ОККУЛЬТНЫЙ МИР Е.П.БЛАВАТСКОЙ. (ПРОДОЛЖЕНИЕ 101...)

ВОСПОМИНАНИЯ И ВПЕЧАТЛЕНИЯ ТЕХ, КТО ЕЁ ЗНАЛ.

ПРИЛОЖЕНИЕ 2

Говорят Махатмы

Один или двое из нас надеялись, что мир достаточно хорошо развит, если и не интуитивно, то хотя бы умственно, чтобы оккультное учение было воспринято интеллектом и дало импульс новому витку оккультных исследований... Просматривая все вокруг, мы нашли человека, способного стать лидером – он обладал огромным моральным мужеством, был неэгоистичен и имел множество других хороших качеств. Он был далеко не лучшим из возможных, но... лучшим из всех, кто был. С ним мы связали Е.П.Б. – она обладала совершенно чудесными и исключительными дарованиями. Вместе с тем, у нее было множество явных личных недостатков, но и в том виде, как она была, не было никого из живущих, кто мог бы сравниться с ней по степени пригодности для этой работы. Мы послали ее в Америку, свели их вместе – и испытание началось. – Махатма Мория [129]

...Хотя наш видимый посредник несовершенен – и часто совсем непригоден, – тем не менее, Е.П.Б. является ныне наилучшим из возможных, и ее феномены уже примерно полсотни лет ставят в тупик самые ярчайшие умы века... – Кут Хуми[130]

Я четко осознаю тот факт, что обычная непоследовательность... утверждений Е.П.Б. – особенно когда она распаляется – и странные способы самовыражения делают ее в ваших глазах очень нежелательным передатчиком наших посланий. Тем не менее... если... вы однажды узнали истину, высказанную этим неуравновешенным умом, кажущаяся негармоничность ее речей и идей, ее нервного возбуждения, короче, все вызывающее возмущение чувств трезвомыслящих людей, которые со своими понятиями о скромности и манерах шокируются подобными странными взрывами того, что они рассматривают как ее темперамент... – как только однажды... вы узнаете, что ничто из этого не ее вина ни в малейшей степени, то вы, возможно, сможете посмотреть на нее в совсем ином свете... Мне позволено продемонстрировать вам на мгновение то, что скрыто завесой. Это ее состояние тесно связано с ее обучением в Тибете и с тем, что она послана в мир в одиночестве, чтобы постепенно подготовить путь для других. После почти века бесплодных поисков нашим руководителям пришлось использовать единственную возможность послать европейское тело на европейскую землю для того, чтобы оно послужило связующим звеном между той страной и нашей собственной. Помните... о факте семи принципов в полном человеческом существе. Сейчас ни один мужчина и ни одна женщина, если только они не являются Посвященными пятого круга, не смогут покинуть пределов Бод-Лхас и возвратиться назад в мир в своем интегральном целом... По крайней мере, одному из семи спутников придется остаться позади по двум причинам: во-первых, для того, чтобы образовать необходимое связующее звено, провод для передачи, а во-вторых, в качестве наилучшей гарантии того, что для толпы никогда не откроются определенные вещи. Она не является исключением из правила... Состояние и статус оставшихся шести принципов зависят от внутренних качеств, психофизиологических особенностей личности. – Махатма Кут Хуми [131]

Дух силен, но плоть слаба; настолько слаба, что иногда она даже побеждает сильный дух, ";который знает всю Истину";. И теперь, практически потеряв контроль над своим несчастным телом, Е.П.Б. пытается что-то делать... Если вы когда-либо получали урок о двойственности человеческой природы и о возможности посредством оккультной науки вывести невидимое, но настоящее ";Я"; из спячки в состояние независимого существования, то хватайтесь за этот шанс. Смотрите и учитесь... Сейчас я могу действовать через Е.П.Б. лишь в крайне редких случаях, и то при соблюдении величайших предосторожностей. – Махатма Кут Хуми [132]

Если Е.П.Б. когда-либо и совершала действительный, намеренный обман... то это происходило тогда, когда при выполнении оккультных феноменов она постоянно отрицала – кроме случаев, связанных с такими пустяками, как звоны и стуки, – что она каким-либо образом связана с их выполнением

ОККУЛЬТНЫЙ МИР Е.П.БЛАВАТСКОЙ. (ПРОДОЛЖЕНИЕ 10 ...)

ВОСПОМИНАНИЯ И ВПЕЧАТЛЕНИЯ ТЕХ, КТО ЕЁ ЗНАЛ.

Дж. Р.С. МИД [103]
Август 1889 – 1891, Лондон, Англия

...В начале августа 1889 года я впервые приступил к постоянной работе с Е.П.Б.. Она уехала из Лондона в Джерси [маленький островок у юго-западного побережья Англии]... От Е.П.Б. пришла телеграмма с настойчивым требованием, и я отправился на Джерси. Какую теплую встречу устроили мне в портике скрытого жимолостью дома, и какая суматоха была поднята ради того, чтобы предоставить все возможные удобства для нового гостя!

Меня всегда удивляло, что большинство людей, обвиняющих Е.П.Б., вменяли ей в вину мошенничество и подлог... По моему опыту, она всегда сверхдоверчиво относилась к другим людям и была очень щедрой на откровенность. Например, как только я приехал, она отдала в мое ведение все свои бумаги и отправила меня работать с кипой своей корреспонденции, которая в противном случае осталась бы без ответа до второго пришествия; ибо, если она и не любила что-нибудь делать, так это отвечать на письма. Меня тогда посвятили в таинства журнала ";Lucifer";, и вскоре я был уже по горло завален работой по доставке указаний, изменений и контруказаний Бертраму Кейтли, который тогда был заместителем редактора, так как в те дни Е.П.Б. не позволяла ни единому слову попасть в ";Lucifer"; до того, как она просмотрит и пересмотрит его, и она дополняла и сокращала гранки до самого последнего момента.

Однажды днем, вскоре после моего прибытия, в мою комнату неожиданно вошла Е.П.Б. с рукописью, которую она подала мне со словами: ";Прочитайте это, старина, и скажите мне, что вы думаете по этому поводу";. Это была рукопись третьей части ";Голоса Безмолвия";, и пока я читал, она сидела и курила сигареты, постукивая ногой по полу, что было ее обычной привычкой. Я продолжал читать, позабыв о ее присутствии, увлекшись красотой и тонкостью повествования, пока, наконец, она не прервала мое молчание восклицанием: ";Ну?!"; Я сказал ей, что это величайшее произведение во всей теософской литературе, и постарался, вопреки своему обыкновению, выразить в словах хотя бы частично тот энтузиазм, который охватил меня. Но даже тогда Е.П.Б. не удовлетворилась своим трудом и высказала величайшее опасение, что ей не удалось в своем переводе воздать должное оригиналу; едва ли ее можно было убедить в обратном. Это была одна из ее главных черт. Она никогда не была уверена в достоинствах своих литературных трудов и доброжелательно выслушивала любую критику, даже от тех людей, которым следовало бы помолчать в данном случае. Как ни странно, она чувствовала особенное опасение в отношении своих лучших статей и работ и более всего была уверена в своих полемических опусах.

Когда мы возвратились на Лансдоун Роуд... то доктор Арчибальд Кейтли и Бертрам Кейтли отправились за границу: первый – в кругосветное путешествие, а второй – читать лекции в Соединенных Штатах. Вследствие этого их обязанности по большей части перешли ко мне, и я постепенно начал проводить все больше и больше времени с Е.П.Б. наедине, так как этого требовали обстоятельства. Посмотрим, смогу ли я дать представление о том, как выполнялась работа.

Во-первых, имелся ";Lucifer";, и она в то время являлась его единоличным редактором. Е.П.Б. никогда не перечитывала рукопись, она требовала показывать ей этот текст в набранном виде и тогда проводила основное ";усреднение"; его содержания. Она обращала особое внимание на объем данного текста, и часто дотошно просчитывала количество слов в каждой статье, и никогда не удовлетворялась точностью моего подсчета, когда я, в свою очередь, ";усреднял"; этот объем. Если я заикался о том, что мой метод подсчета – наиболее быстрый, то она начинала пичкать меня какими-нибудь прописными истинами об оксфордском и кембриджском образовании, и я часто думал о том, что она использовала свои примитивные методы арифметических вычислений нарочно, чтобы излечить меня от нетерпеливости и уверенности в собственном превосходстве. Другим великим делом было размещение различных статей. Она не

ОККУЛЬТНЫЙ МИР Е.П.БЛАВАТСКОЙ. (ПРОДОЛЖЕНИЕ 9 ...)

ВОСПОМИНАНИЯ И ВПЕЧАТЛЕНИЯ ТЕХ, КТО ЕЁ ЗНАЛ.

РЕДЖИНАЛЬД У. МАЧЕЛЛ [90]
Осень 1887 – 1888, Лондон, Англия

Это произошло в 1887 году... Я познакомился с госпожой Блаватской в Лондоне и навестил ее в доме на Лансдоун Роуд, где она тогда жила. В 1888 году я вступил в Теософское общество и присутствовал на собраниях Ложи Блаватской, которые проходили в доме основательницы Общества на Лансдоун Роуд. Госпожа Блаватская присутствовала во время всех моих еженедельных визитов и принимала участие в том, что происходило, отвечая на вопросы об учении теософии и иногда произнося речи, темы для которых представляли собой весьма широкий диапазон того, что более или менее было связано с главным предметом изучения – теософией.

То, что привлекло мое внимание к этому предмету, – это моя совершеннейшая убежденность в абсолютной искренности основательницы Общества и в ее способности проповедовать истинное учение теософии, а также в том, что она может стать духовным руководителем того, кто вознамерился достичь более высокой жизни. Моя убежденность была основана на моих собственных наблюдениях и суждениях о ее характере и ни в коей мере на мнениях или доказательствах других людей. Так что когда... я слышал такие рассказы, которые не согласовывались с моими собственными наблюдениями и выводами, они не оказывали на меня влияния, а укреплял я свою веру в госпожу Блаватскую как в духовного учителя теми непосредственными доказательствами, которые можно было почерпнуть из ее трудов...

