|
|

https://www.youtube.com/watch?v=QNwrm4_-OZU
Описание узора:
Количество петель кратно 4м + щещ по 2 петли по краям для симметрии.
В видео-МК в лицевых рядах провязывают двойные накиды, но можно делать один накид, из котороого в изнаночном ряду будет провязано 2 петли
1 ряд - две вместе лицевой * накид, 2 вместе лицевой с наклоном влево, 2 вместе лицевой с наклоном вправо* накид
2 ряд - над накидом 1 изнаночная * 2 вместе изнаночной, не снимая петли со спицы, провязать еще раз изнаночной только одну первую петлю, над накидом 1 лиц, 1 изнаночная* в конце ряда 1 изнаночная
3 ряд - накид* 2 вместе лицевой влево, 2 вместе лицевой вправо, накид* в конце ряда 2 вместе лицевой влево
4 ряд - 1 изнаночная* над накидом 1 лиц и 1 изнаночная, 2 вместе изнаночной, не снимая петли со спицы, провязать еще раз изнаночной только одну первую петлю* в конце ряда 1 изнаночная
Повторять 1 - 4 ряды

Предлагаем поднять эрудицию сразу на 25 пунктов с помощью этой подборки.
Размер вязаного пуловера: 46/48 Для вязания джемпера спицами вам потребуется: 400 г пряжи Vita «Scarlett» (49% шерсти, 51% акрила; 225 м/100 г); спицы № 4; круговые спицы № 4. 

Широко известно, что в Санкт-Петербурге, как во многих крупных городах, русский язык имеет свои региональные особенности. И они, как и московские, формируют нормативный русский язык, распространяющийся по всей России. Петербургский говор имеет интонационные, орфоэпические и, самое главное, своеобразные лексические черты. Ну, например, петербуржцы четче других россиян произносят буквы «ч» в словах «булочная» или «прачечная» и всегда твердую «г» (скажем, в отличие от «хэкающих» южан). Филологи объясняют это тем, что в Петербурге привыкли еще во время империи говорить, опираясь на письменную, а не устную традицию. В столичном городе бюрократической империи канцелярит не мог не оказать свое влияние на устную речь. Книжная, театральная четкость выговора сохраняется до сих пор.
Лексическое своеобразие еще богаче фонетического. Именно в Петербурге издавна принято говорить «зоосад» вместо «зоопарка», «карточка» вместо «проездной», «карман» для обозначения боковой дороги (параллельной основной) у домов. А старые петербуржцы до сих пор иногда называют тротуар «панелью» (раньше тротуары и делали из панелей, плит). Отсюда и происходит фразеологизм «пойти на панель», обозначающий выбор карьеры проститутки, сделанный незадачливой девушкой.
Отличаются и наименования других городских объектов. Похожие на башни (и так и называемые в России) высотные дома в Петербурге называют «точкой». А всякий букинистический магазин с ленинградской поры по привычке называется «старой книгой». «Зашел сегодня в старую книгу» — пожалуй, нигде больше такого не услышать. Нигде не услышать и названий легендарных городских местечек, например, злачных рынков: тут каждому известна «апрашка» (Апраксин двор) или «уделка» (барахолка на станции метро Удельная, где можно найти буквально все). А собираясь на свидание, петербуржцы часто назначают местом встречи «Грибанал» (канал Грибоедова) или «Стрелку» (Стрелка Васильевского острова).
Французское слово «бордюр», используемое в Москве для обозначения границы тротуара и проезжей части, в Петербурге не в почете. Его заменяет русское слово «поребрик». Филолог А. Пиперски исследовал, что кроме Петербурга, это слово используется еще только лишь в Свердловской и Новосибирской областях. А самое известное исключительно петербургское слово - это название подъезда, «парадная» (реже «парадное»). В сущности, это то же самое, просто язык помнит, что раньше в домах обычно пользовались черным и парадным входом (или подъездом). В школах до сих пор учеников часто знакомят с написанным еще в 19 в. Николаем Алексеевичем Некрасовым стихотворением «Размышления у парадного подъезда»:
Вот парадный подъезд. По торжественным дням,
Одержимый холопским недугом,
Целый город с каким-то испугом
Подъезжает к заветным дверям…
Особенно богаты гастрономические изыски петербургского языка. С ними можно столкнуться, как только выйдешь из парадной своего дома и приметишь витрины. Ну, например, здесь пирожок с начинкой из куриного мяса принято называть «курник». Да и саму курица называют «курой». Стремление к сокращению слов превратило и гречку в «гречу». А то, что москвич назовет батоном или белым хлебом, в Петербурге величают «булкой». Выражение «булка хлеба» способно сильно рассмешить жителя культурной столицы, так как оно является фольклорным анекдотом о не понимающем петербургских слов москвиче.
Если вы приехали в Петербург и, обедая, заказали в ресторанчике суп, то нальют вам его не половником, а «поварешкой». Почему так повелось, никто не знает. То же самое можно сказать и о знаменитой и столь любимой петербуржцами «шаверме» (или «шавухе»), которую в других местах называют «шаурмой» или, в крайнем случае, «денером», как в Европе и Турции. А когда, отобедав, петербуржец пожелает закурить, то бычок он никогда не бросит на панель. И даже не потому, что он житель культурной столицы, а потому что он бросает только «хабарики» или «хабцы». Впрочем, тот, кто здесь мусорит, легко может услышать от прохожих, что он «гопник» (но не «шпана»).
«Ларьки» вместо палаток и «пышки» вместо пончиков, «бадлоны» вместо водолазок и «аквариумы» вместо обезьянников в отделениях полиции… Много еще слов, распространенных именно в северной столице. В
