Ты можешь бесконечно долго носить в себе невысказанное к человеку, но однажды, получив такую возможность, ты вдруг поймёшь, что тебе больше нечего ему сказать. Именно в этот момент всё уйдёт безвозвратно.
Но, чёрт возьми, каждому иногда хочется протянуть руку и удержать.
У меня тоже есть то, что мне бы хотелось сказать. Но я точно знаю: люди, ушедшие однажды, не должны возвращаться вновь. Даже слова, которыми ты полон сейчас, когда-нибудь тебя опустошат. И ты, встретив на улице знакомое лицо, промолчишь и продолжишь идти.
Потому что так и должно быть...
Нельзя вечно носить в себе недосказанное. Оно тоже имеет срок, как и чьё-то "навсегда", слышимое повсюду.
Ты моё искушение, воздух, больная моя исповедь,
Давишь жаром томления слов сладко горьких - искренних.
Не могу без тебя, не желая последним стать выстрелом...
Бесконечно любя, чистой, истинной, но бессмысленной.
Ты искристая, точно свет. Словно ночь прекрасная.
Полна страсти и холода, тьмы и огня доверия.
Искупления ад, искушения рай, точно хмель опасная.
Лишь тебе выбирать, быть мне карой или спасением.
Ты мой пульс, я тепло в твоем сердце - мы связанны,
Тёмная моя королева, мой ангел,- ты жизнь моя,
Одним ветром, рассветом под куполом неба звёздного,
Дразнишь, знаю, но лишь с тобой я могу быть истинным.
Ты моё вдохновение, свет и причины со смыслами,
Шальной выдох, изысканно чувственна и истово искренна.
Листья алым ковром путь по осени лирикой выстелят,
уйти - это ещё полдела. и пока ты вырабатываешь в себе неуязвимость, привычку никого не любить, пытаешься перестать мыслить в духе «да, ему бы понравилась эта книга», «интересно, какой бы эпитет он подобрал к описанию этого неба», «в его городе сегодня минус, тепло ли он оделся», этот человек не пишет и не звонит не потому что делает над собой усилие и одёргивает руки от телефона, все куда тривиальнее и проще.
он просто о тебе не думает. все так просто. вот не думает и все. он так же пьёт чай, ходит в магазин, обновляет новости в интернете, работает над новыми проектами, слушает музыку, но уже не думает о тебе.
и когда что-то щёлкнет в груди, проснёшься от ужаса вся в поту, потянешься к телефону, чтобы закончить эту игру кто кого быстрее разлюбит, удачнее заменит, кто кого перемолчит. звонишь просто спросить, как он там, а тебе ответят «нормально» с таким безапелляционным холодком в голосе, что потом после этого разговора будешь две недели ходить как сама не своя.
ведь никто тебя не просил строить воздушные замки, взбираться на них, а потом с грохотом падать, множа шрамы, коих и так в твоей жизни было предостаточно. и ещё долго потом сидеть маленькой испуганной девочкой, трогать ранку, которая только-только перестала кровоточить, и удивляться, почему она не заживает.
а у него ведь другие приятели, девочки, интересы, другая система ценностей, отличная от твоей.
да и стоит ли его обвинять? ты ведь тоже бываешь жестока к тем, кто тебе ни черта не сдался, просто тебе без него не сдался весь этот мир, а ему — ты.
горько, обезнадёживающе, обидно, противно? пожалуй, да.
да и бывает ли правда сладкой?
сохрани меня в сердце под грифом кровавым «секретно». схорони меня так, чтобы память ни с чем осталась.
мы на каждый вопрос находили с тобой ответы, но при слове «любовь», словно дети, всегда сбивались.
говорили другим: «эти чувства меня погубят». закрывались в своем отчуждённом и странном мире.
мы искали спасения в нужных до боли людях. мы искали спасения в тех, кто во снах являлся.
кто губительным ядом по тонким бежал сосудам, кто пытался быть рядом, но в памяти лишь остался.
сохраняли у сердца десятки воспоминаний, чтобы те́плить надежду обманом и сладкой ложью.
и на каждую в небе звезду загадав желание, ожидали заветную встречу с невольной дрожью.
мы скучали по теплым рукам и родной улыбке. в проходящей толпе спотыкались на ровном месте,
а потом понимали, что тот человек – ошибка. и единственный нужный сейчас в километрах двести.
дело даже не в том, что другой одинокий город. расстояние между - всего лишь отрезок карты.
сотни тонких иголок вонзили в стучащий орган - равнодушие ранит сильнее, чем взрыв гранаты.
человеком болеть - на свободе кресты наставить. ожидая ремиссию, как бы умом не съехать.
