[650x644]

Добавил к своей коллекции пацификов.

Оригинал записи на pepsimist.ru: Лобковый пацифизм. Комментировать можно и здесь и там.

LI 7.05.22

Он не мальчик уже, до золотых зубов дожил.
У него зубы мудрости во рту сверкают, как мокрые рыжики в овраге.
А вот ума так и не нажил.
Значит, не в возрасте дело и не в зубах.
И не в золоте.
Вон, у того хлипкого, в очках, то ли фарфоровые, то ли своих еще не растерял, а ума столько, что в голове не умещается, в авоське носит.
А зубы хоть каждую неделю меняй — золотые на платиновые, платиновые на фарфоровые, дальше и до бриллиантовой инкрустации дойти можно.
И чё?
Семки любыми зубами одинаково лузгаются.
От тридцати двух алмазов в рту ни ума ни сообразительности в черепе не прибавится.
Сообразительность с умом не в пустом черепе от сырости заводятся, а в мозгу, который в этом черепе должен быть.
А коли мозга там нету, клацай платиновыми зубами, не клацай, ум в черепе не появится.
Такая вот безрадостная картина маслом.

[522x318]

Оригинал записи на pepsimist.ru: Золотой зуб. Комментировать можно и здесь и там.

LI 7.05.22

Внезапно пришло на память.
В школьную пору мою, тому много лет назад, парты в школе были весьма, по нынешним временам, своеобразные.
Во-первых, они были двухместные и представляли собой монолит из собственно парты и намертво соединенной с ней скамьи.
Во-вторых, столешница у парт была, не как у стола горизонтальная, а под углом.
Наверху было прорезано отверстие под чернильницу-непроливайку и сделан желобок для ручки.
Чтобы вылезти из такой парты или встать, чтобы бодро поприветствовать завуча или директора, надо было откинуть наверх столешницу.
Даже не знаю, как её правильно называть, наверное, откидной доской.
Когда в класс входил учитель или кто-то из дирекции, вставать полагалось обязательно и так торчать столбом, пока не разрешали сесть.
Парты нещадно резались перочинными ножами, вырезались инициалы или какие-нибудь сакральные знаки, вроде черепа с косточками.
Никаких «Цой-жив» или иноязычных надписей не делали, хотя одно время Москва была густо усеяна словом «Fantomas».
Фломастеров и, тем более, баллончиков с краской еще не было, поэтому Фантомаса увековечивали обычными карандашами или мелом.
К первому сентября парты приводили в порядок, прикручивая оторванные откидные доски и густо покрывая коричневой и зеленой масляной краской.
Сидя за партой, руки положено было держать на ней аккуратно сложенными, и сидеть так весь урок, пока не понадобиться что-нибудь писать или читать.
Тогда снова откидывалась доска, из парты доставался портфель или ранец, из него на парту выкладывались учебники, тетради и пенал с ручками-карандашами.
Когда появились шариковые ручки, писать ими запрещалось и, скажем, домашнее задание, написанное не чернилами, просто не принималось, и учителем делалась запись в дневник о недопустимости, тлетворности, разлагающем влиянии и прочее в том же духе.
Можно было пользоваться только утвержденными министерством чернильными «самописками».
А к каждой тетради прикладывалась промокашка, и в пеналах у всех лежали круглые «перочистки», чтобы снимать с пера застывшие комочки чернил, бумажные волокна и прочую дрянь.
Руки, портфель, учебники и школьная форма вечно были в несводимых фиолетовых и синих чернильных пятнах.
Черные чернила почему-то тоже были под запретом и разрешались только синие и фиолетовые.
Перьевые самописки были снабжены разными системами заправки.
Сперва были с резиновым колпачком, как у пипетки, после появились с «архимедовым винтом», еще позже стали выпускать пластиковые картриджи с чернилами, были еще какие-то, уже не упомню все.
И вечно шла борьба с дурным чуждым влиянием.
То запрещали самописки и можно было пользоваться только обычными перьевыми, правда, этого я уже почти не застал.
Потом боролись с шариковыми ручками, которые, якобы, портили почерк и вообще были социально подозрительны.
Затем уже принялись воевать с гелиевыми.
У нас нельзя, чтобы не бороться.
Без борьбы жизнь пресна, скучна, бессмысленна и однообразна.
А тут вдруг очень вовремя появляются импортные и жутко вредные шариковые ручки.
Ну как с ними не побороться.
А как со «жвачкой» боролись — ого!
При том, что в стране она отсутствовала, как явление и видели её только в кино, да у удачливых отпрысков «выездных» родителей.
Такие горячие статьи публиковались в журналах и газетах о тлетворном и разлагающем влиянии запада, о том, как отвратительны и тупы жующие лица, как вредно жевательная резинка сказывается на желудочно-кишечном тракте, на неокрепшей детской психике, на моральных качествах, и прочий подобный вздор.
Много лет так боролись, пока сами не стали выпускать.
Дрянь, которую выпустили, с «риглис», изредка перепадавшей от фарцовщиков или «чековых» рядом не лежала, но нам тогда на безрыбье-то и такая годилась.
Запомнил только кофейную. Еще вроде была клубничная и, наверное, мятная.
Всего, кажется, три вида было.
Потом уже импорт пошел и наша пропала за неконкурентоспособностью.
Так же боролись с джинсами, которых, как, кстати, и жвачки, в стране тоже не было.
То есть отчаянно боролись с тем, чего не было, но все страстно желали.
Сообщалось, что джинсовая краска чрезвычайно вредна для организма, джинсовый покрой наносит вред репродуктивным способностям, что это штаны американских пастухов и негоже нашим советским людям расхаживать по улицам в пастушьих штанах потенциального противника.
Впрочем, когда я ходил в первый класс, ни о каких пастушьих штанах еще не слышали, а сами школьники ходили в серой ворсистой школьной форме.
Каждый школьник был снабжен черным или коричневым портфелем с жестяным замком-защелкой.
Кое-кто ходил с твердым ранцем, но ранцы не котировались, ибо, согласно неписаной табели о рангах, пользовались ранцами только маменькины сынки, очкарики и зубрилы.
Особым шиком считалось носить кожаную папку на молнии.
Ручек у неё не было, носить было неудобно, и ходили с ними, в основном, второгодники, двоечники и прочая подобная публика.
Первоклашкам на переменах предписывалось ходить по коридору парами.
Бегать, прыгать, веселиться и кричать запрещалось, Читать далее...