Чем больше я изучал ее работы, тем сильнее становилась моя вера в реальность миссии госпожи Блаватской и в ее способность принести Миру учение, доверенное ей с этой целью. Я считал, что ее преданность делу теософии была абсолютной, и что у нее совершенно не было корыстных интересов.

Я видел, что она очень страдает от той клеветы, которая распространялась относительно ее прошлой жизни, но при этом чувствовал, что никакое количество наветов не способно заставить ее отказаться от того дела, которым она занималась, и которое ей приходилось продолжать, несмотря на ее плохое здоровье, хотя оно, казалось бы, должно было бы сделать невозможным для нее выполнение вообще какой бы то ни было работы.

Было очевидно, что ее самоотверженная преданность делу теософии не принесет ей ничего, кроме проклятий и обвинений в ее адрес с одной стороны и с другой – весьма сомнительной поддержки тех, кто нацелился на получение чего-либо из того огромного запаса знаний, которым она, очевидно, обладала. В то время как небольшая группа ее последователей честно старалась вести жизнь, следуя своему учителю, большинство из тех, кто называл себя ее последователями, на самом деле стремились к этому знанию скорее ради собственного удовлетворения, чем из желания послужить человечеству. Некоторые из них отвергали то, что они презрительно именовали ";попугайным зовом к Братству";, который, как постоянно указывала Старая леди, и послужил причиной основания Теософского общества и который они сами считали ";ПРОСТОЙ этикой";.

Вопреки постоянной неспособности тех, кто объявлял себя ее последователями, понять ее и небрежным и неправильным истолкованиям ее слов и поступков врагами, она никогда не теряла веру в это дело, она не колебалась в своей абсолютной преданности той задаче, за которую взялась. Страдая, как мученица, и душевно, и физически, она трудилась неустанно, и в ее работах не найдешь признаков ее тяжелого физического состояния, что само по себе превращало ее жизнь во что-то невероятное, а ее литературные произведения – в чудо.

Какие еще нужны оправдания ее личности, когда существуют такие памятники благородства ее души и интеллекта, как ";Тайная Доктрина";, ";Голос Безмолвия";, ";Разоблаченная Изида"; и ";Ключ к теософии";?

УИЛЬЯМ Т. СТЕД

ОККУЛЬТНЫЙ МИР Е.П.БЛАВАТСКОЙ. (ПРОДОЛЖЕНИЕ 8 ...)

ВОСПОМИНАНИЯ И ВПЕЧАТЛЕНИЯ ТЕХ, КТО ЕЁ ЗНАЛ.

ВЕРА ДЖОНСТОН [82] (племянница Е.П.Б.)
Июнь 1886, Эльберфельд, Германия

В июне 1886 года я находилась с моей тетей в Эльберфельде... Она имела обыкновение днем читать вслух то, что написала для ";Тайной Доктрины"; за предыдущий вечер... Обычно, спустившись утром вниз из спальни, которую мы занимали вместе с моей матерью, я заставала тетю глубоко погруженной в работу... Однажды я заметила на ее лице явные признаки того, что она стала в тупик... Не желая беспокоить ее, я молча села и стала ждать, когда она заговорит. Она очень долго молчала, направив неподвижный взгляд в какую-то точку на стене, держа, как обычно, между пальцев сигарету. Наконец она обратилась ко мне: – Вера, – сказала она, – ты не можешь мне сказать, что такое ";пай";? Довольно сильно удивленная таким вопросом, я ответила, что всегда считала это каким-то английским блюдом 26.

– Давай-ка, ты не будешь валять дурочку, – сказала она довольно нетерпеливо. – Разве ты не понимаешь, что мне нужна твоя помощь как математика? Подойди сюда, посмотри.

Я посмотрела на листок, который лежал перед ней на столе, и увидела, что он весь исписан цифрами и вычислениями, и вскоре поняла, что формула p = 3,14159 у нее на протяжении всех вычислений была неправильной. Там везде было написано p= 31,4159. Я с большой радостью и триумфом поспешила сообщить ей об этой ее ошибке.

– Точно! – сказала она. – Эта чертова запятая мучила меня все утро. Я вчера спешила записать все, что видела, а сегодня, когда взглянула на этот листок, у меня возникло сильное, хотя и смутное ощущение, что здесь что-то не так. Я старалась, но не могла вспомнить, где находилась запятая, когда я смотрела на эти цифры.

Я в то время имела весьма небольшое представление о теософии и о способах, которыми пользуется моя тетя при написании своих работ, и поэтому очень удивилась, что она не сумела исправить такую незначительную ошибку в тех очень сложных вычислениях, которые она написала собственной рукой.

– Ты еще слишком зеленая, – сказала она, – если полагаешь, что я действительно знаю и понимаю все те вещи, которые пишу. Сколько же еще раз я должна повторять тебе и твоей матери – то, что я записываю, мне диктуют, что иногда перед моими глазами появляются рукописи, числа и слова, о которых я не имею ни малейшего понятия...

КОНСТАНЦИЯ ВАХТМАЙСТЕР [83]
Октябрь 1886 – март 1887,Остенде, Бельгия

В октябре 1886 года я присоединилась к Е.П.Б. в Остенде и обнаружила ее устроенной в довольно удобной квартире; она поприветствовала меня со всей теплотой своей дружелюбной натуры... Мы возобновили нашу однообразную, но интересную жизнь, начав с того самого места, где ее нить прервалась ранее, и я с восхищением наблюдала за тем, как кипа рукописных страниц [";Тайной Доктрины";] становилась все выше. Наша непосредственная близость к Англии стала причиной того, что вокруг Е.П.Б. начались разговоры, и мы приняли нескольких посетителей...

К концу зимы [март 1887 года] Е.П.Б. серьезно заболела... К моему большому горю, я заметила, что Е.П.Б. к середине дня становилась сонной и тяжелой, и часто не могла работать больше часа подряд. Эти симптомы быстро усиливались, и когда пользовавший ее доктор поставил диагноз, что это связано с болезнью почек, я встревожилась и отослала телеграмму фрау Гебхард, сообщая о моих опасениях и умоляя приехать... Я была... очень ей благодарна, получив душевный ответ на мою телеграмму и узнав, что через несколько часов увижу ее.

Когда она прибыла, я почувствовала, как огромная ноша свалилась с моих плеч. Тем временем

ОККУЛЬТНЫЙ МИР Е.П.БЛАВАТСКОЙ. (ПРОДОЛЖЕНИЕ 7 ...)

ВОСПОМИНАНИЯ И ВПЕЧАТЛЕНИЯ ТЕХ, КТО ЕЁ ЗНАЛ.

ЛОРА С. ХОЛЛОУЭЙ [72]
Август-октябрь 1884, Эльберфельд, Германия

Госпожа Блаватская имела способность производить звук, похожий на звон колокола, низкий и приятный, обладавший совершенной чистотой; все мы слышали его при различных обстоятельствах. Она всегда знала о том, что происходит в других частях дома, и однажды укорила одного человека из нашей компании за то, что было произнесено в парке, на расстоянии примерно в милю от замка. Ее хозяйка сказала, что госпожа Блаватская не выходила из комнаты в течение всего дня. Я помню также случай, как однажды я удалилась к себе в комнату, сказав, что мне надо кое-что написать. Вечером, когда все мы собрались в гостиной, она удивила меня, сказав: ";Ты сегодня ничего не писала. Я видела, как ты праздно проводила время";. Совершенно верно то, что я просидела весь день на подоконнике большого окна, глядя вдаль, на холмы, наблюдая за облаками и размышляя над множеством вещей. Госпожа Блаватская присутствовала в большой части моих мыслей, поскольку я решала вопрос – для меня он был очень серьезен, – остаться ли еще на некоторое время с компанией или вернуться назад, в Англию. Она каким-то образом узнала о том, что беспокоило мой ум, и когда мы проходили по лестнице, сказала мне: ";Ты поедешь назад вместе со мной";. Я подумала про себя, что нет, но обстоятельства сложились таким образом, что я действительно ехала назад в Лондон в компании с ней.

Видимо, она могла множеством способов предсказывать будущее, и иногда, когда она произносила такие пророчества, было довольно жутко слышать ее голос, настолько неистовой и эмоциональной она становилась. Она была незаурядной личностью и совершала незаурядные вещи. Она обладала феноменальными способностями и проявляла их безо всякой предварительной подготовки. Не имея корыстных стремлений, своего дома, родственных уз, сильных привязанностей, она казалась в мире совершенно одинокой и во многих отношениях была совершенно безразличной к чему-либо. Беспощадная в своих суждениях, бесстрашная и непокорная в своих действиях, она бездумно наживала себе врагов и ранила тех, кто любил ее, – и все это с совершеннейшим безразличием. Иногда, как я тайно про себя думаю, она при надобности гипнотизировала тех, кто находился рядом с ней, но доказать это невозможно.

Ее сердце вовсе не было похоже на камень, но она очень мало беспокоилась о внешних проявлениях любви. Она одиноко пребывала в каком-то своем личном космосе, и никто не мог близко узнать ее. Я находилась рядом с ней в комнате, когда вдруг почувствовала, что ее настоящее ";Я"; было очень-очень далеко отсюда, и видела, как, бросив один взгляд на незнакомого ей человека, она начинала рассказывать о нем так, будто вся его прошлая жизнь лежала прямо перед ее глазами.

