[700x469]
[700x469]
[668x446]
[668x446] Овен: агрессивен до чрезвычайности, примитивен, воинственнен и жесток.
Умственно заторможенный, с трудом запоминает простейшие вещи. Не раз
подложил свинью, если бы сумел, а обычно занят тем, что ищет для себя новые
(или не очень) ворота. Вульгарный, душа нараспашку, любит пиво и соленые
шуточки. В детстве мечтает о карьере военного или космонавта и поэтому
постоянно затевает драки. В жизни семейной его надо держать подальше от
денег - все растратит мгновенно, а куда - и сам не знает. В обществе нуден,
может часами говорить о себе, не замечая других. В нетрезвом виде склонен к
буйству и скандалам.
Телец: мелочный, занудливый, подлиза и доносчик. В жизни держит нос по
ветру и выполняет все указания начальства. Актер по натуре (корчит из себя
альтруиста, женщина - мученицу), а на самом деле всех презирает, считая
себя в глубине души центром вселенной. Любит богатство: скупидонит скрытно и
неустанно. Готов снять последнюю рубашку, но не с себя, а с ближнего
своего.
Эгоцентрист с садистскими наклонностями, семью терроризирует с детства и до
глубокой старости, хотя внешне кажется вежливым и ласковым. Не доверяет
никому, даже себе. Узурпатор всех привилегий, до которых сможет дотянуться.
Близнецы: вечный ребенок - как интеллектуально, так и в чувствах.
Взрослеть отказывается напрочь и чаще всего паразитирует на ком-нибудь до глубокой
старости. Единственное, что любит на самом деле - это поговорить, переливая
из пустого в порожнее. Читает мало, но обо всем имеет свое мнение, которое
правда меняет раз десять - двенадцать в неделю. В более старшем возрасте
впадает в созерцательность. Часто становится актером или писателем. Не
выносит напряжения, ни умственного, ни физического. Обожает принимать
гостей, но угощает их в лучшем случае чаем и конфетами, а обычно своей
болтовней.
Рак: неудачник по определению. Консерватор и оппортунист, погруженный в
самосозерцательность. Ничто не в состоянии изменить его убеждений, но
поспорить любит, дабы вдоволь поглумиться над оппонентом и вырасти в
собственных выпученных глазах. Со страху может напасть первым, но обычно,
только почуяв опасность, спасается бегством в свою нору - место, которое
холит и лелеет больше всего на свете. Он с удовольствием очерняет всех и
вся, строит из себя хозяина положения, притворяясь сильным и уверенным. На
самом же деле боится всех до колик, любит одиночество и покой.
Лев: с раннего детства склонен к пьянству и вымогательству. В других Делах
очень ленив. В детстве вымогает деньги у родителей, затем у друзей И
знакомых. Его гипертрофированные гордость и самолюбие могут отравить жизнь
любому, а обжорство разорить любой карман. При этом он никогда не
толстеет. Любит, чтобы весь мир вращался вокруг него, поэтому всегда и во
всем стремится быть первым, если это не получается - хиреет и заметно
сокращается в размерах. Ничем непоколебимое чувство собственного величия,
собственной ценности и безошибочности.
Дева: обычно имеет
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
Еще один мобильник убил своего владельца
Мобильный телефон убил человека:
* Инцидент произошел в городе Чэнвон. Тело погибшего обнаружили прямо на рабочем месте. В кармане его рубашки нашли мобильный телефон с расплавленным аккумулятором.
* В Южной Корее на своем рабочем месте был найден мужчина, который, как предполагается, погиб от взрыва сотового телефона. Информационное агентство The Associated Press сообщает, что местная полиция уже приступила к расследованию инцидента.
* Взрыв батареи в мобильном телефоне унес жизнь его 33-летнего владельца. Мужчина был найден мертвым сослуживцами по работе, он лежал на полу и из носа шла кровь.