Любопытные римейки на работы Мане и Вермеера уже выкладывал.
Но нашлись еще забавные переложения «Завтрака на траве» все того же Мане и известного полотна Жоржа Сера «Воскресная прогулка на острове Гранд Жатт».
Делюсь.

Эдуард Мане «Завтрак на траве»
[800x632]
[800x596]
[800x594]

Жорж Сера «Воскресная прогулка на острове Гранд Жатт»
[800x527]
[800x534]

Оригинал записи на pepsimist.ru: Римейки известных полотен Эдуарда Мане и Жоржа Сера. Комментировать можно и здесь и там.

LI 7.05.22

[432x313]
Владимир Сычев

Для фотографов Владимир Сычев уже в 70-е стал легендой, а его работы – вершиной фоторепортажа. Он был в гуще событий, составивших славу русского авангарда второй половины XX века. В эпоху застоя он вел фотолетопись московского нонконформистского движения, в 80-е, уехав за рубеж, стал одним из самых печатаемых фотографов благодаря уникальной точности, злободневности и художественной ценности своих работ.

Спустя тридцать лет Сычев приехал в Москву на открытие персональной экспозиции, состоящей из кадров убогой советской жизни, нонконформистских выставок, фотографий знаменитых художников-шестидесятников и многого другого.

– Владимир, как вы стали фотографом, с чего все началось?

– Началось в 65-м, когда я играл на саксофоне в студенческом театре эстрадных миниатюр при Казанском авиационном институте. Играли американский джаз. Когда мы приехали в Москву на конкурс, председателем жюри которого, кстати, был Райкин, я первый раз в жизни увидел профессиональных фотографов, которые снимали происходящее. Мы победили, а на следующий день пришел фотограф Игорь Агафонов, кажется, из «МК». Он подошел почему-то ко мне, дал газету и фотографии. Меня это все очень заинтриговало.

– Вы были на фотографии с саксофоном?

– И не только. Он еще подарил мне фотографии футболистов, хотя к футболу я равнодушен до сих пор. По возвращении домой я сразу купил фотоаппарат. Жил я в Казани между вокзалом и центральным рынком, и вся жизнь проходила перед окнами моего дома. Поэтому я сразу стал снимать на улице. Никто меня не учил, никто ничего не показывал. В Третьяковке есть фотография 66-го года, сделанная на казанском рынке. Я снимал город, улицу. Почему? Не знаю. Вопросам композиции, формы и другим тонкостям я научился у художников. Можно сказать, что фотографа из меня сделали художники.

