Барин
Юрий Маркович Нагибин входил в редколлегию журнала «Наш современник».Этот журнал объединял вокруг себя писателей-деревенщиков, которые писали о проблемах русской деревни. Эти писатели жили в глубинке, не обращали на свой внешний вид никакого внимания. Пушкин говорил: «Быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей». Писатели-деревенщики о красе ногтей не думали и выглядели как пьющие мужики, коими они и являлись.
Юрий Нагибин на их фоне казался заморской птицей в стае ворон. Он был красив, одевался дорого и со вкусом. Барин.
Члены редколлегии подозревали в нем еврейскую кровь и относились недоверчиво. Юрий Маркович – русский по матери, но все-таки он был Маркович, и это настораживало. Антисемитизм процветал в «Нашем современнике» и был не полезен его носителям. Как всякое негативное чувство, он портил здоровье, выжирал талант.
Нагибин меньше всего походил на еврея, скорее на татарина. Но всё это не имело никакого значения. Он был талантлив, знаменит, богат, красив и женат на Белле Ахмадулиной. Что ещё надо человеку?
Впервые я познакомилась с Юрием Марковичем на «Мосфильме». Он был старше меня лет на двадцать и казался мне старым. Сейчас, в наши дни, двадцать лет – нормальная разница, даже маленькая. Недавно по телевизору Малахов демонстрировал разницу в пятьдесят лет. И ничего, все счастливы.
В первую нашу встречу Нагибин почему-то рассказал мне о том, как он недавно подрался. Я спросила:
– А вы не боитесь драться?
Всё же неприятно получить кулаком в нос. И больно. Искры из глаз.
– В драке главное – готовность драться.
Прошла целая жизнь, а я запомнила эти его слова. И поверила в них. Готовность к
