Ты сможешь однажды разрушить уклад систем,
Забыв, что осталось – там, за твоей спиной?
Ты сможешь сломать десятки привычных схем,
Нарушить границы – и просто пойти за мной?

Проснёшься наутро – и сделаешь шаг вовне;
Тогда ты увидишь – нет никакой стены.
Ты сможешь однажды просто – поверить мне,
Доверить мне свои страхи, мечты и сны?

Ладонь к ладони – сплетение линий – вот,
Вот так всё легко и просто – смотри, смотри!
Поверь, прирученье важнее любых свобод,
А всё, что нам надо, у нас уже есть – внутри.

Как в зеркало, глядя в небесные витражи,
Сминая прикосновением водную гладь -
Поймёшь: любовь – единственный повод жить
Из сотни известных поводов – не умирать.

(с)

Переходы-пути, ожидания-электрички,
расставания-ссоры - дурные твои привычки;
снова кем-то больна, кто-то снова тобою болен, -
ты несёшься по ветру легко
перекати-полем.

Перепутанный мир, перепрожито-снято-спето,
и по новому кругу, и всё-уже-было-где-то;
от ударов о землю не новы разряды боли,
и не ново уже ничего
перекати-полю.

Снова смена сезонов, законов, людей и ритмов,
всё слова подбираешь – оттенками на палитре;
только снова не то, кто-то снова тебя не понял, -
шепчет кто-то: останься со мной,
перекати-поле!

Что и скажешь... Тебе бы остаться самой хотелось,
променять на тепло безотказное – злую смелость,
отрастить себе корни,
забросить на полку – волю...

- ну куда тебя снова несёт,
перекати-поле?!

(с)

Мой голос нем, мои шаги легки,
мои ладони скованы прохладой.
Случайное тепло чужой руки,
cлучайный огонёк чужого взгляда
и шелест на ветру случайных слов,
холодной ночью мимо нас гонимых, -
в случайный час, случайное число,
листвою облетевшей – мимо, мимо...

Слова, надежды, люди, города
приходят и уходят без следа,
без обещаний, – ветрено, но честно;
на свете нет надёжности – нигде,
есть только ветер...
И настанет день –
я всё перечеркну.
Случайным жестом.

(с)

"in modo dubbio"

я боль за пазухой ношу и в уши ей дышу
как спаниелю малышу как несмышлёнышу
а надо б ей давать с руки абсент и анашу
расти большая вопреки тому что я пишу
ты познакомишься с гульбой мы с ней накоротке
она моею головой играет в бильбоке
мы подождём пока беду не сплавят по реке
а подрастёшь так поведу гулять на поводке
тебе хозяйская кошма и лучшие куски
валяй лишай меня ума сжимай мои виски
вот так завяжем мы с нытьём бесплодным как пески
и заживём с тобой вдвоём а значит по-людски

(с)

вы не слышите? Алло
полегчало отлегло
будто тело опустело
будто вымели метлой
всё что с вами я хотела
делать каждый божий день
на ковре и оттоманке
то ли высохла шагрень
то ли осень наизнанку
выворачивает швы
белой ниткой шиты вы
чёрной ниткой самозванка
вы не слышите? Алло
оставляю ремесло
всё равно одна морока
спрячу подлое стило
будто ложечку в дупло
вороватая сорока
растоплю камин и спать
сорока б ещё дождаться
пропадай краса и стать
как заначка под матрацем
три клошарские гроша
три еврейские таланта
три халдейских адаманта
три славянские шиша

(с)

недружелюбны, как растенья юга
(голодный стебель, голые шипы),
мы вырастаем посреди толпы
и обрываем листья друг у друга,
а листья маслянисты и упруги,
как краткий слог ямбической стопы...
...без сожаленья, брат мой, без натуги,
сговорчивым владея ремеслом
(мы сущий ад, нас зверское число),
мы обдираем руки друг о друга,
не осознав иудина недуга,
и точим лясы, слёзы и тесло,
и рвёмся в круг, чтоб вырваться из круга.

