Гусь тяжёлый и другие серые шейки.15-11-2005 14:51
Суббота-воскресенье, 19-20 ноября.
С 16 до 18 и с 19 до 21.
Взрослые - 200 рублей.
Прокат - 150 рублей, залог обязателен.
Заточка - 100 рублей.
Ул. Крылатская, 16, проезд автобусом 229 от ст.м.Молодёжная, автобусом 829 от ст.м.Крылатское.
Ледовый дворец в Крылатском.
В раньшие времена все фотографии, сделанные нашей семьёй на отдыхе, так или иначе являлись портретами Бульдозера.
В последней поездке мы героически боролись с искушением сделать ещё пять снимков спящего бульдога и ещё десять бульдога, гуляющего задом к хозяевам. Так что получилось даже некоторое количество видов Переславля и пара наших портретов.
Тем не менее, я обещала продемонстрировать именно Бульдозера. Обещание выполняю. Фото под рабочим названием "Одобряете ли Вы, господин Бульдог, данный гостиничный номер и по вкусу ли Вам этот диван?
Утром в московских новостях рассказывали, что к первому декабря подготовят к заливке все московские катки. А заливать будут по фактической, как грицца, погоде.
В связи с первым вроде до декабря осталось всего ничего, и пора озаботиться заточкой коньков и подбором компании для катания с последующим распитием глинтвейна (последующим - потому что с параллельным распитием я уже два раза навернулась, спасибо, достаточно, и теперь у меня даже на беговой дорожке колено болит).
В связи же со вторым коньки можно вообще не доставать, потому что, например, Новая Норковая Шуба, на которую я молюсь уже с июля месяца, и которая висит в шкафу готовая к выходу в свет, при таких темпах похолодания понадобится не раньше чем в феврале.
В общем, жизнь, с одной стороны, удалась, а с другой говно, подскажите мне мастера для заточки коньков, где купить сапоги к Новой Шубе, и кто пойдет со мной пить глинтвейн в парке Горького?
Рецепт счастья от магазина "Рамстор" - четыре плитки горького шоколада Lindt по цене трёх. Горький 70%, горький 75%, горький с кусочками груши и миндаля (осталось мало...), горький с апельсином.
А хоть бы и по цене пяти, я мимо не прошла бы.
Хороший студент - не тот, кто всё знает, а тот, кто знает, где это всё посмотреть.
Я студент хороший, дважды: один раз с красным дипломом, второй раз с синим, из-за тройки по бухучёту - бухучёт на посмотреть не поддаётся.
Я незаслуженно считаюсь специалистом по русскому и английскому языку, педагогике, психологии, воспитанию собак, организации мероприятий и курощению мужчин плюшками. Я не специалист, товарищи, я хороший студент: когда ко мне приходят с очередным вопросом, я говорю - давай посмотрим, и открываю справочники.
Я и для себя открываю справочники минимум два-три раза в день, то же и с флеш-ройялем: пара наскоро просмотренных ссылок из яндекса, и термин встал как лыко в строку.
На самом деле я не имею ни малейшего представления о преферансе - кроме того, что это карточная игра, которой, наверное, мне никогда не научиться.
Потому что вряд ли за игорным столом можно подглядывать в справочник...
Лиру обогатило мой лексикон двумя новыми ругательствами: "онолитег" и "литература". Первое - страшное оскорбление. Хуже мата. Тем паче как раз в мате - ничего страшного не ощущаю. "Чё хуйню гонишь? - сам пиздишь!" - нормальный дружелюбный обмен мнениями. А "ты пытаешься меня анализировать" - полный пиздец, тапочки приплыли. "Анализировать" - значит мысленно облачиться в белый накрахмаленный халат то ли акушера, то ли патологоанатома; разложить чужой текст/подтекст/внетекст на продезинфицированном столе и аккуратно вскрыть острым скальпелем упругую кожаную оболочку. Снаружи человек чистенький, беленький и разве что слегка волосатый местами; внутри - склизкий, бордовый и омерзительный. Все немножечко разные, но все - в основных чертах - одинаковые. Вон: мочевой пузырь тщеславия, прямая кишка зависти, набитая всевозможными комплексами печёнка и селезёнка мизантропической тоски. Даже сердце, которое я в традиционном гламурном стиле сопоставлю с любовью - изнутри вовсе не гладенькая червонная масть. Так себе человек изнутри: наблюдать его противно, и самому человеку при вскрытии - больно. Что ж хорошего сказать об извращах*, со скальпелем бегающих за прохожими. Кажется, у Фрая было племя, почитавшее верхом всех непристойностей зрелище нарушенной целостности человеческого тела?
А литература... литература - это помесь внешне безобидного диагноза с почти непререкаемым приговором. "Литература" в моих устах означает "да... он пишет неплохо и язык хороший. Но это ведь не по настоящему? это всё придуманное. Хотя персонажи, не спорю, интересные. Почти как живые. Нет, спасибо, я это больше не стану читать. Честно говоря я и первую часть ниасилила..."
В целом и то и другое словоупотребления - зловещие симптомы гнойной виртуализации**, у пациента тяжёлый воспалительный процесс соединительной ткани между реальной и виртуальной жызнью. Как бы её, эту самую реальную жызнь, не пришлось ампутировать.
