Гл. IV. ЛАДАК (1925 г.) 
Гл. V. ЛАМАЮРА - ЛЕХ - ХЕМИ (1925 г.) 

[450x338]

Н.К. Рерих. Ладак.  
 

IV 
ЛАДАК 
(1925) 

Индра, Агни и Сурья - воздух, огонь и солнце! Индусская Тримурти - Троица остаётся позади. Древняя Сарасвати Вед - великий Инд - ведёт к своим снежным истокам. Если Ганг - приветствие, сидение, сосредоточение, то Инд - движение, неуклонность, стремительность. И как притягательно неуклонны пути движения народов через Гиндукуш и Памир! 

Опять караван. Опять легко забываются дни и числа. Качество дня становится значительнее его числа или названия. Подобно египтянам, называвшим года по их качеству - "год битвы" или "год неурожая", - можно сохранить лишь качество дней. День коня, когда лошади провалились на снеговом мосту; ночь волка, когда звери пробрались к становищу; заря орла, когда беркут со свистом налетел на шатёр; закат замка, когда вознёсся самый неожиданный замок, приросший к медно-огненной вершине... Вместо тюрбана из-за камня поднялась мохнатая шапка. Путь в страну Будды. 

Качества Будды: Шакья-Муни - мудрый из рода Шакья, Шакья Синха - Шакья Лев, Бхагават - Благословенный, Саттха - Учитель, Джина - Победитель. 

Говорил Будда изуверам и ханжам: "Все ваши правила низки и смешны. Иной из вас ходит нагой; иной не станет пить из кувшина или есть с блюда, не сядет за стол между двумя собеседниками или между двумя блюдами; иной не примет подаяния в том доме, где есть беременная женщина или где встретит собаку; иной не ест из двух сосудов и на седьмом глотке перестаёт есть; иной не садится на скамьи или на циновки; иной лежит нагой на колючих растениях или на коровьем помёте. 

Чего ожидаете вы, произвольные труженики, за свои "тяжкие" труды? Ожидаете от мирян подаяния и уважения, и когда достигаете этой цели, вы крепко пристращаетесь к удобствам временной жизни и не хотите расстаться с ними. Если завидите издали посетителей, как тотчас показываете вид, будто вас застали в глубоком размышлении. Когда вам подают грубую пищу, вы отдаёте её другим, а всякую вкусную еду оставляете у себя. Предаваясь порокам и страстям, вы надеваете личину скромности. Не таково истинное подвижничество!" 

Шесть лет положил Будда на убеждение Кашьяпы. Даже возжигал огни чуждых ему алтарей, прежде чем упрямство старых убеждений Кашьяпы было сломлено и Будда мог присоединить к новому учению "старый авторитет". Там, где выдвигается красота, научный подход и просвещённая жизненность, там "старые крепости" особенно прочны. Надо понять все трудности Будды при ломании предрассудков, если один человек потребовал шесть лет на усвоение прекрасной простоты, чтобы потушить огни никому не нужных приношений суеверия. 

Прожить восемьдесят лет в постоянном учительстве, видеть, как на

Гл. II. СИККИМ (Ташидинг. Талай-Пхо-Бранг). 
(1924 г.)

Много говорят. Трудно отличить магические приёмы от символов. 

Все знают. Обо всём слышали. Обо всём могут толковать и припоминать в сумерках: нам-иг (небесные письма) - письма и священные книги, упадающие с неба; кольца, меняющие цвет серебра или бирюзы в знак предостережения или предвещания; зи - камень-буса, посылаемый с неба поддержать здоровье. Нахождение предметов, после исчезающих. Все это знают. 

Женщина была очень набожна и мечтала получить изображение Будды. Работая утром в саду, среди цветов она увидела изображение и принесла в божницу, но скоро забыла его, и Будда исчез из божницы. Женщина нашла в саду крутящийся сверкающий камень. Положила его в сундук и забыла. Камень тогда исчез. Всякое небрежение вызывает уход посланного счастья. 

Записывайте не то, что прочтут из книг, а то, что расскажут, ибо эти мысли живут. Не по книге, но по мысли будете судить о жизни. 

В сумерках при загорающихся звёздах, в лиловом сиянии тумана звучит тихий рассказ ламы о "Владыке Мира", о Его мощи, о Его действии и мудрости, о Его воинстве в котором каждый воин будет наделён какою-либо необычной силою. О сроках нового века общины. 

Предание из старой тибетской книги. Под символическими именами названы там передвижения Далай-Ламы и Таши-Ламы, уже исполнившиеся. Описаны особые физические приметы правителей, при которых страна подпадёт под обезьян. Но затем оправится, и тогда придёт Некто очень большой. Его прихода срок можно считать через двенадцать лет. Это выйдет - 1936 год. 

[450x302]

Н.К. Рерих. Угадыватель кладов. 

Когда пришло время Благословенному Будде покинуть эту землю, просили его четыре владыки Дхармапала оставить людям его изображение. Благословенный дал согласие и указал лучшего художника. Но не смог художник снять точные промеры; ибо дрожала рука его, приближаясь к Благословенному. Тогда Будда сказал: "Я стану у воды. Ты сними промеры с отражения". Смог художник это сделать и таким путем произошли четыре изображения, отлитые из священного состава семи металлов. Два из них сейчас в Лхасе, а два пока сокрыты до времени. 