(с)

серебро унести ли с собою? трать его трать
всё равно рай не рай пройдёшь за медный обол
но тебя не просили учить меня умирать
я и так умираю с тех пор как умер глагол

не горчит чечевица в завидном твоём дому
оттого что молчит не перечит сургучный рот
но не пьётся не спится — видано ль одному
по плечу ли тебе от ворот моих поворот

перечти серебро-то! все тридцать тугих монет
распишись на ладони какие теперь счета
получаешь ребро обратно и всё привет
ни черта ты не понял не понял ты ни черта

(с)

далеко ефрат от нила сохнет горло сохнет рот
сохнут чёрные чернила а глаза наоборот
целый день на мокром месте все смеются надо мной
от тебя приходят вести только c лодкой островной
входят смуглые матросы входят рыжие гурьбой
письма скудные приносят на бумаге гербовой
до утра они толкуют про корицу и хурму
и разводят грязь такую и такую кутерьму
и никто их них не спросит отчего же госпожа
он уже шестую осень сам боится приезжать
бьётся белая посуда незастелена постель
я писать тебе не буду просто нету новостей

(с)

плач_города,

[344x197]

Перепутало все падежи
Это время, играя в слова:
Ты в нём просто и дательно жив,
Я винительно в нём нежива.

Мы родительно вместе пока –
Но творительно, видимо, врозь...
Именительно кружит тоска,
Не меняя предложную ось...

(с) Анна Полетаева

Найдено у Иона

Гений или идиот. Результат ;)

Количество вопросов: 19 Количество ошибок: 1 Результат: Вы гений* * без обид ;)

Я тоже хочу пройти этот тест

Эх, в Калифорнийский университет пойти поучиться, что ли...

Когда над землёй угаснут закатные полосы,
Узоры окно зашторят вечером зимним –
Я расскажу, как жили на свете два тормоза,
Два тормоза... О, как они тормозили!

Не повторяй их фатальных ошибок, маленький!
Ты знаешь, о чём так жалобно воют вьюги?
Два тормоза по разные стороны шарика
Кусают локти и думают друг о друге.

(с)

ни вина, ни книг, ни музыки в доме нет –
допеваю мотив, допиваю остывший чай;
мне бы песню о том, как сильно хотелось мне
укрываться от всех за стеной твоего плеча.
солнце скрылось, вода закипела – теперь горячо,
засыпает дом – одеялом сползает тень.
никогда не стану просить тебя ни о чём
(ну подумай: чего я могу – от тебя – хотеть?!)

о стекло разбиваются глупыми птицами сны,
отражается в лужах сиянье слепых фонарей.
то ли слишком друг друга остерегались мы,
то ли я слишком долго ждала у твоих дверей, -
только сроки вышли, терпения пройден предел:
слишком долго жила ожиданьем того, чего нет.
до сих пор не знаю, чего же ты сам хотел;
что теперь до того? – начал таять последний снег...

память намертво выжжет весенняя, бурная жизнь,
разметав золу, пепел талой водою смыв.
не смотри мне вслед, не удерживай, не держи:
это точка прорыва апреля – и это разрыв.
разделяются льдины, доверив себя весне –
всё быстрее нас друг от друга уносит вода,
оставляя обоих при нашей общей вине;
я не буду с тобой.
ты не будешь
со мной.
ни
ког
да
.

(с)

Я могла бы однажды ворваться в твои пространства –
Безвозвратно, неминуемо, необратимо;
Захлебнуться ласковым ветром твоим – и остаться
На эту, и даже, возможно, - другие зимы.
Я могла быть жарким пламенем, плавящим воздух,
Разгораться, но не угасать от дыхания ветра;
Я могла быть тебе ответом на все вопросы –
Или вечным вопросом, не требующим ответа.
Я могла бы тебя поить своей колыбельной,
Сколько нужно, в бокал добавляя печали терпкой;
А потом до утра бродить по мирам бесцельно,
Не желая, не помня, не слыша другого ветра.
Я запомнила бы все ночи, мотивы и ритмы –
Знаю я наперёд, как всё это могло случиться;
Я могла бы, могла... и, кажется, дверь приоткрыта –
Только я всё стою перед ней, боясь – ошибиться...

(с)

Найдено у Стелла_Елена_4

Результаты теста политических воззрений от Полит-грамоты.ру
[266x266] синий крестик соответствует вашим убеждениям	i, Вы сторонник социального либерализма (левый). Ваше политическое кредо – свобода мысли и слова. Экономическая составляющая социального либерализма заключается в том, что в рамках капиталистического типа экономики государство обязано вмешиваться в экономические процессы с целью борьбы с монополизмом и поддержания конкурентной рыночной среды. Пройти тест!

Именно так )

Нам уготовано, мальчик мой,
Лёгкое это бремя:
Двигаться вдоль по одной прямой,
Имя которой - Время.
Памяти с ней не совладать -
Значит, нам повезло,
Время учит нас забывать
Всё, - и добро, и зло.