– У вас было музыкальное образование?

– Я учился в интернате в Туапсе, окончил музыкальную школу по кларнету, но музыкант я нулевой. Тем не менее играл в студенческом театре, но фотографией увлекся мгновенно, и к концу института уже продал саксофон, купил объективы и знал, что хочу быть только фотографом. По распределению попал на Байконур, два года отработал радиоинженером, и – в Москву.

– Кто из фотографов оказал на вас влияние?

– В 67-м в стране отмечали 50-летие советской власти, везде проходили выставки посвященные этому событию. В Казани фотовыставка называлась «Волга-67». Я сдал на нее фотографии – на мой взгляд, хорошие, но их отвергли. Когда все призы раздали, я подошел к Виктору Резникову, председателю жюри, и показал ему свои фотографии. Он спросил, почему их не было на выставке, я ответил, что не пропустили. Тогда было все просто. Можно было снимать пейзажи, колхозников, обнаженную натуру, но улицу было нельзя. А я снимал только улицу, мне это нравилось. После той выставки я стал общаться с Резниковым, два раза в год ездил к нему в Москву показывать фотографии, отчитывался за шесть месяцев. Он работал в журнале «Советский Союз». Мы с ним встречались у его друга – художника Анатолия Крынского (сейчас он в Нью-Йорке), на Самотечной. Крынский меня познакомил с художником-нонконформистом Валентином Воробьевым, который потом участвовал в бульдозерной выставке. Сейчас он живет в Париже, как и я. А Резников был мой настоящий учитель, он мне помог тем, что сразу меня обнадежил, сказав, что мои фотографии – хорошие, несмотря на то, что никуда не прошли. Мы с ним дружили до моего переезда в Москву в 72-м году, а два года спустя я начал устраивать квартирные выставки непризнанных властью художников, на которые, в основном, приходили иностранцы. Резников принадлежал к той части советской элиты, которая боялась встреч с иностранцами, и он перестал ко мне ходить. Потом я попал во Францию, познакомился там со всеми фотографами, которые сами меня нашли после публикаций. В Москве я был профессиональным фотографом, состоял в легендарном горкоме графиков, где была секция фотохудожников. Горком по своему уставу объединял всех людей, работающих в издательствах, там были даже ретушеры. В советские времена нужно ведь было где-то числиться, чтобы тебя не считали тунеядцем! И те, кого не принимали в Союз художников и Союз журналистов, вступали в горком – не идеологическую, а профсоюзную организацию. Когда состоялась бульдозерная выставка, меня арестовали, я сидел с Сашей Рабиным, его вот уже нет…

– Это сын Оскара Рабина?

– Да, сын Рабина. Я последний из живых, сидевший за бульдозерную выставку. Задержали тогда многих, а судили пятерых – Оскара Рабина, Женю Рухина, Эльскую, Сашу Рабина и меня. Нас двоих, как самых молодых, посадили на 15 суток, остальных отпустили, оштрафовав на 20 рублей. После бульдозерной выставки были мелкие неприятности.

Читать далее...

Некоторых псевдобайкеров, расплодившихся по Москве во множестве нужно расстреливать из акустических пушек.
Не до смерти, не пулями из шотганов, а именно бить нещадно акустическими зарядами прямо в среднее ухо.
И в оба других.
Помучить так, как они мучают окружающее их мирное население.
Особенно ночами, взревывая, громыхая и оглушительно треща своими говноциклами.
Езду без глушителей эти козлики, видимо, считают за особенную крутость и лихость, долженствующую сообщать самкам об их неврубенной потенции и негасимом либидо.
Умонедостаточные мозгоубогие одноклеточные.

Оригинал записи на pepsimist.ru: Говноциклисты умонедостаточные. Комментировать можно и здесь и там.