[290x450]

Н.К. Рерих. Приданное принцессы Вэн-чин.

Тибетский владыка женился на китайской и непальской принцессах, чтобы за ними привлечь в Тибет два священных изображения Будды. 

Через тысячу двести лет после Будды Учитель Падма Самбхава приблизил к земным путям учение Благословенного. При рождении Падма Самбхавы всё небо светилось и пастухи видели чудесные знаки. Восьмилетний Учитель показался миру в цветке лотоса. Падма Самбхава не умер, но ушёл, чтобы научить новые страны. Без его ухода миру грозила бы опасность. 

Приветствую, дорогие друзья!
Предлагаю вашему вниманию фрагмент книги воспоминаний непосредственного участника событий, альпиниста, спасателя, фотографа. Книга в работе, у нее и названия еще нет, но автор любезно разрешил опубликовать из нее кусочек.
Это было не то чтоб на заре альпинизма, но достаточно давно, чтобы оставить впечатление прикосновения к Истории...
Что гонит людей в горы? На покорение вершин в сложнейших, опаснейших условиях! Что?! Испытание себя, собственных сил? Как писал Ю.Визбор, отыщешь ты в горах победу над собой!
Но порой горы берут жестокую дань за проход к очередной вершине...


[700x464]

[700x689]

One Way Ticket — песня группы Eruption из альбома Leave a Light (1978). В странах бывшего СССР на эту мелодию положили стихи на русском языке и песня «Синий иней» стала хитом дискотек. Впервые песня была исполнена в 1959 году американским певцом и пианистом Нилом Седакой.

[653x436]

О’Хара — очень красивое озеро. Оно находится в канадском национальном парке Йохо (Британская Колумбия). Окруженное со всех сторон горными вершинами, О’Хара постоянно подпитывается тающим снегом, поэтому его воды имеют такой яркий голубой оттенок. 

Metallica - Рок- баллада "Nothing else metter"/ "А всё остальное неважно"

Перевод песни Metallica - Nothing else metter

ЦЕЙЛОН - ГИМАЛАИ 
(1923-1924) 

С двух сторон пытались поработить Тибет; пытались сделать из сильной страны механический заградительный барьер; пытались нарушить внутреннее сознание страны. Но свободен дух Тибета, и эта срединная страна хранит потенциал своего достоинства. Умеет хранить непроницаемо. 

Около Гума стоит высокая скала. Говорят, на вершине её лежит знаменательное пророчество. В каждой ступе положены какие-нибудь значительные предметы. Ошибочно думать, что те книжные полки, которые показывают в храмах некоторым путешественникам, составляют всё книжное имущество монастыря. Кроме этих официальных томов учения, всюду в тайниках у настоятеля имеются рукописи необычно интересные. Одно опасно. Часто эти тайники повреждаются сыростью, или мышами, или просто забываются при стремительных отъездах. Часто лама вам скажет: "У меня записаны пророчества, но с собою их не ношу. Они лежат под камнем". Но происходит какое-то нежданное событие; лама спешит закинуть мешок за спину и идти, а нужные списки погибают. 
Характерны некоторые условные приказы. "Надеть штаны" - значит готовиться к походу. Условные выражения часто вносят затруднения в переговоры. Однажды посланник говорил в очень высоких выражениях о "волосах Брамы". Никто не понял, и переговоры прекратились. Между тем он имел в виду не что иное, как реку Брамапутру. Часто языки, преподаваемые в университетах, не помогают на местах. 

Китайская книга "Вей Цзян-ду ши" описывает Поталу: "Горные дворцы сияют в пурпурном блеске. Сияние вершин гор равняется смарагду. Истинно, красота и совершенство всех предметов делают это место несравненным". 
Читаем о строителе Поталы Пятом Далай-ламе, именуемом "Владыка заклинаний, красноречивый, священный, океан бесстрашия". Это он, вступив в достоинство Далай-Ламы в 1642 году, строил Поталу, Красный дворец (Пхо-Бранг-Марпо) на Красной горе (Марпори).Он же строил замечательные монастыри: Мо-ру, Лабран, Гармакиа и много других. Он же воздвиг на скале колоссальный рельеф Будды и подвижников буддизма. При нём монголы во второй раз вступили в Тибет. Иезуит Грубер очень не любит этого сильного деятеля, хотя и находит, что он был осторожен в средствах, стремителен и предан искусству и знанию. Конечно, уже одна цитадель Поталы, это фиксирование духовной субстанции Тибета, не могла понравиться иезуиту. 
Необычен конец этого Далай-Ламы. По одной версии, Далай-Лама умер в восьмидесятых годах, и смерть его в течение нескольких лет была скрываема, чтобы урегулировать разные политические обстоятельства. По другой версии, Далай-Лама добровольно покинул правление и много лет скрывался в том самом уединении в Гималаях. 
История сопровождена следующим древним преданием: "Каждое столетие Архаты делают попытку просветить мир общиною. Но до сих пор ни одна из этих попыток не удалась. Неудача следовала за неудачей. Сказано, до тех пор, пока лама не родится в западном теле и не явится как духовный завоеватель для разрушения векового невежества, до тех пор будет мало успеха в рассеянии козней Запада". 
Другое предание говорит, что "истинное учение будет сохраняться в Тибете лишь пока Тибет будет свободен от иностранных вторжений". Китайские императоры жили согласно астрономическим временам года. Для каждого времени года имелся особый цвет одеяния. Каждая часть года проводилась в особой части дворца. 

