слово мальком мечется в снах проводов
я не ищу его ни на фарси ни на идиш
то что в начале надолго сбежало в потом
без обещаний вернуться назад и исправить
контур теней в спелой охре натёртой моркови
дрожь откровений разрушенных окон и стен
дерзок анод а катоду не хочется правил
ни соблюдать ни придумывать
пишется файлами в стол
рядом напротив в углу притаились движения
стайки прикормленных рыбок пока золотых
падаль рефлексий ночами тоскует ребёнком
ищет и не обретает ни выход ни вход
брага больных новостей о презумпции горла
произносить паляницу и престидижитатор
пробует натянуть на аляску экватор
мышь проводная давно одноглазая вобла
с крупкой кристаллов из пуда упущенной соли

спи мой малёк скоро снега пристанище скормит
влагу сугробов в коренья забывчивых яблонь
тихо присоской стекла тину прошлого сомик
чистит молчаньем воды от попутного зла

красивой фразой расстояние не стянешь
не согреешь
слова давно разбитое стекло
окатышами
с гладкими краями
не режет не скребёт
давно не ранит
однажды на кушетке у врача
податливость на вшивость проверяя
торгашка из ньювея бадами и жизнью
меня на эту россыпь уложила
стекла
затылок то не видит
сглаженны ль края
так и сегодня
шагая задом наперёд
набрав уроков у избушки курьей
вращаю лес прожитых дней
и вспоминаю урия
из чемодана электроников
намерений благих калашниковский ряд
картины
башни
скрип качельный
и превратившегося графа
резанова
в нечеловека недождя
а
ратуши горят
картины спят в запасниках хозяев частных
из за
таких вот чемоданов
и чужих алясок
то курток
то земель
в натопленных домах
кино
важнейшее из чувств
седого холодца
из пуповины шосткинских бобин
[627x494]

зашуршали трейдерские свечки
красное с зелёнкой помешав
новогодье
и заняться есть чем
время
да ужасный лекарь
но вот деньги лечат
всех подряд
чёрной стаей верность лебедей
но бумажки те слабей запретов
так что серый флот идей
к нам плывёт по призракам
из лета
хорошо
когда не ищешь хорошо
а само приходит
с возвращением
в сентябрьский дождь
дрожь кухонная
молчанием ответа

детской памяти жидкие всполохи
ряд сирени больница перке
и словами тоску не откаментить
как с дороги не вытравить след
у молчанья холодного сколота
глыба льда а не свет золотой
и скучающий серп ищет молоту
не замену а новую роль
движ заставки из мухинской пары
чёрно белая зебра штрихкодов
по иному вливающих зарево
после пинов в потерянность кода
копны листьев в кастрюле огня
меркнет света осеннего тральщик
ну а дальше мой призрачный новый
где у встречи короста и пьянь
неудачников псевдопоГОСТа
ну а дальше
уже без меня

она везде
на прилавке хозяйственного
в романе классика
улитке уха
собачьем поводке
на дне кармана плотника

бессмысленная как жизнь
и
беспощадная как смерть

русская рулетка

далее

далее

далее

далее

далее

далее

далее

далее

далее

далее

далее

далее