Один знаменитый суфий из Центральной Азии экзаменовал кандидатов, желавших быть принятыми в ученики.
— Всякий, — сказал он, — кто желает развлечений, а не учёбы, кто хочет спорить, а не изучать, кто нетерпелив, кто более желает брать, чем давать — пусть поднимет руку.
Никто не шевельнулся.
— Прекрасно, — сказал учитель, — теперь идёмте, посмотрим на некоторых моих учеников, пробывших со мной три года.
Он провёл их в медитационный зал, где они увидели ряд сидящих людей. Обратившись к ним, мастер сказал:
— Пусть те, кто хочет развлечений, а не учёбы, кто нетерпелив и хочет спорить, кто берёт, а не даёт, встанут.
Весь ряд учеников тут же оказался на ногах. Мудрец обратился к первой группе:
— В ваших глазах, сейчас вы лучше, чем были бы через три года, если бы остались здесь. Ваше сегодняшнее тщеславие даже помогает вам чувствовать себя достойными. Так что, подумайте хорошо, когда вернётесь домой, прежде чем пожелаете в будущем прийти сюда ещё раз, хотите ли вы видеть себя лучшими, чем вы есть или худшими, чем считает вас этот мир.
О старом заброшенном доме на окраине деревни ходила нехорошая слава, что в нём живёт злой демон, и люди всегда обходили его стороной. Однажды, один из жителей деревни побился об заклад, что проведёт ночь в этом доме, храбро вошёл в него и заперся там. В это же время, некий путник вошёл в деревню в поисках ночлега. Услышав про заброшенный дом с демоном, он решил там переночевать. Но когда он стал открывать дверь, то сидящий внутри храбрец решил, что это демон пришёл и заблокировал дверь. Путник же, в свою очередь, подумал, что злой демон не пускает его в дом и поднажал плечом.
И так они долго тянули и толкали дверь, пока она, наконец, не слетела с петель. Тогда храбрец набросился на путника и стал его бить, и путник тоже стал бить храбреца, и каждый из них думал, что сражается с демоном. Так они дрались и катались по полу довольно долго, пока не глянули друг другу в лицо и не поняли, что оба ошибались.
Человек всё делает наоборот. Спешит стать взрослым, а потом вздыхает о прошедшем детстве. Тратит здоровье ради денег и тут же тратит деньги на то, чтобы поправить здоровье. Думает о будущем с таким нетерпением, что пренебрегает настоящим, из-за чего не имеет ни настоящего, ни будущего. Живёт так, словно никогда не умрёт, и умирает так, словно никогда не жил.
Пауло Коэльо "Подобно реке"
И след теряя не находят!
А человек гостит у Вас,
Прощается и в ночь уходит!
А если он уходит днем-
он все равно от Вас уходит.
Давай сейчас его вернем,
пока он площадь переходит.
Немедленно его вернем,
поговорим и стол накроем
Весь дом вверх дном перевернем
И праздник для него устроим!
Геннадий Шпаликов
Эльчин Сафарли "Нет воспоминаний без тебя"
Жанр: роман
Изящный и печальный роман "За рекой, в тени деревьев" со множеством автобиографических мотивов по праву считается одним из лучших образцов прозы Хемингуэя.
Немногие люди способны переносить полное одиночество. Я и сам, как вы знаете, не люблю одиночества, но после нескольких попыток пришел к выводу, что общество болтливых дураков еще хуже.
Айрис Мердок. Под сетью
Новый шедевр «короля контркультурной прозы» Чака Паланика.
Книга о молодом мошеннике, который каждодневно разыгрывает в дорогих ресторанах приступы удушья – и зарабатывает на этом неплохие деньги...
Книга о сексоголиках, алкоголиках и шмоткаголиках. О любви, дружбе и философии. О сомнительном «втором пришествии» – и несомненной «невыносимой легкости бытия» наших дней.
Впрочем... сам Паланик говорит о ней: «Собираетесь прочесть? Зря!» Короче – читайте на свой страх и риск!
Мудрость приходит вместе со способностью быть спокойным. Просто смотри и слушай. Больше ничего не нужно. Когда ты в покое, когда ты просто смотришь и слушаешь, это активизирует внутри тебя свободную от понятий разумность. Пусть покой направляет твои слова и дела.
Экхарт Толле "О чём говорит тишина"
И тебя потянет — в вечный путь,
Оправдай змеиную породу:
Дом — меня — мои стихи — забудь.
Знай одно: что завтра будешь старой.
Пей вино, правь тройкой, пой у Яра,
Синеокою цыганкой будь.
Знай одно: никто тебе не пара —
И бросайся каждому на грудь.
Ах, горят парижские бульвары!