Метод буддийского учения напоминает метод каббалы. Не навязывание, но привлечение и указание лучшего пути. Говорят о замечательном монастыре Мору, об особой учёности лам монастыря. На три летних месяца ламы уходят

"Если бы я был скульптором, то создал бы группу-памятник нашему вождю и его экспедиции. Я поставил бы его фигуру в походном уборе в спокойной простой позе, окружённую группой спутников замерзающего, потерявшего бодрость, погибающего каравана. Именно так изобразил бы я впоследствии памятник историческому Посольству Западных буддистов в Тибет". 
(Н.В. Кордашевский) 

Т. 1 
1. Н.К. Рерих "Алтай - Гималаи" (1923 - 1928 гг.) 

П.Ф. Беликов. РЕРИХ. (опыт духовной биографии) 

(Окончание) 

Интересно будет отметить один факт, произошедший с монгольским изданием «Основ Буддизма». Оно попало в поле зрения советского исследователя К. Герасимовой. В своей работе «Обновленческое движение бурятского ламаистского духовенства (1917—1930 гг.)», Улан-Удэ, 1964 г., она пишет: «Остаётся спорным авторство предисловия к анонимной брошюре на русское языке „Основы буддизма". По материалам Буробкома КПСС предисловие написал Ц. Жамцарано, по иным сведениям авторство принадлежит другому лицу, но так или иначе эта брошюра распространялась обновленцами и содержание её совпадает с идеями статей и докладов Б. Барадина, Ц. Жамцарано и Агвана Доржиева. Г. Ц. Цыбиков в своём монгольском дневнике говорит об этой брошюре как о попытке сопоставить Учение Будды с новым мировоззрением, отразить новое веяние — основать социализм на принципах древнего Буддизма». (Обновл. движ. Буряте, ламаистского духов., стр. 13). 

Возможно, что К. Герасимова знала или догадывалась, кто является «другим лицом», которым написан текст и предисловие к «Основам Буддизма», но по вполне понятным причинам не назвала имя автора. На стр. 167 своей книги она, связывая «Основы Буддизма с обновленческим движением в Бурятии, пишет: «В обновленчестве мы можем увидеть два явственных момента: вполне естественное практическое стремление части духовенства к лояльности по отношению к Советской власти, и во-вторых, такое философское, интеллигентское приспособление религии к идеологии советского общества, которое объективно не может не расцениваться, как извращение этой идеологии, ведущее к стиранию граней между религией и атеизмом, буржуазным ревизионизмом и марксизмом. Хотели этого или не хотели, но таково значение этих, может быть искренних, субъективных убеждений обновленцев». 

Делая такое заключение на основании нескольких цитат из «Основ Буддизма», К. Герасимова упускает из виду, что: 1. «Основы Буддизма» написаны до того, как Рерихи столкнулись с обновленческим движением в Бурятии. Правда, с одним из его лидеров — Агван Доржиевым — они встречались раньше, но это было ещё в царское время, когда об обновленческом движении не было и речи. Тогда Агван Доржиев приезжал в Петербург в качестве посланца Далай-Ламы. За заслуги перед Буддизмом (строительство в Петербурге буддийского храма) он привёз Рериху дары от Далай-Ламы. Виделся ли Рерих в 1926 году с Агван Доржиевым не известно. Во всяком случае, Агван Доржиев, которого лично знал и поддерживал Г. В. Чичерин, выказал себя искренним сторонником советской власти с самого начала, то есть задолго до появления «Основ Буддизма». Так что связи между этой книгой и обновленчеством нет. 2. Книга «Основы Буддизма» имеет явно противоламаистскую тенденцию. Само слово «лама» Елена Ивановна трактует как «учитель», а не как «монах», и отнюдь не связывает его с какими-либо церковными ритуалами и религиозными прерогативами. Никакой выгоды для себя при всём своём желании из этой книги институт лам извлечь был не в состоянии. 3. Усмотреть в «Основах Буддизма» даже отдалённых следов «буржуазного ревизионизма» невозможно. Вся книга направлена против буржуазной психологии, против собственничества. В этом отношении «Основы Буддизма» равноценны монгольскому изданию «Общины». 4. Книга «Основы Буддизма» с изъятиями, не меняющими её сущности, была повторена в Америке и Прибалтике, очень далёких и абсолютно не заинтересованных в проблемах Бурятского ламаизма. 

