Миг листопада
С грустью смотрю на листву из окна,
Вот она снова в просторе кружится.
Сопровождает рассвет тишина,
В сюжете осеннем другая страница.
Месяц октябрь вступает в права,
Как же мне жаль, что листва улетает.
Даже высоких небес синева
И солнышко яркое миг не спасает.
В ковре разноцветном покажется двор,
Лишь тополь мой милый листву не теряет.
В зелёном наряде стоит до сих пор,
Наверно секрет он спасения знает.
Вот он загадочный миг

По небу катится заря
Как выстрел из копья Перуна.
Под синим небом октября
Встаёт рассвет, рисуя руны.

Красивым росчерком пера
Багряной краской красит небо,
И все полОтнища двора
Он окаймляет краснЫм крепом.

По небу катится заря.
Горит восток у горизонта.
И, словно бы из алтаря,
Выходит в мир святое солнце.
_______________

Здравствуй, мой октябрь, милый Рыжий лис в сыром тумане, Проходи, не стой уныло, Я сейчас поставлю чайник. Посмотри, как ветер в сквере Кружит листья по дороге, Я тебе открыла двери, Ну не стой же на пороге. Будем чаем греть ладони, Прятать нос в большую чашку, Наполнять теплом историй, И скучать по дням вчерашним. Но октябрь лишь качает Своей рыжей головою, И на мой порог роняет Листьев яркие узоры. Он пропах корицей, дымом, Лесом, травами, шарлоткой, Заходи, мой друг незримый, Посидим с тобой тихонько. И чуть слышно поболтаем Про осеннее, про вечность, Угощайся вкусным чаем, Я зажгу на кухне свечи. За окном дрожат рябины, Мокнут сонные аллеи, И плывут по небу длинно Тучи, ставшие темнее. И пускай дожди и слякоть, И на улице промозгло, Здравствуй, славный мой октябрь, Я ждала тебя так долго. Время штопать мою душу, Время верить в домового, Ты присядь ко мне, послушай, Я начну совсем с простого. Расскажу, мой друг осенний, Почему бывает горько, Почему в часы смиренья Сердце бьется очень громко. Всё проходит - это верно, Но не всё уходит в небыль - Есть звезда за мокрым небом, Есть тепло в остывшем пепле... Расскажу, а ты послушай, Как скрипит старушка-память, Как дожди стучатся в душу, Как слеза от свечки тает. Проходи, открыты двери, Пусть душа не стынет больше… Я ждала тебя, поверь мне, Посиди со мной подольше... ____________________ Марина Лимборская