(Понимаешь — миллионы глаз!)
Ах, гремят мадридские гитары!
(Я о них писала — столько раз!)
Знай одно: (твой взгляд широк от жара,
Паруса надулись — добрый путь!)
Знай одно: что завтра будешь старой,
Остальное, деточка, — забудь.
Одиночество - самое страшное, что может случиться с человеком. И неважно, кто этот человек, бедняк или богач, простак или хитрец, глупец или гений. Одиночество не стучится и не ждет, пока ему откроют, у него есть ключи ото всех дверей...
Зюскинд. Парфюмер
А я, как осень. Не умею притворяться.
Раз опадать - то до последнего листа.
Я обезумел за мгновенья нашей страсти.
Ведь раз пить яд - то до последнего глотка.
А все слова похожи на бокалы -
от них не опьянеть, когда пустые.
Мне льют и льют - а мне всё мало. Мало!
Мне вами трезвым быть, увы, невыносимо.
Разлука наша в унисон с погодой:
ещё не ноль, но льют холодные дожди.
А я, как осень. Но не время года,
а состояние израненной души...
Эль Твит
Не знаю, бывало ли у тебя подобное чувство. Что хочется уснуть на тысячу лет. Или просто не существовать. Или просто не знать, что ты существуешь. Или что-то подобное. Это желание очень болезненное, но оно появляется, когда я чувствую себя так, как сейчас. Вот почему я стараюсь не думать. Я просто хочу, чтобы всё перестало вращаться.
Чбоски Стивен. "Хорошо быть тихоней"
Джек Лондон "Мартин Иден"
Люди дружат потому, что это не лишено приятности, а для всего прочего имеются психиатры, нечто вроде механиков, обслуживающих гаражи внутренней жизни и чувств, на случай, если обнаружишь поломку, пробоину, которую сам залатать не можешь. Друзей не положено отягощать печальными историями, грустным выражением лица. Да и не стоит. Все равно за душой у них не найдется ничего, кроме стандартного, ни к чему не обязывающего оптимизма.
Макс Фриш. "Штиллер".
— Кажется, я начинаю понимать, где между нами прошла трещина. Твои любимые книги для меня — чепуха. Мои для тебя — барахло. Мусор. Почему мы этого не заметили десять лет назад?
— Мы многого не замечаем, пока… — он запнулся, — пока любим.
— Рэй Брэдбери
Только пепел знает, что значит сгореть дотла,
Но я тоже скажу, близоруко взглянув вперёд:
не всё уносимо ветром, не всё метла,
широко забирая по двору, подберёт.
Мы останемся смятым окурком, плевком, в тени
под скамьёй, куда угол проникнуть лучу не даст.
И слежимся в обнимку с грязью, считая дни,
в перегной, в осадок, в культурный пласт.
Замаравши совок, археолог разинет пасть
отрыгнуть; но его открытие прогремит
на весь мир, как зарытая в землю страсть,
как обратная версия пирамид.
"Падаль!" выдохнет он, обхватив живот,
но окажется дальше от нас, чем земля от птиц,
потому что падаль — свобода от клеток, свобода от
целого: апофеоз частиц.
Иосиф Бродский
Звезды закрыли ресницы,
Ночь завернулась в туман;
Тянутся грез вереницы,
В сердце любовь и обман.
Кто-то во мраке тоскует,
Чьи-то рыданья звучат;
Память былое рисует,
В сердце — насмешка и яд.
Тени забытой упреки…
Ласки недавней обман…
Звезды немые далеки,
Ночь завернулась в туман.
Валерий Брюсов
Квартиры, наводящей грусть.
Войду, сниму пальто, опомнюсь,
Огнями улиц озарюсь.
Перегородок тонкоребрость
Пройду насквозь, пройду, как свет,
Пройду, как образ входит в образ
И как предмет сечет предмет.
Пускай пожизненность задачи,
Врастающей в заветы дней,
Зовется жизнию сидячей,-
И по такой, грущу по ней.
Опять знакомостью напева
Пахнут деревья и дома.
Опять направо и налево
Пойдет хозяйничать зима.
Опять к обеду на прогулке
Наступит темень, просто страсть.
Опять научит переулки
Охулки на руки не класть.
Опять повалят с неба взятки,
Опять укроет к утру вихрь
Осин подследственных десятки
Сукном сугробов снеговых.
Опять опавшей сердца мышцей
Услышу и вложу в слова,
Как ты ползешь и как дымишься,
Встаешь и строишься, Москва.
И я приму тебя, как упряжь,
Тех ради будущих безумств,
Что ты, как стих, меня зазубришь,
Как быль, запомнишь наизусть.
Борис Пастернак