru/songs/tvidovy_sezon/

Фото найдено у user ЖЖ inversia_4uvstv.

[664x440]