Люся завела кота. Выносила поздно вечером пакет с отходами, кинула его в мусорку и попала во что-то живое. Оно, это что-то, возопило в темном безлюдном дворе так, как будто включилась пожарная сигнализация. Многие жители Люсиного дома плюс соседних так и подумали. Кинулись сонные, в ночных пижамках к окнам, но ни клубов дыма, ни языков всепоглощающего пламени не увидели и ушли снова засыпать в тёплые коконы пуховых одеял. А Люся, после затихания оглушительной сирены пришла в себя и осторожно, привстав на носочки, заглянула в мусорный бак. Там сидел, как показалось Люсе в поздневечерних зимних сумерках, вполне себе симпатичный кот. — Мой ты, масенький, бедненький, голодненький, — с этими словами она извлекла далеко не «масенького» кота из помойки и понесла домой. Задние лапы прижатого к выдающейся Люсиной грyди «малыша» чуть-чуть не доставали до заснеженной тропинки. Дома, при ярком свете люстры кот оказался совсем не таким уж милым: он был огромен, одноглазый, тощий, морда в стaрых шрaмaх и свежих рaнaх. От правого уха осталась только половинка. Видно право на жизнь кот отвоевывал себе в неравных боях. Но Люсю это не смутило, она назвала его Пушок, намыла шампунем с ароматом ландыша, накормила котлетой и молоком и великодушно предложила своё любимое кресло в качестве спальни. Кот терпел и принимал все процедуры молча, облизал с усов молоко и быстро уснул на предложенном ему кресле. — Спи, малыш, — теперь у тебя всё будет хорошо, — сказала Люся, не обращая внимания на оглушительный храп кота. Уже через год кота было не узнать, Пушок весил 12 килограмм, красавец-мужчина пепельного цвета. Говорили, что у Пушка в родне был мейн кун, но для Люси он по-прежнему был любимым маленьким мальчиком. Пушок тоже любил Люсю, стaрался соблюдать правила совместного проживания, ходил в туалет только в унитаз, причём завершал все процедуры как и положено — смыванием. По вечерам Люся водила Пушка гулять в парк строго на поводке, одев его в тёплый комбинезон. Но, несмотря на милую небесно-голубую одежку и надежный поводок, прохожие завидев одноглазого кота размерами с собаку, отступали с тропинки в глубокие сугробы и опасливо провожали гуляющую пару испуганными глазами. В один из таких зимних вечеров в парке, где гуляли Люся и Пушок, на Петрова напал пьяный Иванов. Иванов был уверен, что у Петрова есть необходимая сумма для того, чтобы он, Иванов, поправил своё здоровье, употребив бутылочку портвейна. Но Петров был против такого способа излечения, денег Иванову не дал, и стал спасаться бегством. И когда эта пара пробегала мимо Люси, Иванов случайно наступил своим ботинком 45 размера на лапу Пушка. Кот взвыл от бoли, вырвался с поводком из Люсиных рук и накинулся на несчастного обидчика Иванова… Когда участковый Семён приехал арестовать Иванова, тот был абсолютно трeзв, но всё ещё нервно отмахивался от невидимого врага и периодически вскрикивал что-то непонятное. Вокруг лежали кусочки куртки, рубашки и штанов. Спасенный Петров стоял в сторонке и издалека, опасаясь подойти ближе, выкрикивал Люсе слова благодарности и тёплые пожелания. А через полгода Люся вышла замуж за участкового Семёна. Просто у Семёна в тот вечер в портфеле лежали пирожки с мясом, которыми он собирался поужинать. И пока он опрашивал Иванова, Петрова и Люсю и составлял протокол, Пушок вытащил пирожки и, нагло воспользовавшись всеобщей суматохой, съел все . Люся долго извинялась за съеденные пирожки, объясняла, что это всё от стресса произошло и вообще-то Пушок сытый был, только что перед прогулкой пол курицы съел. Оставленный без пирожков Семён согласился поужинать у Люси вкусным грибным супом. А назавтра получил приглашение (опять таки в качестве извинений) на чай с пирогами, которые она, Люся, печет ничем не хуже, чем те, которые Семён покупает в булочной. Ну и так далее… Вплоть до замужества… ___________________ Gansefedern

Осенняя зарисовка
Стелла Нолевская

Осень кистью коснулась неслышно
И деревьев, и парков, и крыш...
В золотом и багряном затишье
Засыпает озерный камыш.

Ветер в кронах запутался нежно,
Рассыпая монеты листвы,
И плывут в тишине безмятежной
Ароматы целебной травы.

Посмотри, как в зеркальном затоне
Отражаются небо и лес,

«Отцветала» женщина…. Спокойно Принимала грани бытия, Отпускала молодость достойно, Говоря себе: «Всё та же я». Да, слегка поблекли эти губы, Но ещё так могут целовать, И любовь – не вешняя простуда, Что приходит каждый год опять. Всё уже размеренно и чётко, Сердца пламень строго под контроль, В увлеченьи – сразу мысли-«чётки», Зашептать молитвой злую боль. Есть ещё и стройность-гибкость стана, И походка всё ещё легка, Только вот уже немного странно Вглубь судьбы глядят её глаза. Понимала, время не воротишь, Каждой птице свой предел летать, Жизнь свою обратно не попросишь, Чтобы что-то в ней переписать. ___________________ © Ляля Нечерная

«Отцветала» женщина…. Спокойно Принимала грани бытия, Отпускала молодость достойно, Говоря себе: «Всё та же я». Да, слегка поблекли эти губы, Но ещё так могут целовать, И любовь – не вешняя простуда, Что приходит каждый год опять. Всё уже размеренно и чётко, Сердца пламень строго под контроль, В увлеченьи – сразу мысли-«чётки», Зашептать молитвой злую боль. Есть ещё и стройность-гибкость стана, И походка всё ещё легка, Только вот уже немного странно Вглубь судьбы глядят её глаза. Понимала, время не воротишь, Каждой птице свой предел летать, Жизнь свою обратно не попросишь, Чтобы что-то в ней переписать. ___________________ © Ляля Нечерная