[699x551]
[показать]
[показать][Вопрос]:
Скажи мне, Александр, а зачем историки, военные историки так подробно
изучают военную историю выбранного ими исторического периода, государства,
народа, военной системы и т.п. исторических феноменов (если можно так
выразиться)?
Личный интерес? Тогда почему государство выделяет деньги?
Ценность для науки? Какая?
Поиски правды, истины, того что пока скрыто от нас? Хорошо. Но в чём тут
банальная ценность для общества?
В нашем случае военной истории и истории военного искусства в определенной
мере известы византийская военная система и её военная история. Они проходят
вполне ясными, определенными и чёткими звеньями в исторической цепи и как
определенные четкие элементы определенных этапов развития военного
искусства. Зачем люди лезут далее в глубь?
Да, я не получил исторического образования. Моё образование далеко не
гуманитарное ;) Ты имел удачу получить его. Дай мне, тёмному :), ответ на
вопрос.
[Фрагменты ответа:]
Потому что обязанность всякого приличного государства
...
Историками-ремесленниками разрабатываются отдельные,
узкие проблемы - очевидно, в ожидании некоего Историка (или,
как представлялось в XIX в., Социолога), который возьмет все эти
подготовленные кусочки мозаики и выведет из них полную картину
прошлого (или, соответственно, будущего); удастся вывести некие
общие законы истории, управлять ею на благо прогресса и человечества...
...
Высокие ожидания, как и следовало ожидать, не оправдались (равно как и
надежды на коренное переустройство жизни на разумных началах). Общей
теории истории не вывели, в истории осталась масса белых пятен... Однако,
благодаря этому периоду, историческая наука (если это все же наука) получила
массу источников и методы работы с ними.
...
Источники, найденные, изданные и прокомментированные, а также и
специальные, посвященные отдельным проблемам, исторические исследования дают материал для последующих историков, что работают над более глобальными проблемами истории, или же, наоборот, желают передать историческое знание простому читателю - достоверно, но в увлекательной и не чрезмерно сложной форме
...
Последнее, т.е. человек, совместивший в себе достоинства и таланты одновременно историка и писателя, к сожалению, является редкостью.
...
Еще о пользе для общества и для науки: именно владением мелочами, подробностями возможно разоблачение учений всяких фоменко-носовских и пр. (выделено мной - Nick-Stranger)
...
Надеюсь, я, с вершин своего гуманитарного образования ;-)) смог ответить
на твой вопрос
Насколько же наша т.н. интеллигенция херово разбирается в обществе, в котором живёт.
И, увы, не только в нашем и не только в обществе.
А нет понимания - значит, не может быть и решения.
А нет решения - значит, решится само собой (см. Кровища).
"Властители дум", my ass.
С одной стороны - какие-то "мега-националисты", с другой стороны - какие-то "имперцы".
При этом националисты не знают как в комнате правильно гроб поставить, но хотят всем нерусским отрезать головы.
А имперцы считают Сталина за пацана и на словах могут в сто раз больше, но сами даже в армии не служили.
Одни яростно ратуют за русский национализм - хотя что это такое даже сами не понимают.
Другие не менее яростно ратуют за империю с русскими во главе - хотя руководить не смогут даже взводом трезвых солдат.
Конечно же, не отстают и представители древних культур и великих религий.
Там картина ничуть не лучше, только умных слов пока что никто не знает.
Слушать просто страшно.
Государство ничего не может.
Чует сердце, с такими "духовными лидерами" мы скоро такого горя хапнем, что мало не покажется никому.
[314x183]
«На поставленный вопрос можно сразу дать простой ответ: «Да, современный человек — человек верующий». Он верит в самые необычайные вещи, в нашем западном мире он принимает на веру что угодно, только не традиционные верования своей страны. Легковерия сегодня несравнимо больше, чем лет пятьдесят назад, — я не беру дальше, потому что приблизительно такой период сам помню сознательно.