LI 7.05.22

Первая самостоятельно приобретенная магнитофонная катушка была тут же отдана «дельцам от музыки» вместе с тремя рублями в кредитных билетах.
На одной стороне я потребовал записать подборку Deep Purple из «Machine Head» и «Who Do We Think We Are», а на второй стороне Led Zeppelin III.
По сию пору эти три альбома остаются любимыми, вероятно, по большей части, из ностальгических переживаний.
Но в любом случае, не Beatles приобщили меня к рок-н-ролу, а именно Deep Purple и Led Zeppelin.
Beatles были сладкоголосыми мальчиками в пиджачках и звенящими гитарами.
Они были хороши в тринадцать-четырнадцать лет: первая любовь-морковь, розы-мимозы, танцы-обжиманцы и прочие поллюции.
А потом, лет в пятнадцать, помидоры вместо со всей этой цветочной оранжереей завяли и требовалось уже что-то настоящее, а не шоколадно-ванильное.
И тут как раз кто-то принес Deep Purple.
Я понял, что до этого была разминка, прелюдия, романтические поцелуи в уголке, а настоящая плотская любовь — вот она.
У них был звук, был драйв, была свобода и мощь, у них было вообще все, что требовала юная мятущаяся душа.
Дух захватывало, холодело под ложечкой, в голове пульсировал адреналин или серотонин или все вместе, мышцы каменели и приходило чувство, что можешь все.
Даже сейчас, когда уже казалось бы давно знаю наизусть каждую ноту, каждый нюанс и мог бы сыграть все партии сам, даже сейчас без любимой подборки Deep Purple из дому не выхожу.
Когда надо взбодриться или, наоборот, успокоится, или когда просто хорошее настроение или дела ни к черту, выбираю эту подборку, задираю басы и плотнее втыкаю наушники.
И все, и больше ничего не надо.
И идет все лесом.
А я шагаю в такт Lazy или Smooth Dancer, Woman From Tokyo или Super Trouper.
А Smoke On The Water всегда стояла в телефонах мелодией вызова.





Оригинал записи на pepsimist.ru: Генератор эндорфина. Комментировать можно и здесь и там.

LI 7.05.22

Здравый смысл, наконец, победил, и медленно побрел прочь, побрякивая оружием.
На поле брани остались лежать растерзанные и бездыханные сказки, светлые мечтания, забавные фантазии, романтика, любовь с первого взгляда, гвоздика под полой плаща, и поцелуй с замиранием сердца и с терпким запахом сухого вина на губах.

Оригинал записи на pepsimist.ru: Победа. Комментировать можно и здесь и там.

LI 7.05.22

Прицельное говнометание, есть суррогатное проявление народной радости, веселия и пити.
«Руси есть веселие пити, не можем без того быти», как отчетливо когда-то припечатал коварных басурман с их провокационными предложениями Владимир Красное Солнышко.
И верно, и правильно, невозможно на руси без чарки, штофа, лафитника или стакана.
Можно и из горла, на худой конец.
Жаль, на хлеб намазывать нельзя.
Но накрошить хлеба в тарелку можно.
И водки туда налить тоже можно.
И жрать всю эту тюрю большой столовой ложкой тоже можно.
Гадость, конечно, но так и пьем не ради вкуса, а для ради забыться.
Анальгетик для души.
Не можем без того быти...

[463x600]

Оригинал записи на pepsimist.ru: Чарка меду. Комментировать можно и здесь и там.

LI 7.05.22

[620x420]

Jon Lord RIP









LI 7.05.22

А вы заметили, что превратились в депрессивных, унылых, тревожных психопатов с обсессивно-компульсивным расстройством и синдромом ослабленного внимания?
Не заметили? Ну, значит, вам либо повезло, либо вы с прохладцей относитесь к интернету.
Американцы — или америкосы, как ласково их называют в рунете — долго и подробно выясняли, как воздействует интернет на психику.
Оказалось, что хреново действует, кто бы сомневался.
Те самые депрессии, тревожность, обсессивно-компульсивные расстройства и прочие нервно-психические радости жизни, это все последствия пользования интернетом.
Ну, а чего хотели?
Что можно ждать от людей, круглыми сутками не отрывающихся от мониторов, мобильников, смартфонов, коммуникаторов, айпадов и тому подобных благ цивилизации.
Да еще и телевизор успевающих прихватывать на сон грядущий.
А содержание телевизионных программ тоже оптимизма в организме не увеличивает.
Из автомобильного кресла в офисное, оттуда снова в автомобильное и наконец в домашнее, с пивком и планшетом.
Движения — ноль, позитивных новостей — ноль, положительных прогнозов — ноль и надежд на улучшение тоже с вялый гулькин хрен.
С чего тут взяться радужному оптимизму, позитивизму и широкой белозубой улыбке?
Оскал — пожалуйста, а улыбка пока не получается.
Тем более, белозубая, несмотря на объем рекламы зубных паст.
И что бы там не говорили о фальшивости улыбок жителей западных стран, особенно, столь любимых на Руси америкосов, мне ближе фальшивая белозубая улыбка, чем откровенный, ничем не маскируемый злобный оскал с гнилыми зубами.
Это, конечно, дело вкуса и многих, наверное, ужасно радует такая российская открытость, непосредственность и откровенность в выражении своих чувств к окружающим.
Но лично мне не подходит, не нравится мне такая непосредственность.
Ты мне, сука, тоже не нравишься, но в морду я тебе об этом не скажу. Воспитание не даст.
А у тебя ни воспитания, ни души, ни ума, одни инстинкты с гнилыми зубами.
Тебя в родную среду выпустить надо, в джунгли, в тайгу, в пампасы, чтобы жрал там кактусы с морошкой и на тушканчиков охотился.
Тебя к людям нельзя допускать, ты с ними интеллектуально несовместим.
Прямоходящее животное.