Из всего этого следует, что задача, которую решала этой книгой Елена Ивановна, была гораздо шире и охватывала она собою философию Буддизма в целом. Другое дело, если передовые буддисты в лице Агвана Доржиева, проф. Б. Барадина, Ц. Жамцарано, Г. Цыбикова нашли в «Основах Буддизма» нечто, что отвечало их мыслям и идеям. Но, конечно, из этого вовсе не следует, что книга написана в поддержку обновленческого

П.Ф. Беликов. РЕРИХ.Продолжение 6 конец

Беспредельность — мы её охотно признаём во всём, кроме человеческой мысли, человеческих представлений о Высшем. В области человеческого мышления каждый считает себя достойным роли ментора, знающего последнюю или, в крайнем случае, предпоследнюю истину. А между тем в Учении сказано: ...Именно в незаконченности высшего напряжения лежит нахождение знаний. Нужно найти в себе мужество работать для бесконечности. Можно развить в себе постоянное учение, которое важно не перечислением фактов, но расширением сознания. Неважно, каким путём нарастает сознание, но объём его позволяет вмещать размер великих событий. Какое учение приводит скорее к расширению сознания? 
Совершенно индивидуально надо пускать людей на этот луг. Каждому своя трава...». («Озарение», стр. 231). 

Фразу из Учения: «Лишь минуя толпы, вы дойдёте к народам» («Озарение», стр. 236), на первый взгляд очень противоречивую, можно понять и так: лишь имея ввиду индивидуальное общение, учитывающее особенности каждой личности, можно рассчитывать, что за вами пойдут многие. 
Массовые проповеди, массовые лекции никогда не дают тех результатов, которых добиваются, беседуя с глазу на глаз, ибо в первом случае применение канона «Господом твоим» исключено. 

Во всей серии книг «Живой Этики» наблюдается определённая последовательность, и вместе с тем любая книга в отдельности содержит основные положения Учения в целом. Так и между первой и второй книгой есть различие, хотя в них трактуются одни и те же проблемы. Но, повторяем, что наблюдаемая последовательность не означает, что книги Учения нужно обязательно читать по порядку и начинать знакомство нужно с первой книги. Скорее всего, что и в данном случае предполагается применение канона «Господом твоим». Книга, в которой разбирается наиболее близкая определённому лицу проблематика, будет для него наиболее убедительной и, конечно, может быть первой, давшей новый толчок его сознанию. Но известная последовательность книг «Живой Этики» этим не снимается. Между первой и второй книгой она формулируется в следующих словах: «Первая книга звала к подвигу красоты, простоты и бесстрашия; вторая книга даёт качества и признаки работы, утверждающей расширение сознания» («Озарение», стр. 237). 

Между тем, Рерихи одновременно с записями Живой Этики продолжали делать дело, завещанное им Учителями. 18 мая 1925 г. Николай Константинович писал Шибаеву в Ригу: «Нам разрешён въезд в Малый Тибет. Шли львами и рычали во благо. Скоро докончится вторая книга и будет отослана печататься в Америку. В ней Вы найдёте много практических указаний для себя. Она Вам даст пищу духа... Эту книгу раздавайте деятельно и чужим и родственникам - за границей. Каю (С. Митусову) и в Харбин отошлите. И Ремизову (два экземпляра)». 

Письмо это было послано уже из Кашмира, да Рерихи выехали, чтобы начать Центрально-Азиатскую экспедицию. До этого Николай Константинович побывал в Америке и обратном пути заехал в Берлин. Горький в то время находился в Италии, так что его посредничество отпало, и Рерих один посетил Советское Посольство. Подробности его посещения описаны в журнале «Международная жизнь» № 1 за 1965 год, поэтому мы лишь коротко напомним о самом главном. 

Явившись в конце декабря 1924 года на приём к Советскому послу Н. Н. Крестинскому. Рерих сказал, что хотя он и возглавляет научную экспедицию под американским флагом, но, тем не менее, просит Советский Союз оказать экспедиции покровительство. Американский флаг — чистая формальность, и все материалы, добытые в экспедиции, он готов предоставить в распоряжение России. 

П.Ф. Беликов 
РЕРИХ 
(опыт духовной биографии) 
1994 г. 
Продолжение 6

10 января 1924 года Рерих пишет Шибаеву уже из Индии: «Подготовьте Легенду к печати ровно через год», а 14 февраля этого же года: «Из Нью-Йорка получите последний текст Легенды и напечатайте в газете». Затем в письме без даты за 1924 год: «Легенду, конечно, Вы дали совершенно анонимно, чтобы и намёка на нас не было. Поторопите „Рижский Вестник" о легенде. Укажите, как книга Оссендовского широко идёт, — значит, публике сведения о Востоке очень близки». 

Была ли Легенда опубликована в газете, нам сейчас не известно. Видимо, первоначальный текст её отличался сколько-то от окончательного, который был послан Рерихами сначала в Нью-Йорк. Полностью с текстом можно ознакомиться в книге «Криптограммы Востока». 