[показать]
Люди с научным образованием и довольно зрелые умом готовы верить в одно, но отметают как невозможное другое
Евангелие — строгий документ, Евангелие беспощадно и выражается совершенно определенно, его нельзя пересказывать, разбавлять и приспосабливать к уровню собственного понимания или вкуса. Евангелие провозглашает нечто, что превосходит нас, оно дано для того, чтобы расширить наш ум, расширить наше сердце (порой до нестерпимых пределов), перестроить нашу жизнь, дать нам мировоззрение прямо-таки обратное привычному нам, и все это нам не очень-то хочется принять. И поскольку Запад в целом еще не нашел мужества заявить, что все это бессмысленно, и отбросить Евангелие, многие находят способы «заболтать» то, что слишком трудно, непосильно, и создать «прирученное» Евангелие. Но беда в том, что если в стакан с вином добавить слишком много воды, это будет вода, подкрашенная вином, и она не произведет в вас того действия, какое мог бы вызвать стакан вина. Если в Евангелии нет ничего, кроме нравоучительного рассказа о довольно малоуспешном молодом пророке, который плохо кончил свою жизнь на кресте, то стоит ли действительно ему следовать? Апостол Павел давно уже сказал, что никакой воин не будет готов к битве, если не раздастся ясный призыв трубы (1 Кор 14:8). Кто из нас готов броситься в бой ради всего-то волшебной сказки?
Второе: христианство в ранние дни предполагало дисциплину жизни, которая перестраивала ум и волю, направляла их к Богу. Когда я говорю о дисциплине, я не имею в виду армейскую муштру или общепринятые нормы поведения. Дисциплина, от латинского discipulus, ученик, — это состояние ученика, того, кто выбрал себе учителя, наставника и готов учиться от него любой ценой. И суть того, что у тебя есть учитель, в том, что ты встретился с умом большим, чем твой, сердцем более глубоким, чем твое, волей большей, чем твоя, с образом жизни, которому стоит последовать. Но это может дорого нам обойтись.
Бонхеффер* написал книгу, которая называется «Цена ученичества», и когда подумаешь о том, как он жил, и особенно как умер, то понимаешь, что ученичество может дорого обойтись, — это испытание мужества, величия души. И церкви как организации не занимаются больше воспитанием людей в духовной жизни, в сердце, в уме, и воле, и в действии, так же, как по образу, который дает апостол Павел, тренируют бегуна перед соревнованием (1 Кор 9:24-27). Тренировка ума — непременное условие ученичества в области науки или искусства. Но мы не ставим себя в положение ученика по отношению к Евангелию, нас очень мало чему учат и спрашивают с нас очень мало. Можно быть христианином очень задешево: считается, что достаточно заявить, что ты готов принять несколько утверждений относительно Бога, человека, греха, спасения, Церкви, — и все. Нет, этого недостаточно. Истину Евангелия нельзя представить как ряд пунктов, приемлемых для всех, кто хочет считаться христианином. Это образ жизни, и к тому же нелегкий. Евангелие беспощадно, и слова Христовы жестоки, хотя преисполнены любви, потому что любовь беспощадна, любовь никогда не соглашается на компромисс.
Закон можно обойти. Есть русская поговорка, что закон — как лужа: маленькую можно перешагнуть, большую можно обойти. Не то с любовью, в любви нет ничего такого, что можно обойти. Она предельно требовательна, ей нет границ, и вот чем страшно Евангелие. Можно выполнить до конца ветхозаветный Закон, но невозможно до конца исполнить закон любви. Потому что ветхозаветный Закон состоит из правил, но если нас призвала любовь, что означает — жить для других, забыть себя и только в этом найти полноту жизни, этому границ не будет. В этом — вторая проблема, которой церкви должны смотреть в лицо.
Я уже несколько раз употребил выражение «церкви», и, наверное, многие из вас думают: «Да действительно, как было бы хорошо, чтобы эти вот в черных рясах или официально ответственные за церковь люди сделали в этом направлении что-нибудь разумное, — так славно было бы стать верующим». Но беда в том, что Церковь — это не ваш настоятель, не я, не еще кто-то в рясе. Церковь — это мы с вами вместе.