Вообще я собирался сказать лишь об интернете и его воздействии на мозги, при условии наличия как мозгов, так и интернета.
Но обсессивно-компульсивное расстройство мне не дало.
Сказывается, сказывается деструктивное воздействие World Wide Web.
Правы америкосовские ученые, будь они неладны...

[503x331]

Оригинал записи на pepsimist.ru: Обсессивно-компульсивный интернет. Комментировать можно и здесь и там.

LI 7.05.22

Ну, кто бы сомневался, что многожрущие и быстроплодящиеся, в интеллектуальном отношении плетутся далеко позади многодумающих и хорошосоображающих.
Не надо быть британским или любым другим ученым, чтобы путем обычных наблюдений за окружающей средой и её обитателями прийти к таким выводам.
Но ученым же надо все доказать посредством всевозможных экспериментов и опытов.
Вот они и провели такие опыты.

Эксперимент подтвердил взаимозависимость размера мозга с умственным развитием и длиной желудочно-кишечного тракта.
Особи с бо́льшим мозгом быстро научались различать оба изображения, все остальные обучению не поддавались. То есть сообразительность действительно зависела от размера мозга.
Зато особи с небольшим мозгом производили больше потомства: в среднем семь отпрысков против шести у «умников». Соответственно, кишечник у «глупых» особей весил на треть больше, чем у «умных». Эксперимент подтверждает выводы, сделанные относительно приматов: большой мозг резко уменьшил плодовитость обезьян, а впоследствии и человека. Взаимосвязь между плодовитостью и интеллектом наводит на кое-какие антропологические размышления, но во имя политкорректности мы их озвучивать не будем.
источник

[600x396]

Оригинал записи на pepsimist.ru: Жрать или думать. Комментировать можно и здесь и там.

LI 7.05.22

Реклама на ТВ:
«Идеальная прическа в любое время и в любом месте!»
Какие места они имели в виду? Подмышки?

[650x650]

Оригинал записи на pepsimist.ru: Кудри. Комментировать можно и здесь и там.

LI 7.05.22

Для чего в ванной зеркала вешают?
С утра заглянуть либо забываешь, либо опасаешься.
Ибо были прецеденты.
Да по утрам, по-моему, вообще никто в них смотреть не любит.
Днем смотреть некогда и смысла нет.
Вечером вообще не до зеркала.
Да и чего нового там увидишь?
Все та же борода с усами.
А причесываться удобнее наощупь, отчего-то аккуратнее выходит.
Да и вообще, когда в него заглядываешь, все равно мысли посторонним заняты, а не тем, что в нем отражается.
Зеркало, не киноэкран, ничего интересного, нового и захватывающего вам не покажут.
В зеркало нельзя заглянуть в надежде, что там вдруг окажется стройная голая блондинка с выдающимися формами.
В нем даже не соврут, как в телевизоре, а прямо и без обиняков выложат о тебе всю правду-матку.
А кому она, матка, нужна?
Никому не нужна, ибо все хотят чтоб им врали, но красиво.
Ты, мол, всех прекрасней и милее, или мужественнее и мускулистее, в зависимости от половой принадлежности и сексуальной ориентации смотрящегося.
Так что зеркало, вещь в хозяйстве удобная, но на психологически неуравновешенных и неуверенных действовать может губительно.
Мне как-то пришлось месяца полтора обходиться без зеркала по причине его отсутствия.
И ничего, нормально все.
Морду наощупь, а остальное важное и без зеркала видно.
Когда через полтора месяца к зеркалу подошел, самооценка подскочила, как каучуковый мячик и долго еще прыгала по квартире.
Поэтому нервным, впечатлительным и анемичным рекомендую от зеркал вовсе избавиться.
Гораздо лучше будете себя чувствовать.
Отвечаю.