Однажды я без предупреждения вошла в ее комнату, где она работала над рукописью, и, сделав серьезное выражение лица, направилась прямо к ней, держа в руке запечатанное письмо, которое я написала Гуру, или Учителю, пересылавшему мне письма через нее. ";Я хочу получить ответ на это письмо, и я пришла попросить вас, госпожа, чтобы вы отправили его";. Она рассердилась на меня, пришла в ярость и потребовала объяснить ей, по какому праву я врываюсь к ней и отдаю ей приказы отправлять письма Махатмам.

Когда она ";выпустила пар";, я тихо попросила ее отправить это письмо, добавив при этом, что оно очень важное. ";Ничто из того, что относится к человеческим эмоциям, не может быть важным, – возразила она. – Вы все полагаете, что если вы помолитесь, то должен быть немедленно получен личный отклик от Иеговы. Я устала от всей этой чепухи";. Я безмолвно положила письмо на стол, села за него лицом к ней и стала смотреть на мое письмо. Она выдвинула ящик письменного стола, который был пуст, и велела мне положить его туда. Я сбросила письмо со стола в этот ящик и сама его закрыла. Она откинулась в своем кресле назад, посмотрела на меня с некоторым интересом и заметила, что моя воля начинает

ОККУЛЬТНЫЙ МИР Е.П.БЛАВАТСКОЙ. (ПРОДОЛЖЕНИЕ 6 ...)

ВОСПОМИНАНИЯ И ВПЕЧАТЛЕНИЯ ТЕХ, КТО ЕЁ ЗНАЛ.

Глава 5.
ПОЕЗДКА В ЕВРОПУ И ВОЗВРАЩЕНИЕ В ИНДИЮ, 1884–1885

УИЛЬЯМ К. ДЖАДЖ [61]
Март-апрель 1884, Париж, Франция

Я находился здесь [в Париже] с 25 марта, а Е.П.Б. приехала 28-го. Здесь постоянно толпились люди, и по этой причине у меня не было возможности достаточно долго беседовать с ней наедине. Кое о чем мы с ней поговорили...

Махатмы распорядились, чтобы я оставался здесь и помогал госпоже работать над рукописью ";Тайной Доктрины";...

После того как закончились первые хлопоты, я заявил, что мне нужно немедленно отправляться в Индию. Олькотт полагал, что мне лучше остаться с Е.П.Б., так же думала и она. Но я сказал, что во всех тех распоряжениях, которые мне были даны, говорится о том, что мне нужно ехать в Индию, и что я так и сделаю, пока нет никаких дальнейших распоряжений. Тогда она сказала, что, вероятно, я прав. Было решено, что я подожду здесь до тех пор, пока Олькотт не сможет найти для меня пароход в Лондон...

Таким образом, мы обо всем конкретно договорились. Но на следующее утро, когда я и Мохини сидели в спальне, где мы ночевали, и прошло уже примерно полчаса после кофе, Олькотт вышел из своей комнаты, которая находилась на другом конце холла, позвал меня и сказал, что у него побывал Махатма Мория и велел мне не ехать в Индию, а остаться и помогать Е.П.Б. в работе над ";Тайной Доктриной";...

И вот теперь я здесь, не знаю, на какое время – надолго или нет, и мои обязанности состоят в том, чтобы я вносил предложения и помогал по ходу ее работы...

Однажды в гостиной примерно в течение часа Махатмы пересылали сообщения через Е.П.Б. – вопросы для того, чтобы я проверил ее. Каждое послание сопровождалось определенным воздействием на мою кожу, появлявшимся перед тем, как она повторяла его...

5 апреля Олькотт и Мохини уехали в Лондон, оставив меня и госпожу здесь, поскольку ей было приказано не ехать в Лондон. День пролетел, и к вечеру мы уединенно расположились в гостиной, затеяв очень серьезный разговор о прошлых временах. Когда мы там сидели, я ощутил привычный сигнал послания от Махатмы и заметил, что она прислушивается. Она сказала: ";Джадж, Учитель просит вас проверить меня и попробовать угадать, какой приказ с Его стороны вы бы сейчас посчитали совершенно экстраординарным?"; Я ответил: ";Сделать миссис Анну Кингсфорд22 президентом Лондонской Ложи";. Попробовал еще раз. ";Приказать Е.П.Б. отправиться в Лондон";. Это была отгадка, и Он приказал ей сесть на экспресс в 7.45, сообщив точное время его прибытия на различные станции и в Лондон, – и все это оказалось совершенно правильным, а в доме у нас не было расписания поездов. Ей это распоряжение жутко не понравилось, и я тут могу заметить, что по причине ее плохого здоровья и совершенной неуклюжести это путешествие проходило ужасно. Но прошлым вечером я отвез ее на станцию и видел, как она отправилась в дорогу с небольшой сумкой в руках. Все это, должно быть, имеет какую-то подоплеку, поскольку она могла бы уехать и с Олькоттом...

Она все время говорила о том, что не может объяснить этот приказ, что лондонцы решат, будто все это было проделано ради произведения впечатления, после того, как она отказалась ехать, и что Олькотт, увидев ее, наверняка в душе проклянет все на свете. Однако в Лондоне сложилось серьезное положение, и, может быть, они намереваются провести там несколько феноменов для оказания положительного эффекта. Так что теперь я остался в этом доме в одиночестве...

А.П. СИННЕТТ [62]
7 апреля 1884, Лондон, Англия

ОККУЛЬТНЫЙ МИР Е.П.БЛАВАТСКОЙ. (ПРОДОЛЖЕНИЕ 5 ...)

ВОСПОМИНАНИЯ И ВПЕЧАТЛЕНИЯ ТЕХ, КТО ЕЁ ЗНАЛ.

ДЖОН СМИТ [46]
31 января 1882, Бомбей, Индия

Вечером 31 января, когда была распакована ежедневная посылка с письмами, обнаружилось, что одно из них содержит какую-то надпись красного цвета, отличающуюся от остального текста. Полковник Олькотт взял два нераскрытых письма и спросил госпожу Блаватскую, может ли она определить их содержание. Приложив их ко лбу, она сказала, что в одном из писем есть слово ";невнимательно";, а в другом говорится что-то о полковнике Олькотте и о филиале в Каунпуре. Потом я осмотрел эти два письма и обнаружил, что конверты были совершенно целы. Я открыл их и нашел названные слова. Одно письмо было из Мирута, другое из Каунпура.

На следующий день... полковник Олькотт сказал, что если я получу здесь какие-либо письма, то в них могут оказаться такие же надписи. Я ответил, что на это ";нет ни малейшего шанса, поскольку писать мне некому";. Тогда госпожа Блаватская, внимательно посмотрев, сказала: ";Я вижу здесь Брата. Он спрашивает, не хотели бы вы получить какой-нибудь сувенир вроде того, о чем вы говорите...";. Я ответил, что был бы весьма благодарен за это. Она встала из-за стола и велела нам следовать за ней. Взяв меня за руку, она повела меня вдоль веранды, по пути иногда останавливаясь и осматриваясь, пока мы не дошли до двери моей спальни. Затем она предложила мне войти туда и осмотреть комнату, чтобы убедиться, что там нет ничего необычного, и закрыть все двери. Я так и сделал. Затем она попросила нас сесть, и при этом взяла мои руки в свои. Через несколько секунд к моим ногам упало письмо. Мне показалось, что оно появилось из воздуха над моей головой. Открыв конверт, я нашел там листок бумаги, на котором вверху стояла государственная печать Северо-западных провинций и красным карандашом тем же самым почерком, что и в письмах, полученных предыдущим вечером, было написано следующее: ";Ни малейшего шанса, что я буду писать вам внутри ваших писем, но я ведь могу писать напрямую. Продвигайте наше дело в Австралии, и мы не окажемся неблагодарными, мы докажем вам наше действительное существование, и спасибо вам";. Честное рассмотрение данных обстоятельств, по моему мнению, исключает все возможные теории о подлоге.

УИЛЬЯМ ЭГЛИНТОН [47]
22–24 марта 1882, на борту парохода, Индийский океан, к западу от Цейлона

Только в самую последнюю неделю моего пребывания в Индии я стал получать доказательства существования тех, кого называют гималайскими Братьями. Однажды вечером, когда я находился с полковником и миссис Гордон в их доме в Хауре [пригород Калькутты], появился мой духовный наставник, Эрнест, и сообщил, что он поддерживает отношения с одним из Братьев. Это заинтересовало меня, но до того момента как я отправился домой на пароходе ";Вега";, не произошло более ничего, что могло бы убедительно подействовать на меня...

22 марта 1882 года мы находились в море, покинув [Коломбо] Цейлон в 6 часов вечера того же дня. Я занимал каюту, выходившую на переднюю палубу, под мостиком... Около 10 часов вечера я находился в каюте спиной к открытой двери и переодевался, чтобы отправиться спать на палубе. Повернувшись, чтобы выйти, я увидел, что в проходе стоит какой-то человек, которого я поначалу принял за слугу или местного стюарда. Думая, что он принес какое-то послание, я задержался на мгновение, ожидая, что он заговорит, но он этого не сделал, и тогда я, полагая, что он поступает весьма невежливо, не спрашивая разрешения войти, и не оказывая мне подобающего европейцу уважения, сердито приказал ему на хинди уйти; после чего он вошел в каюту, схватил меня за руку и пожал мне руку, как Мастер масон, прежде чем я успел оправиться от изумления.

Я потребовал, чтобы он объяснил мне цель своего вторжения и сказал, чего от меня хочет. На отличном английском он вежливо сообщил мне, что он Кут Хуми Лал Синг, а я к тому

ОККУЛЬТНЫЙ МИР Е.П.БЛАВАТСКОЙ. (ПРОДОЛЖЕНИЕ 4 ...)

ВОСПОМИНАНИЯ И ВПЕЧАТЛЕНИЯ ТЕХ, КТО ЕЁ ЗНАЛ.