Девочковая сексуальность - часто-часто она нарочито яркая, показная: продемонстрировать все, что выросло, юбки покороче, блузы поярче, высветленные волосы, накрученные немыслимым образом... нежная кожа разрисована - яркие тени прячут глазки, на нежном личике заблудились губы от женщины-вамп...
как хорошо, что они вырастают, как хорошо, что МЫ вырастаем.
Женская сексуальность лет тридцати - нежнее... Просто джинсы, свитер грубой вязки с высоким воротом, продуманного великоватого размера, рукава слегка приоткрывают ухоженные пальцы, волосы идеальной стрижки слегка спутаны, цвет их - солнечный, выгоревший, из макияжа видны только черные пушистые ресницы, появившиеся маленькие лучики в уголках глаз - указка на характер, память о смехе, взляд - уверенный, слова - умные...
Трудно контролировать себя, чтобы изредка для приличия отвести взгляд
Я вообще женщина ленивая. Это у меня даже в гороскопе написано. Если б я была котом мужского пола, я бы точно отсидела себе яйца. Хотя котом, скорее всего, я была бы сугубо поджарым, таким, знаете, с рваным ухом, пыльными обломанными усами и бандитской физиономией, так что отсидеть яйца мне, возможно, и не грозило бы.
Ну так вот.
В универе нас заставляли участвовать в самодеятельности как бы в рамках учебной программы. Организовывали "вечера" на Хэллоуин, День Благодарения и Рождество и требовали выступлений. Это засчитывалось как семинар по страноведению. Ну или не засчитывалось, тогда группа имела проблемы на экзамене.
Проблемы иметь мы не хотели, в самодеятельности участовать не хотели тоже. У нас вся группа была кандидатами на отсиженные яйца в следующей кошачьей жизни. Не лень нам было только сбегать с пар и пить пиво в парке "Динамо".
В общем, мы в очередной раз засели в фонозале и стали решать, на какую тему будет наша сценка. Решили изобразить праздничный обед переселенцев в честь Дня Благодарения. А чего, накрыли, сели, молитву пробормотали и всё.
- Я буду фермером! - заявил Лёха. - Или лучше я дружественным индейцем, а Аркадилло фермером!
(Индейцы из обоих были такие же, как и фермеры... Аркашка, правда, пока не растолстел, был похож на Брюса Уиллиса, но тот тоже ни фермеров, ни индейцев вроде не играл.)
- А я, - обрадовалась Ирка, - буду женой фермера! У меня такая блузочка есть белая с такими рюшами...
- Да мы все можем быть переселенцами, - здраво рассудила Аня. - Оденемся попроще и всё.
- Нет, - решительно высказалась я, - я не буду переселенцем.
- Будешь индейской скво! - обрадовался Лёха, - ты подходишь.
- Нет. Я буду ТЫКВОЙ.
Все замолчали - дескать, ты чего - переутомилась? Какая тыква?
- Я буду тыквой, - радостно заявила я - потому что тыкве ничего не надо делать и у нее нет слов!
С тех пор вся наша группа не говорит "мне лень", а говорит "я буду тыквой".
А вместо сценки про День Благодарения мы все надели на головы сумочки и изображали смену караула у Букингемского дворца. В медвежьих шапках. Поимели успех...
Все. Я поняла. Все разговоры о коровьем бешенстве и птичьем гриппе, это есть ни что иное, как происки свиноферм и прочих комбинатов. Они и так терпят убыток от мусульман, и прочих девушек на диете. Вот увидите, следующим нумером пойдет фруктовая чума или еще какая овощная лихорадка.
в дневнике - как будто кто-то пришел, пока тебя не было, и порядок навел.
ножницы всегда лежали возле левого тапка. который всегда на системном блоке.
хуйзнает, где теперь ножницы..
1. Как нет билетов?!
2. Вообще совсем нет билетов?
3. А это точно?
Нет, блять, я хожу на балкон гадать по бараньим кишкам, а не звоню в агентство...
Upd: после того, как с большим трудом найдены, заказаны и выписаны билеты и получено подтверждение от гостиницы.
4. Пенза? Я сказал "Пенза"? Я не мог сказать "Пенза"! Это от меня мейл? Там написано "Пенза"? Ой, слушай, извини, извини, но на самом деле это Пермь!
Всякий раз, когда в конторе поднимается ор, я начинаю мучительно соображать: что же я здесь, вообще, делаю? Утешает меня в такие моменты только одно, что где-нибудь в Кербеле стоят сейчас двое морпехов, смотрят на весь этот Ирак вокруг и тоже ни хрена не могут понять.
-Дерек, что мы здесь делаем? - спрашивает один морпех у другого.
-Не знаю. - мрачно отвечает Дерек. - Спроси у Джорджа.
-У какого, мать твою, Джорджа?
-Буша-младшего. - уточняет Дерек.
А вокруг них по прежнему один кромешный Ирак и никакого просвета в этом Ираке не предвидится.
На кого же так похожи Флер Монт и Марджори Феррар?
Кстати, очень интересно меняется точка зрения, когда от ситуации абстрагируешься. Вот бы всякий раз так находить аналог в обложке...