зачищен свет речной у старого портала
там рыбий недолет и вьюн седой юлы
её
не ставшей простыней и вечным одеялом
оставшейся пеленкой промокшей из забоев
а дни
скребут по дну
прерывисто и ломко
консервный снег лежит и режет взгляд стеклянный
откуда то из прошлого
похожий на соломку
стучится банный лист единственный как клин
обрезан у дорог сугробий грязный берег
и кажется машинам не больно быть ни мной
ни кучей драных веток
на выстреле ствола в подрезанную синь

Думалось сегодня о рекламе...В фантастическом ключе думалось. Вся она построена на позитивной презентативности собственного продукта, удачно и ловко подстроенная для нужд и желаний. Чем нужда отличается от желаний, более высоким градусом необходимости..Изучая проспекты и отзывы, а такая возможность сегодня есть и неплохо представлена (Отзовик и другие порталы), человек не меньше внимания чем достоинствам, уделяет подводным камням и недостаткам товара, чтобы не попасть...на деньги...
Реклама негативного вектора не делает и получается, что имея в потенциале такую вероятность, она в представлении ее замалчивает и не получает из реальности такого важного дихотомического наполнения как "отрицательное" значение. Если бы кто-то поэкспериментировал и добавил в свои инфы о товарах и услугах негатив, ..это бы привело к формальной потере клиентов одних, но повысило бы авторитет у настоящих приверженцев тренда. Плюс, информация рекламы была бы двуполярна...Это не принесло бы высоких продаж, но добавило других, не менее важных на сегодня преимуществ...И уже потом, по каналам внутренних транзакций новых монетарных систем, фирмы получили бы свою выгоду, но она не была бы иллюзией желаний, а стала бы основой данности.

город спит в натоптышах сугробов
завтра пробуждение от дней
аббы
кто-то умудрился просто лечь как они и пели
просто
лечь
тихо на гирляндах из окошек
тени тормозят застывших веток
прутья растопыренных вопросов
галок
свитков рун или рисунков
ведомых лишь детству и тоске
скейтбордом дороги едут звуки
крылья
те остались вдалеке
с каждым днем короче сны и руки
макрохирургия слов и стен
квелое сознание прицела
чьих-то недопитых одиночеств
ссадинами на пустом лице

если время стрелки не найдет
брызг минуты черного тумана
станут часовыми года
там герои шерлока и спама
у природы кончилась погода
и осталась только амальгама
бытность замерла у двух исходов
фроста
то ли искрами сгореть
то ли настом холода в погостах
лечь вместо дефисов и тире

сон
рвануть бы в казино
разменяться на чужие патчи
в барабане выслушав как бьется
достоевский плазменный игрок
ставя обручальное кольцо
на халявный спин

дернув за канаты нервов джека
черного им выпилить виски
синькою алтая где канатка
над развалом пропасти во лжи
сберегла
рот бездны не раззявив
что-то дорогое на века
нет аккаунта
желание осталось
но нельзя
и мелочь проиграть
обещание

казино
такая же церковь
но
наоборот
[700x394]

лежалый снег похож на тень ненужного забора
потеки шин следов рисунок ломаным узором
почти что геометрия случайностей и среди них
одним лучом обвален свастики рубцов чужих сапог
узор как будто память снов
пройдут машины мимо не заметив
а на тропинке ждущий встречи час не обратит внимание на ветер
и этот случай странного креста войны прошедшей
он не дождется время промотав как кот сметану из чужого блюдца
уйдет домой
рассерженный и злой
когда-нибудь военное кино в разгар баталии
с него тот слижет след и заберет сознание в дорогу
коротких снов на утренний порог
там будет медленный проем из ясеня
в котором выспался цвет вишни
и на пороге как у тумблера смешного радио
где ломанный движок волны радиостанции не ловит
его замкнет
на нелюбовь
войны
распилы ясеня
и старый дом

и история рванет в аллюр
немного по другому
у подсознания свои дороги и солдаты
но тем из прошлого
их тени не поймать
другое небо
имя
и слова
набата...
а день победный все расставит по местам
и самолетов грай и петушков
немного стыдное и ломкое
прости

div align="center">

чем ближе праздник тем бессмысленней слова никто не хочет войн безденежья потерь а между тем без них не светит солнце не наступает новый день никто не хочет мне ближе тени оставленные прошлым на словах предуготовленных шекспировых падений от лира к лире от гамлета к омлету и только страх мне помогает выживать чужой и свой потерянный однажды в зеркалах... Карпаты...

