Со смертью невозможно примириться.
И мамы улетают, словно птицы.
И ветер, посоветовавшись с небом,
Следы отцов заносит белым снегом.
И в облака мы тянемся сердцами.
Настанет час - отправимся и сами...
И снег пойдет, и птицы растворятся...
И наши дети в небо заглядятся.

Д. Филимонов

To them I came, careless, but not prepared
The winter freeze inside me was for each
Who’d dare to look, they wouldn’t - too afraid
They knew - the order was, “Destroy the bridge”

They kindly gave me place to sleep and food
And almost I convinced them help me; nine
were willing to go on until they heard
the dog song - sadly known deadly sign

Breaking but smooth, loud but sorrow voice
the graveyard tone; the death spreads out its net.
This last night Maria brought me the song of life
My soul was warm and dry her eyes were wet

And bitter was what I have known as sweet
We hungrily loved giving new life a chance
Both under dark skies we knew tomorrow’s the end
A soldier and girl, he promised to defense.

Begemotische

Хорошо пировать молодым нам
Под задумчивый дождик весны.
В нашем номере шумно и дымно,
И чины за столом не важны.
Здесь наставников нет, и беспечен
Этот шумный, веселый народ:
Не заноет проклятая печень,
Да и сердце еще не кольнет.
Я пока что его, не жалея,
Окунаю то в страсть, то в тоску.
И живет оно, кажется, в левом,
Да, наверное, в левом боку.
Вяжем речи цветисто и пышно,
Наших душ воспевая родство,
Чтобы только свой голос услышать...
Но не слышит никто никого.
Распахни свою щедрую душу! -
Перебью - и свою распахну.
Словно есть у нас время не слушать
И не чувствовать в этом вину.

В. Парамонов

Пусть друг друга случайно встречать
мы по-прежнему искренне рады.
Нас всегда заставляло молчать
чувство ранней и горькой утраты.
Для чего, для кого рождены?
Нам завещаны кем-то, когда-то
несравненное чувство Вины,
непосильное чувство Утраты.

М. Елисеева

Как в Грецию Байрон, о, без сожаленья,
Сквозб звезды, и розы, и тьму,
На голос бессмысленно-сладкого пенья...
- И ты не поможешь ему.

Сквозб звезды, которые снятся влюбленным,
И небо, где нет ничего,
В холодную полночь - платком надушенным...
- И ты не удержишь его.

На голос бессмысленно-сладкого пенья,
Как Байрон за бледным огнем,
Чквозь полночь и розы, о, без сожаленья,
- И ты позабудешь о нем.

Г. Иванов

Три года - сколько-то недель
И дней? - нелепый вздор!
Опять зеленая метель
Ворвалась в тесный двор,

Опять всплывают имена,
Остывшие грехи,
Заголубевшая весна,
Слова, дела, стихи.

Три года - сколько-то разлук
И встреч - помилуй Бог!
А сколько глаз, и губ, и рук,
Обид, страстей, тревог,

Красивых слов, туманных грез,
"Прости" и "позови",
И сколько выкипевших слез
Несбывшейся любви.

Пора - уже звенит апрель -
Взрослеть, про все забыть.
Три года - сколько-то недель
И жизней, может быть.

О. Яскеляйн

Что из того, что ты уже любила,
Кому-то, вспыхнув, отворяла дверь.
Все это до меня когда-то было,
Когда-то было в прошлом, не теперь.

Мы словно жизнью зажили второю,
Вторым дыханьем, песнею второй.
Ты счастлива, тебе светло со мною,
Как мне тепло и радостно с тобой.

Но почему же все-таки бывает,
Что незаметно, изредка, тайком
Вдруг словно тень на сердце набегает
И остро-остро колет холодком...

О нет, я превосходно понимаю,
Что ты со мною встретилась, любя.
И все-таки я где-то ощущаю,
Что, может быть, порою открываю
То, что уже открыто для тебя.

То вдруг умело галстук мне завяжешь,
Уверенной ли шуткой рассмешишь.
Намеком ли без слов о чем-то скажешь
Иль кулинарным чудом удивишь.

Да, это мне и дорого и мило,
И все-таки покажется порой,
Что все это уже, наверно, было,
Почти вот так же, только не со мной,

А как душа порой кричать готова,
Когда в минуту ласки, как во сне,
Ты вдруг шепнешь мне трепетное слово,
Которое лишь мне, быть может, ново,
Но прежде было сказано не мне.

Вот так же точно, может быть, порою
Нет-нет и твой вдруг потемнеет взгляд,
Хоть ясно, что и я перед тобою
Ни в чем былом отнюдь не виноват.

Когда любовь врывается вторая
В наш мир, горя, кружа и торопя,
Мы в ней не только радость открываем,
Мы все-таки в ней что-то повторяем,
Порой скрывая это от себя.

И даже говорим себе нередко,
Что первая была не так сильна,
И зелена, как тоненькая ветка,
И чуть наивна, и чуть-чуть смешна.

И целый век себе не признаемся,
Что, повстречавшись с новою, другой,
Какой-то частью все же остаемся
С ней, самой первой, чистой и смешной!

Двух равных песен в мире не бывает,
И сколько б звезд ни поманило вновь,
Но лишь одна волшебством обладает.
И, как ни хороша порой вторая,
Все ж берегите первую любовь!