ДАМОДАР К. МАВАЛАНКАР [36]
23 июня – июль 1880, Цейлон и затем на судне, возвращавшемся в Бомбей, Индия

Однажды вечером в одном селении... на Цейлоне Е.П.Б., полковник Олькотт и я оказались единственными тремя людьми, которые остановились там, а вся остальная компания проехала дальше. Все мы были очень заняты, посвящая15 людей и формируя филиал нашего Теософского общества, примерно до 12 часов ночи. Е.П.Б. и полковник Олькотт отправились спать около часа ночи.

Поскольку мы собирались оставаться там всего одну ночь, мы поселились в доме, где удобно могли разместиться лишь два путешественника. Поэтому мне предстояло спать в кресле в столовой. Едва успев закрыть дверь комнаты изнутри и прилечь на кресло, я услышал негромкий стук в дверь. Пока я шел к двери, он успел повториться дважды. Я открыл ее, и насколько же велика была моя радость, когда я снова увидел Махатму Морию! Очень тихим шепотом он приказал мне одеться и следовать за Ним.

Со стороны заднего выхода из дома было море. Я следовал за Учителем, как Он мне приказал... Мы прошли примерно три четверти мили по берегу, затем повернули в направлении моря. Повсюду была вода, и лишь то место, по которому шли мы, было сухое!! Он шел впереди, я следовал за ним. Таким образом, мы шли в течение примерно 7 минут и, наконец, пришли в какое-то место, похожее на маленький островок. На крыше дома был треугольный фонарь. Глядя с большого расстояния, человек, например находившийся на берегу моря, подумал бы, что это необитаемое место, сплошь покрытое зелеными кустами. Чтобы попасть внутрь, существовал только один путь. Добравшись до острова... мы подошли к фасаду этого здания. Там, в маленьком саду перед ним, мы обнаружили одного из Братьев. Я видел его прежде... именно он был владельцем этого места... Махатма Мория сел возле него, а я стоял перед ними. Мы находились там около часа. Мне показали частично это место. Насколько же оно было приятным! А внутри дома была... небольшая комната, где пребывало его тело, пока дух путешествовал. Каким очаровательным, восхитительным было это место! Какой прекрасный запах роз и других цветов!.. Истекли полчаса, и нам было пора уходить. Хозяин этого места, чьего имени я не знаю, провел своей благословляющей рукой над моей головой, и Махатма Мория и я снова отправились в путь. Мы вернулись обратно к двери той комнаты, где я собирался ночевать, и внезапно Он исчез прямо на этом месте...

...Я забыл упомянуть о двух других местах, куда меня отводили... Одно из них, возле Коломбо, – это личный дом Махатмы Мории, а другое, возле Канди, – библиотека.

Однажды вечером в июле 1880 года, находясь на пароходе, который шел назад в Бомбей, мы закончили обедать, и я пошел к себе в каюту и надел... плащ. Я машинально засунул руки в карманы, как я обычно делаю, и вдруг! правой рукой я нащупал бумагу... Я ее вынул и, к своему удивлению, обнаружил письмо, адресованное госпоже Блаватской. Я поднес его поближе к свету... Конверт был открыт, и красными буквами на нем было написано: ";Прочитать Дамодару";. Затем я прочитал это письмо... Обдумывая все это, я лежал на кровати. Уйдя с головой в эти мысли, я вздрогнул от звука, который донесся со ступенек внутри каюты, которую я запер изнутри. Я оглянулся и увидел там... снова Махатму Морию и еще двоих! Каким прекрасным был этот вечер! Около получаса мы говорили на различные темы, относящиеся к знанию и философии!..

ГЕНРИ С. ОЛЬКОТТ [37]
Июль-сентябрь 1880, Бомбей, Индия
 

Как прямая противоположность нашего приятного времяпрепровождения в период путешествия по Цейлону наше плавание морем из Галле в Коломбо было совершенно жутким – все мы ужасно страдали от морской болезни... В последний день нашей обратной поездки хлестал ливень как из ведра. Так продолжалось почти все время, палубы были мокрыми...

ОККУЛЬТНЫЙ МИР Е.П.БЛАВАТСКОЙ. (ПРОДОЛЖЕНИЕ 3 ...)

ВОСПОМИНАНИЯ И ВПЕЧАТЛЕНИЯ ТЕХ, КТО ЕЁ ЗНАЛ.

ЭМИЛИ КИСЛИНГБЕРИ [25]
Осень 1877, Нью-Йорк

Мое знакомство с Е.П.Б. началось осенью 1877 года, когда я воспользовалась возможностью взять трехмесячный отпуск, и отправилась из Англии, чтобы поискать ее в Нью-Йорке. Спиритуалистическое движение, с которым я была связана официально, приобрело к тому времени полный размах, и появление книги полковника Олькотта ";Люди из другого мира"; произвело заметное оживление...

Однако меня привлекла та часть книги, где полковник Олькотт рассказывает о появлении на месте действия русской дамы, недавно прибывшей с Востока, чье толкование феноменов совершенно отличалось от общепринятого. Как только я отыскала в американских спиритуалистических журналах адрес госпожи Блаватской, я написала ей, и в ходе нашей переписки я была приглашена посетить Америку.

В первый раз мы увиделись наедине. Я обосновалась на некотором расстоянии от того места... где в то время жила Е.П.Б., и однажды днем вскоре после моего прибытия я пошла ее навестить. После того как я трижды безответно позвонила в дверь и уже была готова, отчаявшись, повернуться и уйти, дверь вдруг открыла сама Е.П.Б.! Так как мы уже до этого обменялись фотографиями, то мы сразу узнали друг друга, и меня поприветствовали с необычайной радостью и сердечностью. Мы поднялись в квартиру на втором этаже... Я тогда не могла остаться, потому что уезжала из Нью-Йорка на следующий день в небольшое путешествие до Ниагары и еще кое-куда; но после моего возвращения спустя некоторое время я провела пять недель с Е.П.Б. до того самого момента, как мне надо было уезжать в Англию.

Именно в это время ";Разоблаченная Изида"; выходила из печати, и я провела множество счастливых часов, занимаясь корректурой гранок и обсуждая проблемы, которые затрагивались в этой чудесной книге...

Пока я находилась с Е.П.Б., я была свидетелем различных проявлений ее психических способностей, но большую их часть трудно описать, и они на самом деле непередаваемы... В одном случае месмерические силы были приложены ко мне самой. Я читала, сидя в таком месте, откуда видела отраженную в зеркале противоположную стену комнаты, и заметила, обращаясь к госпоже Блаватской, что мне кажется, будто отраженная в зеркале стена движется вверх-вниз. Она сказала: ";Это атмосферный эффект"; – и продолжала чтение своей русской газеты. Тогда я стала намеренно смотреть на зеркало, и видела, что госпожа Блаватская раз или два взглянула на меня. Я продолжала пристально смотреть: вскоре зеркало затуманилось, и я отчетливо увидела, хотя и на короткое время, две различные картины. Первой была картина волнующегося моря, в котором были корабли, – это было похоже на порт или бухту. Потом она рассеялась, будто растворившись, и на ее месте появилась картина, представлявшая группу людей в восточных одеждах – тюрбанах и длинных платьях, какие носят индусы. Люди казались живыми и, похоже, разговаривали между собой. Когда я сказала госпоже Блаватской о том, что я видела, она ответила: ";Именно так; именно это я и хотела тебе показать; мне жаль, что я не написала это на бумаге, чтобы ты могла взять это с собой в качестве доказательства";...

Не нужно было никакой особой проницательности, чтобы заметить постоянно поддерживавшееся общение с какими-то отдаленными или невидимыми умами. Частые сигналы различного рода были слышны даже за обеденным столом, и в таких случаях Е.П.Б. немедленно удалялась в свои апартаменты. Эти звуки, а также такие термины, как Махатмы и Братья, были настолько повседневным явлением, что в последующие годы, когда возникало столько дискуссий относительно их реальности даже среди тех, кто называли себя теософами, мне и в голову не пришло усомниться в их существовании...

ГРАФИНЯ ЕЛЕНА РАКОВИЦКАЯ [26]
Май 1878, Нью-Йорк

ОККУЛЬТНЫЙ МИР Е.П.БЛАВАТСКОЙ. (Продолжение 2 ...)

Воспоминания и впечатления тех, кто её знал. 

ЮДЖИН РОЛЛИН КОРСОН [19]
Сентябрь-октябрь 1875, Итака, США

Знакомство и переписка моего отца Хирама Корсона с госпожой Блаватской начались следующим образом. 15 июля 1874 умерла моя сестра, единственная дочь моего отца, и это было для него страшным ударом. В различных религиях он утешения не нашел и тогда обратился к спиритуализму, стремясь получить какую-то весть от своего ребенка и уверенность в продолжении его существования. В конце концов, он поверил, что эта весть была ему дана, и уверенность в продолжении существования его дочери стала очень сильной...

О появлении Е.П.Б. в нашей стране стало известно повсюду после ее посещения братьев Эдди в Читтендене, Вермонт, когда она опубликовала свои впечатления от сеансов этих медиумов. Тогда мой отец написал ей...

Ее письма... повысили его интерес к ней настолько, что он и моя мать пригласили ее к себе погостить в наш дом в Итаке. В то время мой отец был преподавателем англосаксонской и английской литературы в Корнеллском университете, где он работал с 1870 года. Он был замечательным ученым с широкими интересами и приобрел огромное влияние и известность как преподаватель, особенно в области английской поэзии... Моя мать, француженка, весьма образованная женщина с самыми разными интересами, мало интересовалась спиритуализмом, он никогда не завладевал ею настолько, как моим отцом. Она восприняла потерю дочери с великим самообладанием и смирением, и ее интерес к Е.П.Б. был направлен скорее к ней самой, чем к ее учению и миссии. Оккультизмом моя мать не интересовалась; наоборот, она была очень сильно настроена против него...

