С начала 1890-х годов Иннокентий Анненский занялся изучением греческих трагиков; выполнил в течение ряда лет огромную работу по переводу на русский язык и комментированию всего театра Еврипида. Одновременно он написал несколько оригинальных трагедий на еврипидовские сюжеты и «вакхическую драму» «Фамира-кифаред» (шла в сезон 1916—1917 гг. на сцене Камерного театра). Анненский переводил французских поэтов-символистов (Бодлер, Верлен, Рембо, Малларме, Стефан, Корбьер, А. де Ренье, Ф. Жамм и др., обо всём этом - ниже). Первую книгу стихов «Тихие песни» Анненский выпустил в 1904 году под псевдонимом «Ник. Т-о», имитировавшим сокращённые имя и фамилию, но складывавшимся в слово «Никто» (таким именем представлялся Полифему Одиссей).
Теперь, о личной жизни. Иннокентий Анненский еще студентом страстно влюбился в Надежду (Дину) Хмара-Борщевскую, от первого брака у неё родились двое сыновей — Платон и Эммануил. Она была старше Анненского на 14 лет. Он как раз был репетитором ее детей. Позже они поженились, и в браке родился единственный сын Валентин. Современные биографы предполагают, что Анненский также испытывал глубокое чувство к Ольге Хмара-Борщевской — жене своего старшего пасынка. Эта платоническая связь, по мнению исследователей, стала источником глубоких переживаний, которые он передавал в своих стихах, посвященных тайной возлюбленной, и она отвечала ему взаимностью. Но Анненский не мог поддаться чувствам и предать жену, поэтому между ним и Ольгой никогда не было физической близости. Автор страдал, выплескивая эти эмоции в стихах.
Ольга Петровна Хмара-Барщевская (урожденная Лесли, в первом браке Мельникова, 1867–1926?) — жена Платона Петровича Хмара-Барщевского, старшего пасынка Анненского, один из наиболее близких ему людей, допущенных в святая святых его духовного мира, его конфидентка во многих сферах на протяжении более десятка лет, роль которой в судьбе Анненского трудно переоценить. Анненский посвятил ей отдельное издание одного из первых переводов из Еврипида, стихотворение «Стансы ночи». В архиве Анненского сохранились два посвященных ему стихотворения Ольги Хмара-Барщевской:
Ты и только ты!
Леленька — Кене
Не юный пыл, не светлые стремленья
Я в дар несу тебе, поэт,
Лишь горечь слез и тонкий яд сомненья —
Все, чем жила я столько лет!
Иннокентий Анненский
Одной Звезды я повторяю имя…
Не потому, чтоб я Её любил,
А потому, что я томлюсь с другими.
И если мне сомненье тяжело,
Я у Неё одной ищу ответа,
Не потому, что от Неё светло,
А потому, что с Ней не надо света.
Ц<арское> С<ело>
3 апреля 1909
Для меня есть несколько важных причин, почему нужно написать об Анненском. Я не то, что его недооценивал, я его, к стыду своему, просто не замечал. Такой спрятанный поэт, который как бы есть, а вроде бы его и нет. Некоторое время назад я заинтересовался символистами, причем как русскими, так и французскими. Оказалось, что очень много есть прекрасных переводов французов: Бодлера, Верлен, Рембо, сделанных Анненским. Ну, представьте себе, вы находите поэта очень высокого уровня, который практически лучше всех. Я заинтересовался, и через некоторое время понял, что как человек, Анненский мне очень интересен и близок. В личном плане, Анненский был женат на одной женщине, которая была намного его старше, тем не менее он реально её любил. Однако, здесь не всё так просто, и к этому я ещё вернусь, к тому же, его неожиданная смерть просто прекратила его жизнь, вовсе не расставив никаких точек над i. Иннокентий Анненский скоропостижно скончался 30 ноября (13 декабря) 1909 года от остановки сердца в возрасте 54 лет. После изматывающего дня лекций и заседаний уставший Анненский поднимался по ступеням Царскосельского вокзала: он скончался от инфаркта прямо на улице. Ирония судьбы — в тот же день он наконец-то получил официальную отставку с государственной службы.
Похороны состоялись 4 декабря в Царском Селе (ныне город Пушкин) при участии друзей, учеников и литературных последователей.
[700x557]