Мы пишем на глади не ради строки, А чтоб удержать эту суть: Все реки земные не так глубоки, Как этот невидимый путь. Ты думаешь — призрак, рисунок, фантом, Напрасно потраченный пыл? Но тот, кто оставил след в сердце твоём, Тебя навсегда изменил. Река не просит у суши ответа, И смытый волною сюжет Не гасит в тебе пролитого света, Которому равных нет. Касаться волос, растворяться каплей, Дышать неустанно вслед — Не слабость твоя, а высокий жребий, Хотя и ответа нет. Не ставится сердце на жесткий тормоз, И пусть не случится чудес — Твой тихий, в тоску уходящий голос Достиг высоты небес. И птицы, что вверх улетают, скорбя, Уже не упадут в темноту. Ты на воде нарисовал не себя — Ты в ней разглядел высоту. Рисунок растаял, качнулись тени, Оставив круги на воде... Но тот, кто любил без упрека и тени, Уже не потонет в беде. А.И.04.102026

Юлия Друнина
------------------------------------------
Стираются лица и даты,
Но все ж до последнего дня
Мне помнить о тех, что когда-то
Хоть чем-то согрели меня.

Согрели своей плащ-палаткой,
Иль тихим шутливым словцом,
Иль чаем на столике шатком,
Иль попросту добрым лицом.

Как праздник, как счастье, как чудо
Идет

Осень учит меня не спешить…

С каждым годом я всё больше люблю осень. Не за яркие листья и красивые фотографии. А за то особенное состояние души, которое она приносит с собой.

Осенью почему-то хочется жить тише.

Утром подольше посидеть с чашкой горячего чая. Посмотреть в окно, где ветер перебирает пожелтевшие листья. Достать любимый блокнот, записать несколько мыслей… А вечером зажечь маленькую лампу, укутаться в плед и никуда не торопиться.

И вдруг понимаешь-как же мало на самом деле нужно человеку для счастья.

Тёплый дом.
Любимая кружка.
Запах пирога из духовки.
Родные голоса.
Книга на столе.
И

Осень гасит закат за холодным стеклом, В чашке кружится тёмный и пряный эспрессо. Мы упрямо молчим о далёком «потом», Застревая в самом эпицентре процесса. Можно выстроить тысячи каменных стен, Измерять отчуждение граммами стали, Только время не просит расплаты взамен За возможность увидеть, кем в паузе стали. Смысл не в том, кто окажется правее в споре, И не в том, кто дольше продержит заслон. Если мыслям созвучно в едином просторе, Значит, намертво слит наш единый фасон. Всё, что прожито честно, до самого дна, Не стирается фальшью чужих декораций. Можно внешне казаться из льда и из сна, Но от истинной сути нельзя отказаться. Нити не рвутся от паузы в полтона, Знаки читаются без перевода и слов. И когда в тишине отозвётся эхо звона — Важен шаг. Без предлогов и лишних оков. А.И.

РУССКАЯ БЕРЁЗКА. В небе голубом солнышко блестит. Белая береза золотом горит. Осенью одела новый ты наряд, Не могу, любуясь, оторвать свой взгляд. Ветерок играет берёзки листвой, Летит листопадом лист твой золотой. Символ ты России, как ты хороша! Русская берёзка - русская душа! Обниму красавицу, крепко к ней прижмусь, От природы - матушки силы наберусь, Как же ты красива, русская земля! Русская берёзка - Родина моя! Лидия Дойнеко г. Барнаул

Как просто нам учить других,
Как трудно нам самим меняться.
Уйти от слабостей своих –
Как с грузом на скалу подняться.

Со стороны всегда видней
И судим мы и то, и это;
А у самих ещё сложней…
И, может, даже хуже где-то.

Своё болит… себя всегда
Мы, как сумеем – оправдаем.
Чужое – не всегда беда.
Чужое просто – обсуждаем.

У памяти моей дурное свойство, –
Любая пакость будет долго тлеть.
Хочу прогнать больное беспокойство,
Но не могу себя преодолеть.

Как в безразмерной камере храненья,
В сознаньи – чемоданы и мешки,
В которых накопились оскорбленья,
Обиды, униженья и щелчки.

Не в силах изменить свою природу,
Я поимённо помню всех врагов.
Обиды-шрамы ноют в непогоду,
К прощенью я, простите, не готов.

Поскольку погода сегодня не очень, И быть обходительной явно не хочет, Давай - ка , посмотрим, что в нашем запасе, Что нам помогло бы денёчек раскрасить. Ага, вот клубничное в банке варенье Вчера (хоть нельзя), мы купили печенье, И кофе. Ах, кофе! Божественный запах. Уют тихо бродит на плюшевых лапах. И можно поставить красивую песню И вспомнить о том, что сегодня мы вместе, И что никому торопиться не надо, И это само по себе есть отрада, Или так , прикопив, приложив, приурочив, День славный построим из дел разных - прочих И хоть он с утра начинался уныло, Дадим ему имя - "Как радостно было!" __________________ © Анна Опарина