[700x620]

Оригинал записи на pepsimist.ru: Всех прекрасней и милее. Комментировать можно и здесь и там.

LI 7.05.22

Чей это?

[481x700]

Это не то, что видится, это другое.
Ответ под катом

— Что же тебя в ней привлекало?
Михал Иваныч надолго задумался.
— Спала аккуратно, — выговорил он, — тихо, как гусеница…

***

Потоцкий, вы своим обликом нарушаете гармонию здешних мест…

***

На чужом языке мы теряем восемьдесят процентов своей личности. Мы утрачиваем способность шутить, иронизировать. Одно это меня в ужас приводит.

***

...безнадежное, унылое, назойливое чувство. Худосочный и нудный мотив: «Где ты, Русь?! Куда все подевалось?! Где частушки, рушники, кокошники?! Где хлебосольство, удаль и размах?! Где самовары, иконы, подвижники, юродивые?! Где стерлядь, карпы, мед, зернистая икра?! Где обыкновенные лошади, черт побери?! Где целомудренная стыдливость чувств?!..» Голову ломают: «Где ты, Русь?! Куда девалась?! Кто тебя обезобразил?!»
Кто, кто… Известно, кто… И нечего тут голову ломать…

***

Я шел и думал — мир охвачен безумием. Безумие становится нормой. Норма вызывает ощущение чуда…

Сергей Довлатов «Заповедник»

Оригинал записи на pepsimist.ru: Читатник Дао - Снова Довлатов. Комментировать можно и здесь и там.

LI 7.05.22

Девяносто девять процентов всех и всевозможных запретов у нас не имеют под собой не только законного основания, но и разумной причины.
Так издавна повелось, что проще и спокойнее сразу все запретить, а потом, при очень сильной необходимости, потихоньку разрешать, вводить пропуска, специальные допуски, разрешения на гербовой бумаге, удостоверения, корочки, блат, червонец в карман.
Любое дозволение расценивается, как поощрение, как приятный дополнительный бонус к чему-то — к должности, к социальной или профессиональной принадлежности, к «корочке».
Многие наверняка сталкивались с тем, что вдруг подваливают какие-нибудь граждане с прогрессирующей безграмотностью на лицах и угрюмо требуют убрать фотоаппарат, потому что «здесь фотографировать нельзя».
Почему нельзя, они не скажут, потому что не знают, а вернее всего, такого распоряжения им и не давали, и это их личная инициатива.
Они же охранники, сторожа, цепные дворняги, пусть крошечная, но власть, как они её понимают.
А какая главная задача и цель любой власти?
Правильно — не разрешать.
И основная, хрестоматийная властная фраза: «Не велено!»
Неважно что, неважно кому, без разницы зачем.
Первое и основное проявление власти — запрет.
Мужик с полутора классами образования тебе может запретить — или разрешить — а ты не можешь, если корочки нет.
Помимо запрета все прочие действия все же требуют хотя бы минимальной, хотя бы примитивной, но работы мысли, а чтобы запретить, ничего не надо, кроме действительной или мнимой власти.
Поэтому запрет, это святое.
«Не велено», это наше всё.
На том стояла, стоит и стоять будет русская земля.

[300x211]

Оригинал записи на pepsimist.ru: Не велено. Комментировать можно и здесь и там.