...Е.П.Б. прибыла в Итаку... примерно 17 сентября 1875 года. У моего отца был коттедж, известный как Коттедж Ричардсон на Хьюстус стрит... В то время года, когда Е.П.Б. посетила Итаку, погода обычно замечательная. В октябре наступает бабье лето; деревья надевают осенний наряд, вечером и утром воздух ясный и морозный, с приятным теплом в середине дня, далекие холмы и озера окутаны голубой дымкой... Итака расположена в долине озера Кайюга, на восточном, западном и южном холмах, а пригороды находятся почти в лесу, настолько там зелено. Дом моего отца был на восточном холме... На этом же холме стоит университет – впечатляющий ряд зданий благородного вида...

...В письме, датированном 2 октября 1875 года, мой отец писал: ";Госпожа Б. все еще находится у нас. Она доставляет нам немало проблем, а в обмен мы получаем очень немного, ибо она всецело занята собственной работой. Я ожидал, что у нас будут какие-нибудь совместные спиритические ";посиделки";; но она не только не расположена, но и решительно настроена против чего-либо подобного. Она славная женщина, но она совершенно чурается каких-либо радостей и развлечений жизни. Она – громадный русский медведь...";

Однажды мой отец сказал ей: ";Очень жаль, госпожа, что вы не видите тех красот, которые находятся вокруг вас. Я бы хотел пригласить вас на экскурсию, чтобы вы посмотрели на здания университета и на прекрасные окрестности";. Она, в конце концов, согласилась поехать, но мой отец умолял ее не курить в карете, так как люди к этому непривычны, и, кроме того, это создаст плохое впечатление и может вызвать нарекания, особенно в его адрес как порядочного университетского преподавателя. На это она так же неохотно согласилась. Но до того как поездка окончилась, госпожа заявила, что ей необходимо выкурить сигарету, что она больше ни минуты не может терпеть, и попросила, чтобы ей позволили выйти из кареты, чтобы она могла присесть на камень у обочины дороги и с удобством покурить. Если селяне примут ее за цыганку, ну и что, чем это ей навредит? Так вот и сидела будущий автор ";Разоблаченной Изиды"; и ";Тайной Доктрины";, получая удовольствие от своих собственных мыслей и забыв обо всем, что ее окружает, даже об ожидающих ее лошадях, кучере и карете с пассажирами. Возможно, она хотела не столько

ОККУЛЬТНЫЙ МИР Е.П.БЛАВАТСКОЙ. (Продолжение 1 ...)

Воспоминания и впечатления тех, кто её знал. 

ВЕРА ПЕТРОВНА ЖЕЛИХОВСКАЯ [8]
1859–1865, Ругодево, затем Тифлис и другие места Кавказа, Россия

В начале 1859 года госпожа Блаватская вместе с отцом и сестрой переехала на жительство в сельский дом... в Ругодево... Но спокойная жизнь сестер в Ругодево вдруг была прервана ужасной болезнью, которая поразила госпожу Блаватскую. Давным-давно, в те годы, когда она в одиночку путешествовала... она получила сильное ранение. Мы так и не смогли узнать, что же с ней случилось. Но достаточно будет сказать, что глубокая рана иногда снова открывалась, и тогда она страдала от страшнейшей боли, которая часто приводила к судорогам и похожему на смерть трансу. Болезнь обычно продолжалась от трех до четырех дней, а затем рана исцелялась так же внезапно, как и открывалась, как будто невидимая рука закрывала ее, и от страданий не оставалось и следа. Напуганная семья сначала не обратила внимания на эту странную особенность, и, конечно же, испытала большой страх и отчаяние.

Послали за врачом... но от него пользы оказалось мало, не столько потому, что он был несведущ в хирургии, сколько из-за того, что одно странное явление просто-напросто лишило его всех сил и сделало неспособным действовать по причине дикого ужаса перед тем, что он увидел. Он едва успел осмотреть рану лежащей перед ним в полном забытьи пациентки, как вдруг увидел огромную черную руку между своей рукой и раной, которую он собирался чем-то смазать. Зияющая рана была расположена в районе сердца, и рука медленно двигалась с различными интервалами от шеи до талии. Его ужас еще более усилился, когда в комнате внезапно поднялся жуткий грохот, какой-то хаос из шумов и звуков, которые доносились с потолка, с пола, из проемов окон, от предметов мебели в доме, и он просто начал умолять, чтобы его не оставляли в комнате наедине с лежавшей без чувств пациенткой.

Весной 1860 года сестры отправились из Ругодево на Кавказ, чтобы навестить своих дедов, которых они не видели уже много лет... Трехнедельный переезд... в Тифлис они проделали в карете, запряженной почтовыми лошадьми...

Госпожа Блаватская прожила в Тифлисе меньше двух лет, а всего на Кавказе – не больше трех. Последний год она провела, путешествуя по Имеретии, Грузии и Мингрелии... и... вдоль побережья Черного моря...

Все это время ее оккультные силы... с каждым днем становились сильнее, и, в конце концов, все начало выглядеть так, будто она подчинила своей воле всевозможные проявления. Вся округа говорила о ней. Суеверное... дворянство очень скоро стало принимать ее за волшебницу; и люди приезжали издалека, чтобы получить у нее совет по своим личным вопросам. Она уже давно отказалась от общения посредством стуков и предпочитала – что было гораздо более быстрым и удобным способом – отвечать людям либо устно, либо через прямое письмо. Временами в течение такого процесса госпожа Блаватская впадала в нечто вроде комы или магнетического сна с широко открытыми глазами, хотя даже тогда ее рука не прекращала движений и продолжала писать. Отвечая таким образом на мысленные вопросы, она редко давала неудовлетворительные ответы. Практически всегда они ошеломляли задававших вопрос – друзей и врагов.

Тем временем единичные феномены в ее присутствии начали постепенно пропадать. Они все еще случались, но очень редко, хотя всегда были примечательными. Мы опишем один.

Однако необходимо пояснить, что за несколько месяцев до этого события госпожа Блаватская оказалась очень серьезно больна... Ни один врач не мог понять, что за болезнь с ней случилась... Вскоре после начала этой болезни она стала – как она не раз говорила своим друзьям – ";вести двойную жизнь";... Вот как она сама описывает это состояние:

";Каждый раз, когда меня звали по имени, я открывала глаза, услышав это, и я была собой, моей собственной личностью со

ОККУЛЬТНЫЙ МИР Е.П.БЛАВАТСКОЙ

Воспоминания и впечатления тех, кто её знал.

Составитель

Дэниэл Х. Колдуэлл

Перевод

Олега Матвеев.

ОТ РЕДАКЦИИ
 

Поистине необычайная жизнь Елены Петровны Блаватской до сего времени окутана густой завесой таинственности. До сих пор не утихают споры о том, кем же все-таки была эта в высшей степени незаурядная женщина – величайшим гением, далеко опередившим свое время, или шарлатаном, дурачившим простаков; выдающимся мыслителем и знатоком эзотерических традиций или эклектическим плагиатором давно устаревших изданий; вдохновенным апостолом Великих Учителей человечества или медиумом, запутавшимся в сетях иллюзии.

Думается, что помочь прояснить загадку феномена Блаватской нашему современнику может лишь ее собственное богатейшее литературное наследие и воспоминания тех, кто, так или иначе, лично знал ее.

Этот, впервые выпускаемый на русском языке, сборник дает нам возможность познакомиться с мемуарами современников Е.П.Б. – родственников, соратников, сторонников, скептиков и противников – сталкивавшихся в общении с ней с какими-либо проявлениями оккультной стороны ее жизни.

Издательство выражает признательность составителю сборника Дэниэлу Колдуэллу за предоставленную возможность опубликовать эту книгу на родине Блаватской, а также Музею Н.К.Рериха в Нью-Йорке за инициативу и посредническую миссию в осуществлении этого издания.

Надеемся, что оно будет благосклонно принято читателем и поможет ему ближе познакомиться с личностью основателя современного теософского движения.

ОТ СОСТАВИТЕЛЯ
 

В этой книге история жизни Е.П.Блаватской рассказана словами ее современников. Хотя это и не биография, но здесь излагается история полной событиями жизни госпожи Блаватской, и особое внимание при этом уделено оккультному миру, в котором она жила. Эти воспоминания ее родственников, знакомых, друзей, соратников и врагов позволят читателю понять историческое окружение Е.П.Б. и представят ее живой образ. Повествования расположены в хронологическом порядке, и среди них имеются впечатляющие словесные портреты Е.П.Б.; воспоминания, показывающие ее загадочный характер; случаи из жизни Е.П.Б., иногда комические, иногда поучительные; отчеты о психических феноменах, проявленных госпожой Блаватской; описание встреч Е.П.Б. с Учителями.

Не многие люди вынесли столько непонимания и клеветы, сколько пришлось на долю госпожи Блаватской. Поэтому при отборе повествований для данной книги было взято лишь небольшое количество негативных отзывов1. Для такого решения было несколько причин. Главная состоит в том, что многие из этих враждебных отзывов просто-напросто лживы.

В начале каждого повествования приводится автор2, время и место действия описываемых событий. Сведения об авторах даны в разделе ";Биографические очерки";.

Повествования были взяты дословно из первоначальных источников. Не относящийся к теме книги материал изъят, все пропуски отмечены многоточием. Добавленные редактором пояснительные замечания заключены в квадратные скобки. Написание имен и географических названий ради удобочитаемости было стандартизировано. Для имен было принято написание, использованное в Собрании сочинений Е.П.Б. (т. 1-15).

Три приложения (А, Б, В), особенно ";Говорит Е.П.Б";. и ";Почему госпожа Блаватская проявляла психические феномены?";, дают читателю важный материал, изложенный словами самой Е.П.Б. и ее

СВЯТАЯ ТЕРЕЗА АВИЛЬСКАЯ (БИОГРАФИЯ). Прододжение 3 ...конец.