Елена Ивановна, посылая Р. Рудзитису снимок с Камня, писала 1 октября 1935 года: «...прилагаю снимок с одной такой посылки. 
Вы можете прочесть о ней в „Криптограммах Востока" — Легенда о камне. Так, на снимке Камень покоится в ковчеге на древней ткани, на которой вышита в сиянии лучей древняя надпись „Сим победим". Храните этот снимок у себя, покажите и расскажите лишь самым ближайшим. С удовольствием отвечу на Ваши вопросы о Камне, в связи с легендою, если такие появятся у Вас». В письме от 19 января 1939 года есть такие дополнительные сведения: «По всей истории человечества проходит эта вера в Св. Камень, охраняющий страну, в которой он находится, Братство Грааля хранит Камень, посланный с Ориона, и принят Он был Вел. Учит. Ясоном, который положил его в основание Братской Общины. Сам Камень хранится в Общине, но осколки его посылаются в мир, чтобы сопутствовать великим событиям». 

Мы знаем, что Камень этот сопровождал Рерихов в их Среднеазиатской экспедиции. куда же он девался? На этот счёт строилось много догадок. Среди них были и такие: Юрий Николаевич привёз Камень в 1957 году Москву, где он и находится; Камень был привезён в Кулу, находится там и за ним охотятся» теперь определённые элементы; Камень хранится у Святослава Николаевича в Бангалоре. Все эти догадки из области человеческой фантазии. На самом деле судьба Камня была предопределена гораздо раньше, и она не зависит от человеческих желаний владеть им. 13 мая 1924 года Еленой Ивановной была сделана следующая запись, не вошедшая в опубликованную книгу «Листы Сада Мории», часть 2: «После станет ясно, как строить Зв... Вы уже имеете размеры высот и как расположить ступени. Перед вами пример — вы живёте приблизительно на высоте 7000 футов — эта высота удобна для Храма. Над ним, на высоте 12000 футов удобно место для Встреч. Итак, вы имеете ступени жизни. 
Внизу город новой эпохи, над ним Храм человеческих достижений и место встречи земли с духом. Камень положим во Храм. Л. (С. Н.— П. Б.) будет знать это место, ибо, когда Вы уйдёте, он может быть 
охранён по тому же каналу. Ясон Иерофант принял Дар Ориона в Азии. Ясон — среди братьев. Накопленное за несколько воплощений упрощает приближение к Основному телу». 

П.Ф. Беликов 
РЕРИХ 
(опыт духовной биографии) 
Продолжение 5

И в то время, когда на Земле ведутся споры между политическими партиями, решаются судьбы планеты и народов совсем в другом плане. Очередная ступень эволюции — Космическая. И в первую очередь — Космическое сознание. К нему-то и готовит людей Учение Живой Этики или Агни-Йога. 

Но вернёмся к первой книге Учения «Листы Сада Мории». Она во многом отличается от последующих. Во-первых, в своём названии она раскрывает Имя Учителя. В дальнейших книгах, как в заголовке, так и в самом тексте употреблялась только одна буква «М». Во-вторых, в ней указаны точные даты получения сообщений. В-третьих, она сильно отличается от остальных по стилю. Стиль больше напоминает манеру изложения Николая Константиновича, чем Елены Ивановны. В-четвертых, в Книге много личных обращений во множественном числе и все они обращены к членам семьи Рерихов. Это даёт повод предполагать, что при приёме или присутствовали, или имелись ввиду все четверо Рерихов. Такое предположение подтверждается, следующими строчками из письма Рериха Шибаеву от 25 июня 1921 года: «Вы уже знаете, что Аллал Минг — Это Мастер Мория. Он руководит мною и моей семьей». Характерны, слова Учения: «Карма важна, но ещё важнее избрание. Карма только условие избрания, но только избранный поручение несёт». (ЛСМ, ч. 1, стр. 81). О том же, кто был избран, достаточно ясно говорят уже цитированные слова: «Четыре стража, кубок Архангела храните. Наполнен вином Новым явленный вам ковчег. Устам времён Я заповедал привести вас на путь Мой». (ЛСМ, кн. 1,1922, май 25.) 

Ввиду того, что ко времени приёма Первой книги Николай Константинович имел большую практику в письме, его стиль письма и давал себя знать при изложении принятого. 
У Елены Ивановны выявлялся стиль постепенно и стал вполне самостоятельным начиная с Книги «Агни-Йога». Вообще «Агни-Йога» — качественно новая страница Учения. Она дана уже после Центрально-Азиатской экспедиции Рерихов и учитывает как её результаты, так и полное раскрытие центров у Елены Ивановны. К этому времени окончательно определился и метод подачи Учения отдельными параграфами, каждый из которых заключает в себе одну или несколько смежных мыслей. В первых книгах этого ещё нет, что, конечно, ни мало не умаляет их значения. 
Наоборот, в Первой Книге в очень зашифрованном, символическом виде, даётся кратко уже почти вся проблематика, которая в дальнейшем развёртывается на многих страницах, приобретая конкретность и нужный для современности язык изложения. Первая Книга облечена в одежды духовности, ближе всего присущие Рерихам, из чего следует, что она предназначалась в основном для них. Это начальная, но необходимая ступень восхождения, ступень, на которой даётся очень много, так как должны быть зажжены все огни. Многие просто не способны понять Первую Книгу, а для многих она будет неприемлемой из-за её языка, насыщенного словами Бог, Владыко, Христос и выражениями высокой любви и духовности. В книге встречаются некоторые обращения, ранее употреблённые Рерихом в своих стихах. Например: «Мой ученик, позванный трижды, неси Слово Моё в творениях счастливых на радость сердец мира. Ловец, иди победителем», (кн. 1, 1921, июль 10.). 