1

Влечение смутное замешано в крови
Стоит и нам не шелохнуться
Но взгляд твой нет - совсем не о любви
руки моей хотел - не смел коснуться

Не брежу - жесты не слова -
ведут свой разговор неслышный
Коснусь рукою рукава

Вот сужены зрачки забытой злостью
Не ждешь влеченья - вспыльчивую гостью
Но проверяешь каждый раз при встрече
во взгляде - вот она - сжигает свечи

2

Теперь и больше никогда
простим друг друга навсегда
Чтобы в забывчивый туман
не опуститься как в обман
Не полетит попятясь птица
Нам так положено родиться
Нам не положено внахлест
тем паче что пасхальный пост
Но жизнь устроена двояко
Порыв души не одинаков
с порывом тела и пленясь -
внезапно профиль иль анфас
Влеченья посещают нас

Какое тонкое мученье
отряхивать как пыль сомненья

Л. Волчек

Медленно и неуверенно
Месяц встает над землей.
Черные ветки качаются,
Пахнет весной и травой.

И отражается в озере,
И холодает на дне
Небо, слегка декадентское,
В бледно-зеленом огне.

Все в этом мире по-прежнему.
Месяц встает, как вставал,
Пушкин имнье закладывал
Или жену ревновал.

И ничего не исправила,
Не помогла ничему
Смутная, чудная музыка,
Слышная только ему.

Г. Иванов

Время это быстротечно
и летит скорей, чем звук.
Ожиданьем кормят встречи,
встречей кормят страх разлук.

И бессмысленно стараться
этим страхом пренебречь.
Вы не знали, может статься? -
Боль питает радость встреч.

М. Елисеева

А на плахе топор остер.
А в собранье судья хитер.
Я пойду за тебя на костер.
Ты пойдешь за меня на костер?

Там судья две статьи возвел,
Присудил тебя на костер.
А я знала: не трус, не вор.
Так за что тебя на костер?

Я просила меня вести,
Я молила у всех живых.
И ответил судья: "Живи,
А его оставьте в живых".

Среди дыма, сучков, огня
Я заметила - ты пришел.
Ты кричал мне: "Прости меня!"
И шагнул за мной на костер.

С. Ильюшина

Ни срезанных цветов, ни дыма панихиды.
Не умирают люди от обиды
И не перестают любить.
В окне чуть брезжит день, и надо снова жить.

Но, если, о мой друг, одной прямой дороги
Весь мир пересекла бы нить
И должен был бы я, стерев до крови ноги,
Брести века по ледяным камням,
И, коченея, где-то там,
Коснуться рук твоих безмолвно и устало,
И все опять забыть, и путь начать сначала,
Ужель ты думаешь, любовь моя,
Что не пошел бы я?

Г. Адамович

- Дай мне руку, девочка. Не бойся...
Вместе будет веселей в пути.
Зябко? На пиджак тебе, укройся,-
Не сидеть же вечно взаперти!

- Девочка, куда тебя он тянет?
Он тебе почти что незнаком!
Коль не хочешь ноженьки поранить -
Не ходи по стеклам босиком.

Что делать мне с сердцем моим? Оно
Твоей подчинилось воле,
С ним сладить теперь тебе мудрено,
А мне и тем боле.

Как ребенка, сердце мое брала
Ты в руки еще недавно.
Но ты его удержать не могла,
А я и подавно.

Р. Гамзатов

Ваш светлый взгляд, как день неуловимый,
Нашедший и мелодию и звук,
Не задержался, пролетая мимо,
Слегка коснулся глаз моих и рук.

А что казалось навсегда забытым,
Опять вернулось, хоть ушло давно.
Сверкает лед за суетой, за бытом,
На старом скрипе держится окно.

С. Ильюшина

... И тот, кто веком этим умудрен,
и тот, кто в нем не понял ни полслова, -
мы станем ждать на стыке двух времен
великого, высокого, земного..

А в январе все так же будет снег,
на все снега январские похожий...
Промолвит кто-то: "Был ужасный век!" -
а кто-то скажет: "Век прекрасный прожит!"

Е. Обоймина

Как мучительны запахи мая...
Как слышна в эту ночь тишина!
И войны я как будто не знаю.
Отчего мне приснилась война?

Ухожу от родного порога.
Перед дальней дорогой клянусь...
А ты просишь: вернись, ради бога.
Отвечаю: быть может, вернусь.

Это боль не становится криком.
Я утешил... Но знаю - такой
Будет наша Победа Великой,
Что никто не вернется домой...

Как упал среди боя, не видно -
Застилает все пепел и дым.
И не больно почти... только стыдно
Просыпаться наутро живым.

А. Поздняков

Рассвет и дождь. В саду густой туман.
Ненужные на окнах свечи,
Раскрытый и забытый чемодан.
Чуть вздрагивающие плечи.

Ни слова о себе, ни слова о былом.
Какие мелочи - все то, что с нами было!
Как грустно одиночество вдвоем...
- И солнце, наконец, косым лучом
Прядь серебристую позолотило.

Г. Адамович

Твои шаги - из тысячи других
Узнать легко по мягкости кошачьей.
Все ближе, и - нежданная удача! -
Их звук у изголовия затих.

Твой поцелуй - из тысячи других -
Узнать легко по нежности нежданной,
По некой недосказанности странной,
С которой губ касаешься моих.

Твои глаза - из тысячи других
Лучистых глаз - взгляни! - узнаю сразу:
Как флейты музыкальнейшую фразу -
Не водах Вечности прозрачные круги...

О. Яскеляйн

Мои слова тебя дурманят бесконечно
нашептываясь в уши не спросясь
Ты отрекаешься от прошлого беспечно
Они опять врываются дробясь
Мои слова тебя дурманят безуспешно
вплетаясь в мысли не меняя дня
По-пержнему спокойно и безгрешно
проводишь время ты - вдали меня

Л. Волчек