Она описала свою жизнь, прежде всего внутреннюю, как бы рассказывая о путешествии в глубину своей души в «Книге Жизни». Она описала длительные путешествия по всем испанским дорогам и все, что с ней происходило во время основания различных монастырей в «Основаниях». Она писала духовные сочинения, как, например, «Путь к совершенству» - истолкование древнего устава братства Кармеля, чтобы научить своих сестер и друзей молитве и подвижнической жизни, и создать что-нибудь новое в ответ на указ инквизитора, приказавшего сжечь другие книги.

Она писала свои сочинения из послушания, не без сопротивления. Она говорила: «Почему они хотят, чтобы я писала? Пусть этим занимаются люди ученые, которые учились, а я неученая и писать не умею; в конце концов я вместо одного слова напишу другое... пусть меня оставят сидеть за прялкой, заниматься хором и исполнять обязанности монашеской жизни вместе с другими сестрами. Я не рождена для того, чтобы писать, для этой работы у меня нет ни здоровья, ни головы».

«Пусть из вас (сестер Кармеля) первая, кто прочтет эту книгу, исправит ее или сожжет, я ничего не потеряю». Это говорит Мать Основательница сестрам о книге своей, «Путь Совершенства», - основании Кармеля и всего великого дела Реформы. То же могла бы она сказать и отцам-иезуитам. Кто-то из них, «только шутя», как сам признается, велит ей сжечь ее «Истолкование к Песни Песней», и она покорно сжигает рукопись, а между тем, «многие сведущие люди» говорили ей, что «читали книгу эту как св. Писание».

Она написала тысячи Писем, в которых беседовала с самыми различными людьми (королем, богословами, исповедниками, своими сотрудниками, домашними, монахами и монахинями), - писем, в которых перед нами разворачивается замечательная картина не только ее деятельности и ее интересов, но и тех отношений, которые возникали у нее с разными людьми и оставались надолго: в то время не было ни одного церковного движения, которое не нашло бы в ней внимательной, доброжелательной собеседницы. Как говорил один ее современник, многие, даже король Филипп II, «получали ее письма как живое поучение для своего блага». И, наконец, в последний период своей жизни она написала свой шедевр - «Внутренний замок». Пять месяцев создавалась эта книга: часть - сразу, часть - с постоянными перерывами из-за путешествий и непредвиденных обстоятельств.

Тереза Авильская описала в ней замок души, где много обителей и тысячи комнат - все они расположены концентрически вокруг центральной обители, самой сокровенной, в которой пребывает Божественная Троица и из которой исходит ярчайший свет, освещающий весь замок.

Конечно, чем дальше ты находишься от центра, тем смутнее твое предчувствие, а чем больше приближаешься к нему, тем глубже постигаешь красоту Бога и самой обители, как будто приближаешься к солнцу.

Входная дверь открыта для всех, даже для тех, кто еще пребывает в холоде и во тьме греха, в обществе животных и рептилий, кишащих на окраинах замка. Входная дверь - это молитва и тот, кто молится, как может, не отказываясь от молитвы, даже если он погряз в грехах, оставляет дверь открытой и питает желание ступить на тот путь, которым он должен был бы идти. И прежде всего он оставляет открытой дверь для Бога, Который всегда может обратить к нему Свой призыв, исполненный непреодолимой притягательной силы.

Раз перешагнув порог, человек, влекомый все возрастающим ощущением уверенности, тепла, света и красоты, будет продолжать свой путь, пока уже на этой земле не встретится с владельцем замка. Тереза подробно описывает все этапы этого пути в ярких поэтических образах, истолковывая их один за другим.

Например, когда человек доходит до той обители, где душа должна наконец предоставить себя Богу, предать себя Ему, чтобы Он ее преобразил, св. Тереза рассказывает нам притчу о маленьком шелковичном черве, который постепенно растет, пока не начинает выделять шелковую нить, с помощью которой сам строит вокруг себя дом, где может спрятаться и умереть и из которого потом возродится в виде прекрасной белой бабочки. Тереза объясняет эту притчу:

«Этот дом -

СВЯТАЯ ТЕРЕЗА АВИЛЬСКАЯ (БИОГРАФИЯ). Прододжение 2 ...

                       1515—1582

В декабре 1562 года Тереза перешла в обитель св. Иосифа. Все ее имущество при выходе из богатейшегс монастыря Благовещения составляла соломенная постель, железные вериги, веревка для самобичевания, да ветхая, заплатанная ряса. Правнучка леонских королей, яснейшая донья Тереза де Аумада сделалась «смиренною сестрой Терезой Иисуса».

«Было для меня предвкушением блаженства небесного видеть этот маленький домик, удостоенный присутствия самого Господа в Святейших Таинствах, и ввести в него четырех бедных сирот, великих служительниц Божьих», - пишет Тереза. «Мне часто доводилось думать о том, что Бог, преисполнив таким богатством эти души (сестер), должен был иметь какую-то великую цель». «Этот дом - небо, если небо возможно на земле».

Радоваться бы надо, казалось, что совершилось, наконец, великое дело, начало Реформы, но радости в душе ее не было. Страшная тоска напала на нее - чувство какой-то вины бесконечной, - она сама хорошенько не знала какой, но, может быть, в младенчески невинных глазах о. Педро и в безмолвно вопрошающих глазах сестер читала она свой приговор, и ей казалось тогда, что, согласившись, чтобы обитель имела доход, она изменила Господу и предала Его лобзанием Иуды.

Хуже всего было то, что она уже не могла молиться о прощении, потому что она знала, что, если бы даже Господь ее простил, то сама она не простит себя никогда, и мучилась этим так, что ей казалось иногда, что уже здесь, на земле, заживо начались для нее те вечные муки ада, о которых было ей видение пять лет назад: точно втискивали ее и все не могли втиснуть в маленькую, выдолбленную в каменной стене ямку. И не другие, а сама она вырывала из себя душу. Но и теперь, как уже столько раз, спасло ее чудо. В самой черноте адова мрака явился ей однажды Христос в таком лучезарном сиянии, что она не могла поднять глаза на лицо Его. Он ничего не сказал ей, только посмотрел на нее так, что всех мук ее как не бывало, и снова была она так уверена в деле своем, так спокойна и радостна, как будто Он Сам вел ее за руку...

Для любой испанской монахини того времени Церковь была данностью, с которой все мирно уживались: мир был христианским миром, и все находило в нем свое положенное место: и Папа, и король, и церковная, и светская культура. Хотя единство христианского мира было разрушено Лютером, Тереза вначале об этом ничего не знала, а Испания тогда была единой страной.

И вот внезапно ей открылся трагический и скорбящий образ Церкви того времени.

Именно тогда, когда она основала свой первый новый кармелитский монастырь, во Франции начались религиозные войны. Кардинал Лоренский, приехав на Тридентский Собор, рассказал о том, какие ужасы творятся на его родине, и вести об этом дошли до маленького монастыря из двух источников: от друзей Терезы из числа духовных лиц и из окружного послания, разосланного Филиппом II по всем монастырям, где он рассказывал о происходящем и призывал к усердной молитве. Мысленному взору Терезы предстало невиданно зрелище: христиане, сражающиеся с другими христианам и их убивающие, подожженные и разграбленные церкви, монастыри, взятые приступом и разграбленные, надругательства над Евхаристией, ненависть и презрение к Папе и к епископам. Даже нам сегодня трудно себе представить, какими жестокостями сопровождалась религиозная рознь, почти уничтожившая христианскую Европу.

Тереза была слишком умна, чтобы сразу же не понять, что эти «великие беды Церкви», как она их называла, были печальным результатом всего предыдущего, которое она называла «положением чрезвычайно прискорбным»: слишком много христиан были неверны своему призванию, (особенно из числа тех, кто должен был бы целиком посвятить себя Христу и Церкви.

Она еще не оправилась от этого первого потрясения, из-за которого страдала даже физически, как ее поразила другая новость, быть может, еще более страшная.

В ее монастырь явился погостить францисканский

СВЯТАЯ ТЕРЕЗА АВИЛЬСКАЯ (БИОГРАФИЯ). Прододжение 1 ...

А духовники, действительно, безжалостно мучили душу Терезы. Не понимая ее переживаний, они объявили святую одержимой нечистой силой и приказали ей отгонять высокие видения непристойным знаком, что приводило монахиню в отчаяние. Она не сомневалась, что имеет дело с Богом, и вместе с тем не могла не подчиниться данному приказу. Ей было невыразимо тяжело, вспоминать вынесенные Христом оскорбления, прибавлять к этому числу еще новые. Неуверенная в себе и относившаяся с большим уважением к учености своих духовных руководителей, Тереза, наконец, и сама стала сомневаться в своих переживаниях и подозревать в них нехорошее. Мысль о возможности быть обманутой дьяволом наполняла душу скорбью.

Когда измученной Терезе стали изменять силы, св. Франциск из Борхи и св. Педро д'Алькантар решительно вступились за нее, заявив, что она в своих мистических переживаниях имеет дело исключительно с Богом, отчего о дьяволе не может быть никакой речи. Так как оба подвижника пользовались большим авторитетом, то духовники прекратили свои преследования.

Впоследствии и сама Тереза научилась распознавать свои видения. Она писала: «Как дурной сон не освежает, но еще более утомляет голову, так и некоторые создания воображения только обессиливают душу. Вместо обогащения души - они вселяют в нее одно томление и отвращение, тогда как истинно небесное видение дает несказанные духовные сокровища и чудотворное оживление телесных сил. Я привожу эти рассуждения для тех, кто осуждает меня, говоря, что мои видения - дело Врага человеческого или игра моего воображения... Я могла бы показать им те богатства, какими Божья длань одарила меня: они мое подлинное достояние. Все, знающие меня, видят, как я изменилась. Мой исповедник сам подтверждает это. Перемена, произошедшая во мне, явственна для людских глаз; она не скрыта в глубине, но сияет ослепительны светом. Я не могу поверить, что Сатана, - если он виновник всего этого, - прибегал с целью погубить меня и низвергнуть в ад, к средствам столь противоречащим его намерениям; к искоренению моих пороков, к преисполнению меня мужеством и иными добродетелями. Ибо я ясно вижу, что хотя бы одного из этих видений достаточно для того, чтобы обогатить меня всеми этими сокровищами».