Многие строки прямо напоминают стихотворения из книги «Цветы Мории». Например, «...Не уйди, явленный Владыко! Не покинь Ты нашего Сада! Звёздами путь Твой украшен. Я найду по ним след Твой. За Тобою пойду, мой Владыко!

П.Ф. Беликов 
РЕРИХ 
(опыт духовной биографии) 
Продолжение 4

Мы видим, как всю жизнь Елена Ивановна, Николай Константинович и их сыновья опирались на собственное сознание, искали ответы на свои вопросы в себе самих, зная, что их сознание НАПРАВЛЯЕТСЯ и питается энергией, посылаемой Учителем. Можно спросить, а как же тогда обстоит дело с Указами, о которых сказано, что их надо выполнять немедленно и неукоснительно? Но, во-первых, Указ надо услышать и самому правильно понять; во-вторых, Указы никогда не затрагивают личной кармы; в-третьих, Указы даются в исключительных случаях и только людям проверенным; 

в-четвёртых, способ выполнения Указа остается выбирать получившему его. Так что Указ всегда только наполовину исходит от Учителя, другая половина должна быть добавлена самим сознанием ученика. 

Например, после того, как Рерихи усиленно готовились из Лондона выехать в Индию, был Указ направиться в Америку. Рерихи не могли поверить ему отчасти потому, что он пришёл в виде приглашения Харше. Но у них была отнята возможность немедленно направиться в Индию. Это заставило ещё раз задуматься над приглашением, взвесить все обстоятельства и принять его. Таким образом, нарушения свободной воли удалось избежать. Ведь перед Рерихами были открыты и другие пути, гораздо более близкие — в Европу. Мы знаем, что его в это время приглашали в Париж. Имеется письмо Судейкина от 19 июля 1920 года. Вот оно: 

«Здравствуйте, дорогой друг, Николай Константинович! Здесь мы живём дружно и есть проекты воскресить выставку „Мир Искусства". Григорьев в Берлине, здесь Яковлев, Сорин, Реми, Гончарова, Ларионов; Стелецкий в Каннах. Только не хватает нашего председателя, который предпочитает холодного Альбиона Парижу, городу вечной живописи. С каким восторгом говорил о Вас недавно Ф. Журдён, председатель Осеннего Салона, вспоминая „Половецкие пляски" и „Священную весну". 
Я думаю, Николай Константинович, что если Вы тронули глаза и сердца рыбоподобных „бритов", то здесь Ваше имя имело бы более горячих поклонников и друзей. Приходите и правьте нами. Судейкин». 

Но Рерих не внял этому кличу «приходить и править» и не поехал в Париж, который он знал и который знал его. Казалось, что вместо того, чтобы отправиться в далёкую и незнакомую Америку, гораздо проще было принять приглашение Судейкина и пойти проторенной тропой хорошо известного. Нет, Рерихи поняли, что был Указ ехать в США и, нимало не сомневаясь, направились туда. 

По прибытии в Америку Рерих немедленно развил там интенсивную просветительскую деятельность, нисколько не сомневаясь в её успехе, причём не последнее место в этой деятельности заняла пропаганда русского искусства и русской культуры в целом. Так началось «служение родине и человечеству». Рерих приступил к реализации Указа — «Помогите строить Мою Страну». 

Поездка в Индию не отменялась, а была лишь отодвинута. Об этом свидетельствует стихотворение Рериха «Ловцу, входящему в лес». По поводу его Рерих пишет Шибаеву из Америки: «Перед отъездом из Чикаго мне было повторено о начинании и, кроме того, было дано „Наставление Ловцу, входящему в

П.Ф. Беликов 

РЕРИХ 
(опыт духовной биографии) 

Продолжение 1 

Промежуток с осени 1901 года (приезд Н. К. из Парижа и женитьба) по осень 1906 года (назначение Н. К. директором Школы Общества Поощрения художеств) был самым напряжённым периодом «созревания» Н. К. как художника, учёного и общественного деятеля. Ежегодные путешествия по России и странам Европы, археологические раскопки, участие в научных съездах, выставки, работы для театра и сложная административная работа в ОПХ требовали приложения неимоверных усилий в области «сосредоточения земного». И, именно, в течение этих напряжённых пяти лет в жизнь Н. К. и Е.И. вошло на равных началах «сосредоточение тонкое». Оно не увело их от «мирских дел», требовавших расширения научного знания, развития способностей, умения ориентироваться в окружающей обстановке. Множество забот и трудностей, прекрасно известных каждому из нас, обрушивалось на Н. К. и Е. И. Одолевая их, они трезво оценивали события и не опирались исключительно на то «потустороннее», которое уже заняло в их собственной жизни большое место. Вместе с тем они чутко прислушивались к нему, старались постичь сложное переплетение явлений двух миров, теперь уже неразделимых для них и вместе с тем столь разных и трудно контактирующих друг с другом, планов Бытия. 