Встречи, прощанья... Какое там -
Даже не вспомнить лица.
И только вещи, верные нам,
Помнят всё до конца...
Помнят всё до конца...

Помнит лодка причал, а весло
Помнит воду реки,
Помнит бумага перо, а перо
Помнит тепло руки.
Стены и двери помнят людей -
Каждого в свой срок.
Помнит дорога ушедших по ней,
Помнит выстрел курок.

Только проносится день за днём -
Значит, не пробил час.
Вещи пока молчат о своём
И не тревожат нас.
Могут проснуться они летним днём
Или среди зимы,
Чтобы напомнить нам обо всем,
Что забыли мы...

(с)

кто растёт во мне дышит моими губами
бьётся сердцем моим душой моею свят
Wie dich zu nennen? Comment t'appeler? Cómo nombrarte?
Как мне тебя назвать?
Мама не называй меня альбертом я слышал у вас
У Альберов чума от теорий и мухи жужжат
Относительно их деревянных глаз
Мама не называй меня эрнестом прошу не называй
Снега килиманджаро заменили эрнестам рай
Hasta la Victoria мама ты знаешь что будет в конце -
Руки отрезаны и пуля в бородатом лице
Джоном прошу тебя мама не называй
Revolver’ное дуло happiness is a warm gun
всё белым-бело white
Album strawberry fields не навсегда
Мама когда в тебя стреляют в упор
Больно только первую вечность а потом ерунда
Не называй меня ади мама больно глотать цианид
Больно гореть на бетонном полу
Больнее вдвое знать что ева тебя не извинит
Мама как ты меня ни назови
Имя = боль, имя = скальпель в крови,
Имя = ошейник с цепью, пристегнутый к
Твоему материнскому сердцу
Мама, ты думаешь, выбора нет есть выбор есть
Назови меня иисус
На этом имени поставлен крест
И это его самый большой плюс

(с)

Вот те, бабушка, Юрьев день,
Вот и ночка ему под стать...
Шапку красную мне надень,
Научи меня умирать.

Так, чтоб с песней потом – на свет,
Так, чтоб волка потом – не жаль,
Чтобы снова привет–привет,
Пирожок – и обратно вдаль.

Завещай мне скорей чепец
И верёвочку, и кровать,
И... прошу тебя, наконец,
Научи меня умирать.

Так, чтоб жёлтых не помнить глаз,
Шкуру на стену – и забыть.
Чтобы радостно, чтобы – в пляс,
Лесорубам целуя лбы,

Зарубив на своём носу:
Бог не выдаст, а волк – не съест...
Потому что придут, спасут
Те, кто люпусу люпус эст.

(с)

Напрасно, в стылых душах роясь,
Искать то ль кОмпас, то ль компАс –
Нет направлений дальше... Полюс.
Здесь были многие до нас –
Втыкали в снег флажки и флаги
И улыбались в объектив
Для доказательства отваги
И в знак конечности пути.
О, как наивно верил каждый,
Зайдя за свой полярный круг,
Что возвратится он однажды...
Здесь всюду север. Или юг?
Какая разница. Хотелось
Преодолеть себя и боль...
И вот – дошли.
Обледенелость.
Вершина.
Слава.
Точка ноль.
Тот самый ноль, всему начало...
Но, оказалось, и конец.

Так много, Господи, так мало
За пару брошенных сердец...

(с)

В королевстве Околесиц
Август – жаркий и бессонный.
Все кругом теперь на месяц
Августейшие персоны:

От младенцев – до старушек,
Торопящихся на рынок,
От хохочущих простушек
И красавиц в кринолинах –
До мальчишек загорелых,
Пыльно-звонких и весёлых...
Всем отписаны наделы,
Всем обещаны престолы –
И заказаны короны
Ярко-солнечного цвета!
Всё в порядке, всё законно,
Скреплено печатью Лета.

Посмотри куда угодно –
Хоть направо, хоть налево –
Все отныне благородны...
Что ж ты плачешь, королева?
Всё ведь так, как мы хотели,
Всё придумано на славу...
Не грусти о менестреле:
Он король теперь по праву –
И былые серенады
Не положены по рангу
Их величеству... Не надо,
Не печалься. Это август...

И к тому же это вовсе
Не навечно, а на месяц.
А когда наступит осень
В королевстве Околесиц –
Сочиним поинтересней,
Будет всё, как мы хотели...

Просто там иные песни...
И другие менестрели.

(с)