Седьмая, высшая точка постижения, точка Экстаза открылась ей, когда Христос в видении сказал ей: «С этого дня ты будешь супругой Моей... Я отныне не только Творец твой, Бог, но и Супруг».

«Часто Он (Христос) мне говорит: «Отныне Я - твой, и ты - Моя!..» Эти ласки Бога моего погружают меня в несказанное смущение». В ласках этих - «боль и наслаждение вместе». «Это рана сладчайшая».

Экстаз Богосупружества, главного религиозного переживания св. Терезы, и ее предчувствие, что мир погибнет от разделения Церквей и что человечество может спастись только Соединением Церквей, являются откровениями глубокого общечеловеческого значения.

Сила экстаза, чья высшая точка есть Богосупружествс - сила не только внутренняя, личная, движущая каждого человека в отдельности, но и внешняя, общественная, движущая целые народы, а может быть и все человечество. Это понимала и св. Тереза, когда переключила силу эксгаза из личного порядка в общественный, «социальный»: «Благо душе, познавшей истину в Боге».

В Богосупружестве совершается такое внутреннее соединение Существа Божьего с человеческим, что каждое из них как бы становится Богом, хотя ни то, ни другое не изменяет природы своей. Тереза лично пережила брачное соединение человека с Богом, которое есть «нечто не только духовное, но и плотское, потому что есть величайшее явление человеческой Личности, а Личность - весь человек, с духом и плотью».

Та обитель Благовещения, где Тереза провела тридцать лет - первую сознательную половину жизни своей, принадлежала к монашескому Братству Кармеля. Братство это, кажется, не только по своему, но и по общему, Церковному преданию, было

СВЯТАЯ ТЕРЕЗА АВИЛЬСКАЯ
1515—1582

Кто делает упорные усилия, чтобы взойти на вершину совершенства, тот никогда не восходит на нее один, но всегда ведет за собою, как доблестный вождь, бесчисленное воинство. ( Св. Тереза Авильская )

Главное свидетельство о жизни св. Терезы дано ею самой в «Книге жизни ее» («Libro de su vida») или под другим заглавием «Моя душа» («Mi alma»). Первая рукопись «Жизни» была, вероятно, сожжена ею самой, когда один из духовников ее, прочтя книгу, нашел, что она «внушена ей диаволом» и что сама она - «бесноватая». А вторая рукопись, по доносу в «Лютеровой ереси», отправлена была в суд св. Инквизиции, где находилась около двенадцати лет. «Книга жизни моей» находится в Инквизиции», - говорит сама Тереза.

Тереза первая или одна из первых, заговорит не на школьном, мертвом, латинском языке, а на живом простонародном, старокастильском.

«В книге этой («Жизни») я говорю так просто и точно, как только могу, о том, что происходит в душе моей», – скажет св. Тереза. «Я ничего не буду говорить, о чем не знала бы по моему собственному или чужому опыту». Истина была единственной целью ее повествования, а вдохновением ее была искренность.

Жизнь Терезы в монастыре Благовещения изложена в ее автобиографии, главная часть которой написана около 1560 года, когда Терезе было 45 лет. Это не литературное произведение, но в буквальном смысле слова исповедь, которую должно было представить духовнику. Она бралась за перо лишь по приказанию духовников так же, как Фра Беато Анджелико брался за кисть. И созданные Терезой произведения должно признать не менее замечательными памятниками христианского искусства, чем дивные фрески флорентийского монастыря Сан Марко. Тереза никогда не обольщается своими способностями и бывает жестоко самокритичной: «Я всегда страдала тем, что для выражения мыслей мне надо было очень много слов». «Трудно говорить о самом внутреннем, а так как трудность эта соединяется у меня с глубоким невежеством, то я наговорю, конечно, много лишнего прежде, чем скажу то, что надо сказать. Часто, когда я беру перо в руки, у меня нет ни одной мысли в голове, и я сама не знаю, что скажу». «Но Бог делает, чтобы это хорошо было сказано». «Духу Святому себя поручаю: пусть Он сам говорит моими устами».

«Книга Жизни» и «Книга Оснований», в которой описывает она свои основания монастырей, - не только портрет души Терезы, но и портрет целой эпохи - сложного времени раскола Церкви и глубокого духовного кризиса, в котором находилась Европа.

К началу XVI столетия католическая церковь Испании пришла в состояние полного разложения. Духовенство мало заботилось о пастве, думая лишь о своем обогащении и веселом препровождении времени. Падение нравов было особенно заметно в монастырях. Нищенствующие ордена уже не соблюдали обета бедности, но предавались всем земным удовольствиям. Монашество не отрекалось более от мира, с которым оно жило в тесной связи.

Между тем в Италии с 1528 года началась настоящая реформа францисканского ордена, которая должна была возродить строгий первоначальный устав святого Франциска. Реформированные францисканцы жили в крайней бедности и занимались проповедью. Стремление к обновлению охватило также и другие монашеские ордена.

Монастырская реформа, начатая в Италии, стала вскоре вводиться также в Испании и прежде всего среди францисканцев. Душою этого дела был причисленный после к лику святых отец Педро из Алькантары, которым было основано или реформировано около 40 монастырей. Реформатор францисканцев сыграл в жизни Терезы большую роль, поддержав ее желание возродить среди кармелиток первоначальную бедность. Человек редкого сильного духа, о. Педро д'Алькантар вел суровую жизнь аскета. Его келья была так мала, что в ней нельзя было даже вытянуться. Он спал сидя и всего лишь полтора часа. Ел он только раз в три дня, а иногда целых восемь дней принимал пищи. Живя в бедности и лишениях, о. Педро достиг полного умерщвления плоти. А в доброте и приветливости

СЕРДЦЕ, ЛЮБОВЬЮ ГОРЯЩЕЕ. Юлия Владова

Тереза Авильская (1515-1582)

Счастливо сердце, любовью горящее,
В Бога вложившее все помышления;
Видит оно, позабыв преходящее,
В Нём свою силу, свои наслаждения.Гаснет в нём жизни желанье томящее,
В Боге одном завершались стремления.
Сердце проходит без страха и горя
Даже чрез волны тревожного моря.

                                                                                                                                   Тереза Авильская
   

Н.К. Рерих в очерке «Душа народов» писал: «Каждая страна у сердца своего бережёт имена, ведшие её к Свету…» Тереза Авильская (1515-1582) – католическая святая, чьи труды и духовный опыт имеют значение не только для её церкви и родной Испании. «Соберём все самые прекрасные героические облики всех времён и народов и претворим их качества и достижения в духе нашей эпохи, лишь такое подражание даст правильную основу для дальнейшего продвижения», – читаем в письме Е. Рерих от 01.03.1929 года. Елена Ивановна называла Терезу своей любимой святой и советовала ознакомиться с её биографией, подчёркивая, что это прояснит многие положения Учения Живой Этики.

Тереза Санчес Сепеда д’Авила-и-Аумада – таково полное имя святой Терезы Авильской – родилась 28 марта 1515 года в г. Авиле в многодетной семье богатого дворянина Алонсо Санчеса де Сепеды. В шесть лет Тереза научилась читать и полюбила жития святых и мучеников; в семь вместе с братом убежала проповедовать в мусульманские земли, но беглецов быстро вернули… Потом пришло увлечение рыцарскими романами и светской жизнью… Но, как говорила о себе Тереза, «Господу было угодно, чтобы в моей душе с самого раннего детства запечатлелся путь истины»… На рассвете 2 ноября 1535 года она ушла из дома в кармелитский монастырь Благовещения, приняв там монашеское имя Тереза Иисуса (Тереса де Хесус)…

Святая Тереза Авильская вошла в историю церкви как реформатор кармелитского ордена; суть её реформы была в установлении более строгих правил, способствующих духовной жизни: посвящение себя Богу в бедности и беспрестанной молитве, физическом труде и посте. Сама святая Тереза находилась в постоянном молитвенном предстоянии и в течение семи лет достигла наивысшей ступени экстаза. Свои видения и мистические переживания монахиня описала в «Автобиографии».

О первом видении Христа она говорит: «Жизнь моя кончилась – началась жизнь Бога во мне».«Мне кажется, что Иисус всегда идёт рядом со мной. (…) Я ясно чувствовала, что Он находится по правую сторону от меня и видит то, что я делаю, и я никогда… не могла забыть, что Он рядом со мной». Такое слияние с Богом возможно только при чистом сознании и самозабвенном служении.

Господь даровал Терезе мистический опыт трансверберации – херувим проколол её сердце огненным копьём…
Тереза Авильская – одна из тех святых, которые в подвиге любви и самоотречения пламенным сердцем восстанавливали утраченную связь между человеком и Богом…

Святая Тереза стала первой женщиной-писательницей Испании и первой женщиной-богословом, причисленной Церковью к лику Учителей и Наставников духовной жизни. Перу её принадлежит автобиография «Книга моей жизни», где подвижница очень доходчиво рассказывает о путешествии в глубь своей души, «Книга оснований», повествующая о поездках по испанским дорогам и о всех перипетиях во время основания шестнадцати духовных общин-монастырей, «Путь к совершенству» – толкование древнего устава Братства Кармеля, «Обители» (в русском переводе – «Внутренний

Кто делает упорные усилия, чтобы взойти на вершину совершенства, тот никогда не восходит на нее один, но всегда ведет за собою, как доблестный вождь, бесчисленное воинство. ( Св. Тереза Авильская )

                                                    Тереза Авильская

                                                1515—1582

Одна из важнейших задач наступающей Новой Эпохи заключается в возрождении женщины. "Грядущее время снова должно, как в лучшие времена человечества, предоставить женщине место у руля жизни, место рядом с мужчиной, её вечным спутником и сотрудником. Ведь всё Величие Космоса слагается двумя Началами. Основа Бытия зиждется на равноценности двух Начал. Возможно ли умаление одного из них?!" -пишет Е.И.Рерих. Она, олицетворявшая собой прекрасный облик женщины будущего, много оставила нам ценных мыслей и советов по этому вопросу. Так, Елена Ивановна подчёркивала, что вопреки существующему предубеждению, в умственном отношении женщины не ниже мужчины, а в духовном - даже превосходит его. И именно подвиг духовного подъёма человечества должна взять на себя женщина.