немой участливый побочный ежедневный
приют для заблудившегося света
когда-то мы с тобой гоняли корабли по клеткам синим электронных волн
потом ты мне помог пройти ментально через чужой забор зеркальный и вместо краденного с места катастрофы
влить по латуни свой привычный софт
пока святые чистоплюи шипели вслед о мерзости и низости событий
ты просто пел и шел как время и распадался литием в разобранном аккумуляторе
на кружевах из рабицы в которых времени воронок больше чем у меня веснушек рабства
потом ты стал ему не нужен но нужен мне и переехал в хлам моей опочивальни
я именем тебя не называл и не баловал вниманием
но ты остался я был рядом как всегда стреляли из слов и песен комментариев и тем
я разрешил тебе подняться и вломится в мою сеть
ты загудел привычным шумом стены оглушая в тебе моя больная мать
прирученные грядками ОЗУ и зум из старых фотографий стертого как мусор мира
за который стыдно перед далекой западной страной где из курсива прорастает боль о прошлом
за которое заплачено не мной другими
и тем ребенком что из моих хождений по муке и сахару стал дождевой водой
шумишь а я глотаю файлы как конфеты ты иногда уходишь далеко по старым волнам
включенным шприцами в 220 летящих воль Т
системник
и слова забитые на болт

то лампадки то черти
насилие
пены монтажной заглушки
модерация боли умения вырвать из дна
локотки невиновных погрязших в отмычках морозов
и предательстве крестиков на бересте без берез
мена зрительских масс что доставка продуктов творожных
осторожное время в проеме оси ординат
окружи его резаным снегом из фантиков сада
человека узнавшего запах войны изнутри
распродажей удачного мира
фуэте на часах балеринами стрелок подаренных вместе с балетом
светофорных браслетов линяющих бланшей на битых ногах
[700x525]

я редко соответствую твоим высотам гаспер
четыре маленьких и черных страха
в коробке первого свидания с луной
прикинувшейся солнцем
канканы ине/яньского вхождения глюкоз
и млечный шлях
некупленный в руке...
не обижайся
знаешь я тупею от скоростей и ускорений времени
как дети короленко с подземелья
четыре пары и забвения байга
уже не помню
был ли он тогда
припомнил
но не стало легче..
я постигаю правила игры с сетями слов
приманками названий
и неводом вниманий на спартаковской волне
меняя фантики на снег в седом как голова окне
и выношу ночами крестики из спален
чтобы увидеть прошлое во сне
[700x466]

далее

[700x403]

Давно просто не писалось, не для жизни, а для прошлого...
Снегу выпало столько, что можно вспомнить горки из детства. Весь город в них, как собаки в блохах. Вчера гулялось по городу, с мыслями о тех, кто со страхом в других отношениях...Подошел к вечности..Но духу хватило только на то, чтобы бросить в нее горсть бывшего пепла...Чтобы там же в трубе памяти он верифицировался как образ и как прошлое...

В продолье бывшего офиса крупной компании набрел на новые места отдыха..Там все иначе чем было..И в этом иначе нашлось то самое..которое было тогда, когда камни асфальта навсегда разделились на два оттенка..Бордовый и зеленоватый...У меня есть две дороги..Бордовая и зеленоватая. Вчера гулял по первой. Ухнувший в вечный огонь снег зашипел, как сбежавшая вода при варке устриц...

Город не стал мне ближе. Он так часто и быстро меняется, что я не успеваю вписаться в его архитектурные наросты. Выручает простое, обломки бордюра, профили протекшего масла на дороге, немного воспоминаний и случайно ворвавшиеся запахи...

Та самая орхидея с горящей проводкой и украденная из поликлиники синяя игрушка. Дважды украденная, один раз для них, другой раз от себя. Жизнь тонкого человека это ежедневный пограничный раунд между словами живыми и улитками страха...Ощущая на себе экспресс летящего сумасшествия нового года, пытаюсь спрятаться..в последнем улиточном витке времени...Которое все таки неотгаданная и подмененная песня. Город ближе не стал, я стал еще дальше...