«Естественное» и «сверхъестественное» — эти несовместимые понятия — не противоборствовали в сознании Н. К. Конечно, он твёрдо придерживался мнения, что «сверх естества» ничего не существует, однако само понятие «сверхъестественного», как необычного, не укладывающегося в общепризнанные нормы, не существовало для Н. К. и Е. И. примерно в тех же формах, как и для всех людей. Таким, наиболее в их время достижимым, оно и вторглось в их личную жизнь через распространённый тогда оккультизм и 
спиритизм. Н. К. и Е. И. посещали спиритические сеансы, обращались к медиумам, испытывали свои собственные силы в области «потустороннего». Необычные способности Е. И. реагировать на явления тонкого мира были замечены В. М. Бехтеревым. Знаменитый русский психиатр и физиолог, изучая гипноз, самовнушение, действие мысли на расстояние, не чуждался спиритических сеансов, как, впрочем, и многие учёные того времени. 

Мы знаем, что впоследствии Н. К. и Е. И. усиленно предупреждали против спиритизма как патологического проникновения в тонкие сферы, гибельно действующего на человеческую психику. Почему же сами они не избежали подобных вредных вторжений? Почему не были от этого удержаны Учителем? Почему подвергали себя риску, связанному с занятием спиритизмом? Очевидно, тому было несколько причин, о которых мы можем догадываться с разными степенями приближения: 

1.Астральные каналы сношений являются наиболее распространёнными и эффективными в смысле доказательства существования тонкого мира и возможности общений с ним. Поэтому они первыми и привлекают к себе внимание всех ищущих таких контактов. 

2. Астральный мир, как наиболее приближенное звено тонкого мира к 
земному, до полного раскрытия центров у Посланников Шамбалы (по чисто физиологическим причинам они

Павел Фёдорович Беликов 

РЕРИХ 
(Опыт духовной биографии) 

Ещё жила охотничья собака Н. К.— Изварка — пойнтер белый с чёрными пятнами. Ей было много лет. Этот дом был позже продан, и бабушка приобрела квартиру, тоже на Васильевском острове в новом доме. Жила она с Борисом Константиновичем. Помню телефон — 534-67». (Из письма ко мне от 10.11.1969). 

Судя по воспоминаниям и документам самого Н. К., его детство прошло в доме № 25, по Университетской набережной, где помещалась нотариальная контора и квартира К. Ф. Возможно, что в свой особняк Мария Васильевна переселилась с детьми после смерти мужа, однако он числился её собственностью ещё при жизни его и упоминается в «формулярном списке нотариуса г. С.-Петербурга, округа С.-Петербургского Окружного Суда — Константина Фёдоровича Рериха». 

Имение «Извары» было приобретено с запутанными судебными тяжбами о каких-то спорных участках. Управляющие попадались К. Ф. не особенно радивые: мелиоративную систему запустили, племенной скот разбазарили. 
Большие средства вложил Константин Фёдорович в построенную в «Изварах» сельскохозяйственную школу, которую вскоре пришлось закрыть. Верных доходов от имения ждать не приходилось и поэтому с ним расстались ещё во время болезни Константина Фёдоровича, или сразу после его смерти. Во всяком случае, имеется свидетельство, что последний раз в «Изварах» Н. К. был летом 1898 г. 

Поскольку Н. К., имевший юридическое образование и право на наследование нотариальной конторы отца, во владение этой конторы вступить не пожелал, пришлось заняться и её ликвидацией. Так что траур по отцу и хлопоты, лёгшие на плечи Марии Васильевны, могли оказаться веской причиной для отсрочки бракосочетания Н. К. и Е. И. Однако свою поездку за границу, связанную с необходимостью продолжить художественное образование, Н. К., откладывать уже не мог, и осенью 1900 года один поехал во Францию. 

Письма Н. К. к Е. И. заслуживают того, чтобы привести из них несколько отрывков. В них отразилась и тоска в разлуке с любимым человеком, и тревога за него, и страхи за дальнейшую общую судьбу при долгих молчаниях Е. И., и живой обмен с нею мыслями, идеями, планами на будущее. Вот отрывок из одного письма без даты (на письме значится «среда — четверг»): «...Если Ты временно думаешь заслонить недостижимую жизнь другою жизнью, то помни, что не следует за неимением скамейки садиться в помойную яму. Миленькая, не погуби способностей своих, ведь чутьё развивается в нас до известного времени, а потом оно грубеет; дорогая, не пропускай этого времени — оно так недолго, оно пролетит так быстро, и если за это время в Тебе не вырастет чего-либо крепкого и здорового, то тогда останется один хмельной перегар и горечь ничем не поправимая. Дальше от больших компаний! Глубже в себя! Если хочешь сделать что-либо достойное. 
Быть художником, вести за собой публику, чувствовать, что каждой нотой своей можешь дать смех или слёзы — это ли не удовлетворение. 