LI 7.05.22

Все же есть какие-то места, если не проклятые, то какие-то неудачные, с негативными эманациями.
Чтоб далеко не ходить, для примера возьму помещение недалеко от моего дома.
При совке там был обычный хозяйственный магазин, в котором я даже успел поработать.
Так себе магазинчик, без экстрима в виде визитов ОБХСС с последующей посадкой всего руководящего состава.
Воровали потихоньку, в меру, как и все тогда — директор побольше, остальные поменьше, в соответствии с уровнем материальной ответственности и неписанного табеля о рангах.
А вот после, когда хозяйственный зачем-то прикрыли, начались с этим помещением странности.
Место вроде хорошее, ходовое, народу всегда много рядом.
И ходят не просто мимо, там ходят целенаправленно — по магазинам, ибо ничего другого там нет.
Первое, что я запомнил — но не первое, что там открылось — был какой-то дикий для нашей совсем не гламурной Елдыринской слободы ювелирный магазин.
Туда, по-моему, вообще никто не заходил, мне из окна все хорошо видно.
Сам из любопытства разок заглянул, увидел крошечные крендельки из мыльного камня сотни по две баксов каждый, и больше туда на заглядывал.
С ювелирным у всех сложилось стойкое убеждение, что создано оно было исключительно для отмыва.
Не знаю, может быть и так.
После того, как вся эта ювелирная сеть была кем-то отжата, магазин закрыли и довольно долго стоял пустой и заброшенный.
А потом началось — один за одним открывались и закрывались продуктовые с одним и тем же ассортиментом, одной ценовой категории, но с разными названиями и разными — судя по всему — хозяевами.
Логику этих хозяев я понять не в состоянии.
Возможно, потому что лишен предпринимательской жилки.
Вокруг этого магазина стоят еще штук пять гастрономов разного объема и уровня цен, небольшой рынок, а по углам понапиханы крошечные, метр на метр лавчонки, торгующие хлебом, рыбой, колбасой и прочим сыром.
Это не считая еще одного сетевого магазина и полудюжины магазинчиков поменьше на расстоянии пятидесяти метров через дорогу.
То есть жратвы в районе навалом.
Это если говорить о количестве, а не о качестве и разнообразии.
И вот в таком окружении каждый очередной хозяин злополучного магазина открывает именно и непременно стандартнейший гастроном с ровно таким же набором, что и у полутора десятков магазинов вокруг.
И чего они хотят, чего они ждут?
Что к ним пойдут?
А нафига?
Остальные магазины я знаю, и меня там знают, и где что брать, а где ничего не нужно брать, я тоже знаю, все давно выучено и учтено могучим ураганом.
Зачем мне новый неизвестный продавец с неясным товаром смутного качества от мутного поставщика?
С год назад, прямо напротив этого здания, двое ребят арендовали подвал с глубокой неудобной лестницей, в очень неудачном месте, где просто так вовсе никто не ходит.
И за год (или чуть больше) из крошечного ларечка с парой алюминиевых кастрюлек и жидкостью для мойки стекол выросли до магазина, забитого под потолок всем, что только может понадобиться в хозяйстве и ремонте.
Ну, разве что кирпича у них нет и цемент не завозят, но остальное есть все, от электро-прибамбасов и сантехнических фенечек до пассатижей, кастрюль и прочей подобной шняги.
Именно хозяйственного у нас все время и не хватало.
Ремонт, — дело постоянное, да и новостроек кругом, как опят после дождя.
А там, на том несчастливом месте, снова какой-то продуктовый открывают.
Можно уже ставки принимать, когда прогорит — через три месяца или через полгода.
Так что то ли предприниматели там все время неадекватные, то ли, действительно, место неудачное.

Оригинал записи на pepsimist.ru: Магия места. Комментировать можно и здесь и там.

LI 7.05.22

Снова на грош пятаков, снова навоз руками разгребать будут, но червонец свой возьмут.
Нет слов, кроме матерных, и тех недостаточно.
Приходится подкреплять жестами и нечленораздельно-эмоциональными звуками.
Упомянутое и подобное ему говно — только в игнор.
Ни с торрентов не качать ни, тем более, в кинотеатр за свое кровное бабло.
Оно же одно только им и нужно.
Пофиг им на ругань, на презрение, на осуждение, и даже — если вдруг откуда возьмется — на похвалу.
За лаве они не только родину-мать, они и родную мать разденут, в интимной сцене снимут и продадут.
Баблокапатели-говнометатели.
Как же все это... брезгливо, что ли.

[500x381]
[500x363]
[500x363]
[500x363]
[363x500]

Оригинал записи на pepsimist.ru: Пленница-2. Комментировать можно и здесь и там.

LI 7.05.22

[696x523]

Нквд, оказывается, даже производством кагора занималось. В евхаристических целях. Кровь христова из винных подвалов лубянки. Какой образ, однако.

Оригинал записи на pepsimist.ru: Правильное церковное вино. Комментировать можно и здесь и там.

LI 7.05.22