было б проще, наверное, сердце свое расплавить. отголоски любви в затухающем слышать эхе.
проще в зыбкой реальности нам никогда не встречаться, не тревожить кипящую лаву в груди открытой.
и себе обещать в недостойных людей не влюбляться, чтобы после не ждать заключительных в зале титров.
не искать чувства там, где граничат разлука с болью. не стремиться назад повернуть колесо санса́ры.
пусть не каждый справляется с выданной миром ролью, попытаться смягчить от коварной судьбы удары
и огромный клубок из эмоций вконец распутать. но накроет от прошлого пенной волной цунами.
мы искали спасения в нужных до боли людях. мы искали спасения в тех, в ком тонули сами.
бойся его. будто гибели неминуемой.
возраст такой, что светиться бы и цвести…
если вдруг сбудется это твое «верну его!» —
что от тебя останется к тридцати?
стоит взглянуть — сразу вспыхиваешь мгновенно, и,
если захочет, в два счета дотла сожжет.
ты представляешь, как любит тебя Вселенная,
раз от него настойчиво бережет?!
© Мила Позняковская
девочка, лето закончится очень скоро. сядешь на поезд, умчишься с улыбкой в осень. ткань твоей жизни меняет свои узоры – в тон самой лучшей из всех пережитых вёсен, в тон тем глазам, что сияют до боли ярко. девочка, ты изменяешься постепенно... больше не ждёшь от судьбы никаких подарков – нужно самой научиться, как рушить стены, если от счастья они тебя отделили. хочешь чего-то – борись за победу, слышишь? лучшее вряд ли достанется без усилий... будешь взлетать – постарайся взлететь повыше.
если любить – то, конечно, сильнее прочих, кто предлагал своё сердце отдать. до дрожи! если не в силах ты с кем-то расставить точек – значит, не время. ах, девочка, знаешь, может, ты наконец-то научишься быть счастливой, не оставляя на память своих печалей... пусть тебя прошлое больше не жжёт крапивой – пусть оно просто останется за плечами. девочка, лето кончается. три недели, чтоб подготовиться в новой писать тетради... радуйся, все предыдущие догорели. в новой пиши про хорошее, бога ради.
от такого врачи прописали бы психотропное внутримышечно,
а психолог сказал: «нужно больше прогулок и солнца»,
стиснув зубы, пишу, когда ни черта не пишется,
и живу вот, когда ни капельки не живётся.
у меня о тебе стихов накопилось на целый сборник,
далёкий мальчишка с глазами цвета горячего шоколада,
ты пиши,
хоть пару раз в году,
по четвергам и вторникам.
и последнее — береги себя там, ладно?
вот и все, моя радость, кончились междоусобицы,
я забыла даже, как ты смеёшься, и голос — обрывки нот.
помню только,
как имя моё произносил
по-особенному,
как никто никогда
его так не произнесёт.
только ты не кури,
оставайся смешлив и всегда несносен,
не целуй нелюбимых и отвечай за свои слова.
август кончится.
обещают дождливой осень,
страшно хочется,
чтобы было
кому тебя согревать.
#АняЗахарова
Твой мир – всего лишь вид из кельи,
Мечты в аранжировке снов…
Я наколдую тебе зелье
Любовный яд из нежных слов!
Я покажу, что значит нежность,
Я буду пить твой первый стон,
Цедя мгновений бесконечность,
Дрожа в душе, как камертон…
Отправлюсь в путь по точкам страсти,
Не торопясь. К чему спешить?
Купаясь в чувстве, словно в счастье,
Поймаю Ариадны нить…
Пойду за ней по коридору,
Читая исповедь с лица,
По лабиринту, по узору
Прикосновений… До конца!
Оставайся, мой третий лишний, мой беззвучный, вчерашний, книжный. Я не сдамся, пока Всевышний мной устало руководит. Двадцать восемь попыток сбыться в календарной твоей странице. Ты молчишь, потому и длится страх, поставленный на repeat.
Я опять предпочту свободу, бег по кругу и в ступе воду. Твоё место - в бюро находок. Я - открою ломбард потерь и февраль заложу бессрочно. До свидания, мой височный. Все проверки пройдя на прочность, наше время обрящет дверь.
Что тебе рассказать, мой строгий, мой конвой на любой дороге? Я болею тобой, но сроки есть у каждого, кто рождён, кто ступил на большую землю, кто, казалось бы, неотъемлем. Ты под кожей, ты внутривенно, непокорен, непревзойдён.
За собой закрывая зиму, ты молчишь, и невыразимо - до отрыва по сгибу - жаль.
До свидания, нелюдимый, мой прошедший, невозвратимый.
До свидания, мой февраль...
© Анна Сеничева