...Что же касается до прописных сентенций твоих родных и знакомых, то они меня мало трогают, ибо цыплят по осени считают; а я отнюдь не считаю, что моя осень наступила, или даже приближалась. Лишь бы я сам знал, что я делаю, а там хоть бы не

[330x450]

«Спросят — почему нельзя сразу явить сужденное? 
Отвечайте — колонны дома ставятся в порядке. 
И когда рабочие скажут — дай, мы сразу поставим,— 
Строитель скажет — разрушить задумали! 
Так содержит капля весь мир». 
(«Листы Сада М.» книга 2, VI, 5.) 

«На выставку Н. К. я пришлю Его картину 
„Клад захороненный". Сколько в ней глубокого 
смысла, сколько в жизни Н. К. именно этого 
„Клада захороненного" — До времени!—» 
(Из письма С. Н. Рериха от 19.06.73) 

[450x269]

Н.К. Рерих. Клад захороненный. 1947. 

По существу для будущего имеет значение лишь одно: что мы можем и должны добавить об Н. К. к уже опубликованному. Подчёркиваю,— и должны, ибо были его современниками и соприкасались с Источниками, непосредственного воздействия которых уже не испытывают на себе последующие поколения. Ведь, именно, в наше время, перед нашими глазами, делясь с нами своей мудростью, опытом, планами и заботами, прошёл Н. К., и не к нам ли в первую очередь обращены слова С. Н.[Святослава Николаевича – ред.]: 

«Надо создать Истинный Светлый Образ, но Человеческий, Подвижника, Человека, который жил для человечества,— образ истинного Подвижника, Учёного, Учителя, Жизнь которого прошла Горним Путём. Много было замечательного в жизни Н. К., но как это осветить и когда — не знаю». (Из письма С. Н. к П. Б. от 26.10.1965) 

Воистину — «Клад захороненный», полное открытие которого возможно лишь в Сужденное время! 

Тем не менее мы не вправе отказаться от поисков каких-то новых подходов к нему. В этом заключается наш долг перед своим временем и наша доля отдачи за Доверенное нам. 

Одной из вех к таким поискам могут послужить слова Учения: 

«Четыре стража, кубок Архангела 
храните. 
Наполнен вином Новым явленный вам 

МОНОГРАФИИ О Н.К. РЕРИХЕ.  Валентин Сидоров.(Продолжение) 

ПРОТИВ ТЕЧЕНИЯ 
Москва. 1991 г.

В этой сторожевой башне я жил без малого месяц. Здесь, работая над архивом Рерихов, я по крупицам собирал и систематизировал сведения о контактах с Белым Братством и Шамбалой.  В основном это были работы Николая Константиновича. Голова Будды (рисунок сделан карандашом и совершенно не похож на традиционные изображения). Лик Майтрейи, высеченный в скалах. ("Эту картину, - говорит Зинаида Григорьевна, - Рерих подарил мне в тридцать четвёртом году в свой последний приезд в Америку"). Эскиз Куинджи. (Тот преподнёс его Николаю Константиновичу в знак особого расположения к своему ученику). Портрет Елены Ивановны кисти Серова. 

Три фотографии, они как раз над кроватью, на которой я сплю, образуют своего рода триптих. Елена Ивановна в молодости. Елена Ивановна на Алтае. Елена Ивановна в кругу ауры, чётко запечатлевшейся на фотоснимке. 
А на противоположной стене два больших портрета: Мории и Кут Хуми. Они завешены плотными занавесками. Сокровенному подобает тайна. Оно открывается человеку не в каждый момент его жизни, а лишь тогда, когда он внутренне подготовился к восприятию сокровенного. Над моей спальней - комната (она похожа на мансарду), которую Зинаида Григорьевна называет часовней Святого Сергия. Преподобного Сергия Рерихи чтили благоговейно и, как все русские люди, считали его своим покровителем. В трудные минуты жизни они напоминали своим сотрудникам: "Сергий не выдаст". 

В утренние и вечерние часы Музей и его залы были полностью отданы в моё распоряжение. Никаких посетителей. Тишина и покой. Всматривайся в любую картину, не торопясь и ни на что не отвлекаясь. 

Не сразу, но в момент какого-то сосредоточения я неожиданно обнаружил, что на одной из картин Николая Константиновича традиционное тибетское знамя прорезано крестом. 

- Флаг с крестом, - пояснила мне потом Зинаида Григорьевна, - это типичный тибетский флаг. Просто его не выставляют где попало. А европейцы, даже когда он попадается им на глаза, не придают ему особого значения. 

Но Рерих - придавал. Поэтому, очевидно, не случаен сам порядок расположения его полотен в Музее: тибетские горные пейзажи перемежаются русскими православными сюжетами ("Звенигород", "Часовня Святого Сергия"). Не случайно, очевидно, и то, что на своём знаменитом полотне "Помни!" (а как известно, это своеобразный автопортрет художника) он изобразил себя в тибетской одежде и с лицом тибетца. Тем самым он как бы прояснил сокровенный, духовно объединяющий смысл вступительных строк из поэмы "Наставление ловцу, входящему в лес". 

"Дал ли Рерих из России – 
примите. 
Дал ли Аллал-Минг-Шри-Ишвара 
из Тибета – 
примите." 

- Обратите внимание вот на этот пейзаж, - посоветовала мне однажды Зинаида Григорьевна, указывая