Для того чтобы выполнить эту предназначенную ей эволюционную миссию, женщина должна готовиться к ней, совершенствуясь и вооружаясь знанием. И на этом пути особенно важно иметь перед собой образец, идеал, которому можно следовать. Потому и призывает нас Елена Ивановна: "Соберём все самые прекрасные героические облики всех времён и народов и в творческом устремлении к усовершенствованию претворим их качества и достижения в духе нашей эпохи, лишь такое подражание даст правильную основу для дальнейшего продвижения" (Е.И.Рерих. Письма. Т.1. С.16). Среди замечательных женщин - подвижниц духа - Елена Ивановна не раз называет особенно ею любимую св. Терезу Испанскую и советует познакомиться с её биографией, подчёркивая, что при этом "многие положения Учения (Живой Этики) станут яснее…" (Е.И.Рерих. Письма. Т.3. С.379).

 Тереза Авильская занимает совершенно особое место в ряду христианских святых. Это единственная женщина, по сути приравненная к Отцам и Учителям Церкви и удостоенная степени доктора богословия. Причиной этому послужили многочисленные сочинения Терезы. В них говорится о духовной жизни человека и путях самосовершенствования.

Особое значение среди её трудов принадлежит автобиографии, дающей нам редчайшее свидетельство духовного пути женщины. Через столетия эта книга донесла до нас живой голос этой удивительной подвижницы, со всеми его индивидуальными вибрациями и оттенками. "В книге этой, - пишет она, - я говорю так просто и точно, как только могу, о том, что происходит в душе моей… Я ничего не буду говорить, о чём не знала бы по моему собственному или чужому опыту".

В ЭТИХ СЛОВАХ СВ. Терезы заключена самая точная оценка её книги. Она написана предельно просто и искренне, без тени экзальтированности или приукрашивания. И именно эта великая простота придаёт ей особую силу и убедительность. Е.И.Рерих пишет по поводу автобиографии Терезы: "Много имеется чудесных свидетельств высоких Духов, но в сутолоке нашей чудовищной эпохи они забыты. Но скоро наступит срок, и истинные ценности займут надлежашее им место в строительстве жизни" (Е.И.Рерих. Письма. Т.3. С.422).

С четырёхлетнего возраста и до самой смерти у Терезы всегда было одно желание: "Я ХОЧУ БЫТЬ СВЯТОЙ…" Она родилась в 1515 году. Детство её прошло в замке её отца, благородного идальго Алонзо де Чепеда-и-Агумадо, который принадлежал к одному из древнейших и благороднейших родов кастильского города Авилы, "города рыцарей, города святых", как его называли. Девочка с ранних лет мечтала о духовном подвиге. В 6 лет, очень рано по тем временам, она научилась читать и пристрастилась к чтению Житий Святых.

                                Озеро Честер (Chester Lake)

HIKING CHESTER LAKE IN KANANASKIS COUNTRY. ALBERTA. CANADA.19.01.2021 г.

Поездка к озеру Честер из Калгари и обратно у нас заняла 7 часов. Мы выехали в 12 ч. и приехали домой в 7 часов вечера. Это 4 часа на дорогу (туда и обратно) и 3 часа, или чуть меньше пешего похода от парковки машин до озера и обратно. 

Большинство людей едут к тропе по шоссе 40 от Трансканадского шоссе, а не вверх по Спрей-Лейкс-роуд от Канмора. У начала тропы есть большая парковка, расположенная на восточной стороне Смит-Дорриен-Спрей-Лейкс-роуд. Это примерно 20 км к северу от шоссе 40 или  40 км от Канмора. Из Калгари ехать до двух часов.

Честер-Лейк -это небольшое озеро в Кананаскисе в провинции Альберта.

 Лесная тропа, ведет к альпийскому лугу и озеру под горой Честер.Тропа озера Честер - это 8,5-километровая тропа в обе стороны, расположенная недалеко от района Кананаскис, Альберта, Канада, с озером. Тропа используется для пеших прогулок. Маршрут начинается с подъема через сосновый лес по постепенным, но постоянным поворотам. Затем он становится круче и продолжает подъем, по большей части выравнивается. Тропа выходит на обширную поляну с захватывающими панорамными видами на окружающие горы! 

На Тропе много знаков. Прекрасный дневной поход! Сказочный зимний день (19.01. 2021 г.), 3-х-часовой  трек с подъемом, заставляющим сердце биться быстрее. Для подходящей обуви необходимы снегоступы или шипы. От озера Честер туристы могут дойти и подняться на гору Фортресс, и гору Честер ( Mount Chester).

Озеро Честер (Chester Lake).

Chester Lake. Озеро находится на высоте 2 км.220 метров над уровнем моря.

Location: Kananaskis Country (Highway 742)
Height: 2,220 m (7,284 ft)
Elevation Gain: 310 m (1,017 ft)

Distance: 8.5 km / Round Trip (5.3 mi)

На фото: Вид горы Честер (Mount Chester) с озера Честер (Chester Lake).

                                        Наша поеэдка началась.

                                                            Дэвачан

 
Конечно, новое Эго, как только оно вновь родилось в Дэва-Чане, удерживает на некоторое время, пропорционально его земной жизни, полное воспоминание о своей жизни на Земле. Но оно никогда не может вернуться на Землю из Дэва-Чана. Так же это последнее, исключая даже все антропоморфические идеи о Боге, не имеет ни малейшего сходства с раем или небом какой бы то ни было религии; это литературное воображение Е.П.Б. подсказало ей такое удивительное, сравнение.

< ... >
«Кто попадает в Дэва-Чан?» – Личное Эго, конечно, но блаженное, очищенное, святое. Каждое Эго – комбинация шестого и седьмого принципов, которое после периода бессознательного нарастания вновь рождается в Дэва-Чане в силу необходимости, так же невинно, чисто, как и новорождённый младенец. Самый факт его нарождения указывает на преобладание добра над злом в его старой личности. И пока карма (зла) временно отступает, чтобы следовать за ним в его будущем земном воплощении, он приносит с собою в Дэва-Чан лишь карму своих добрых действий, слов и мыслей. «Худо» является для нас относительным понятием, как вам было уже сказано. Закон Возмещения есть единственный закон, который никогда не ошибается. Потому все, кто не погрязли в тине неискупимых грехов и животности, идут в Дэва-Чан. Они должны будут уплатить все свои грехи, вольные и невольные, позднее. Пока же они вознаграждены; получают следствия причин, порождённых ими. Конечно, это есть состояние, так сказать, интенсивного эгоизма, в течение которого Эго пожинает награду своего бескорыстия на Земле. Он совершенно поглощён блаженством всех своих личных земных привязанностей, предпочтений и мыслей, и собирает здесь плоды своих достойных действий. Никакая боль, печаль, ни даже тень горя не омрачает светлый горизонт его чистой радости, ибо это состояние беспрерывной Майи.

...Так как сознательное ощущение своей личности на Земле есть лишь мимолётный сон, то это чувство будет также подобно сну и в Дэва-Чане, только во сто крат усиленное. Тем более так, ибо счастливое Эго не в состоянии видеть сквозь покров зло, горе и бедствие, которым могут подвергаться на Земле те, которых он любил. Он живёт в сладком сне с теми, кого он любил, ушедшими ранее или всё ещё живущими на Земле. Он видит их около себя таких же счастливых, блаженных и невинных, как и сам бестелесный сновидец. И тем не менее, за исключением редких видений, обитатели нашей грубой планеты не ощущают этого. Во время подобного условия полной Майи, души или астральные Эго чистых, любящих, чутких людей, находясь под влиянием подобной же иллюзии, думают, что их возлюбленные сходят к ним на Землю, тогда как это их собственный дух подымается к тем, кто находится в Дэва-Чане.

< ... >
Да, существует огромное разнообразие в состояниях Дэва-Чана. Столько же разнообразия в блаженстве, сколько на Земле оттенков ощущений и способностей оценить подобное вознаграждение. Это есть воображаемый рай, в каждом случае создание самого Эго, в обстановке им самим созданной, и наполненный событиями и людьми, которых он ожидал бы встретить в подобной сфере возмещаемого блаженства.

Это разнообразие влечёт временное личное Эго в поток, который приведёт его к новому рождению, в более низком или более высоком условии в следующем мире причин. Всё настолько гармонично приспособлено в природе, особенно в субъективном мире, что не может быть совершено ошибки Татхагатами, или Дхиан Коганами, которые руководят импульсами.

Вопрос 5. Судя по первому взгляду на эту идею, чисто духовное состояние доступно только существам, которые на Земле были высокодуховными. Но существуют мириады очень хороших нравственных людей, которые совсем не духовны. Как они могут быть приспособлены к переходу со своими воспоминаниями из этой жизни от материального к духовному состоянию существования?

Ответ. Это есть «духовное состояние» лишь в силу контраста с нашим грубым материальным состоянием; и как уже указано, степени духовности образуют и определяют великое разнообразие состояний в