[600x530]

ЧЕТВЁРТЫЙ ВАРИАНТ

- Вы с Игорем нечто упустили. Утверждаю: это и есть самое главное. Не спрашивай, откуда я кое-что узнал, а о чём догадался. Вообще, разговор, сам понимаешь, не для печати. Времена новые, а люди-то старые. Не будем повторять ошибку Бехтерева. 

- В чём же его ошибка? 

- Наговорил лишнее. А главное - в секретном оружии, которое он создал себе же на погибель. Теперь смекай. Ты недавно достал его "Коллективную рефлексологию", читал "Внушение и его роль в общественной жизни". Верно? Есть у тебя книжка Леонида Леонидовича Васильева "Внушение на расстоянии". Ты интересовался гипнозом и знаешь об опытах Сергея Яковлевича Турлыгина. Я уж не говорю о прошумевшей "Биологической радиосвязи" Бернарда Бернардовича Кажинского... Попробуй совместить эти работы с главной идеей и некоторыми героями известного романа Александра Беляева "Властелин мира". 

- Его-то я и не читал. 

- Тем более... Так вот, там главный герой - Кажинский. А Дугов - укротитель львов, как ты догадываешься, знаменитый дрессировщик Дуров. Кстати, есть ещё Рудольф Готлиб - Адольф Гитлер... Ну, это - детали. Самое главное, о чём проговорился Беляев, - психологическое оружие. 

- Фантастическое? 

- Не торопись. Неужели тебе никогда не казалось странной необычайно быстрая популярность Сталина, распространявшаяся как эпидемия? Примерно в то же время народ с другими традициями, с другим национальным характером точно так же поддался массовому психозу, будто с ума съехали со своим фюрером. Нормальные люди превращались в тупое, послушное стало. А начиналось всё с опытов над животными, проведёнными Бехтеревым вместе с Дуровым. 

- Это же было просто выполнение мысленных заданий. 

- Просто? Да в том-то и дело, что самое трудное - передача осмысленных, рассудочных сигналов. Так и пытались обычно

[600x530]

ЗАГАДОЧНАЯ КОНЧИНА

...Смерть великого русского мыслителя, психолога и психиатра, физиолога и невропатолга академика Владимира Михайловича Бехтерева окружена покровом тайны, подозрений и слухов. Спустя 20 лет его ученик член-корреспондент АН СССР В.П.Осипов, посвятив статью прискорбной дате ("25 декабря 1927 года столичные газеты принесли неожиданное и печальное известие...", ни словом не обмолвился о причине смерти. Ещё через 10 лет другой ученик - профессор В.Н.Мясищев лишь упомянул, что учитель умер "в полном расцвете сил". И вновь - ничего о самой причине. Странно, не правда ли?

В обстоятельной работе Игоря Губермана "Бехтерев: страницы жизни" (М., "Знание", 1977) написано: "В этот свой приезд в Москву он был так оживлён и деятелен, столькими идеями делился со множеством людей, не зная, что уже завещает им эти мысли, будто и не было ему полных семидесяти лет". Действительно - крепкий, могучий, активнейший человек... "Бехтерев умер неожиданно и быстро. Настолько неожиданно и быстро (отравился консервами поздно вечером, а ночью его уже не стало), что возникла легенда: будто кто-то отравил его специально ради неразглашения тайны диагноза, поставленного им на приёме. Эта легенда оказалась чрезвычайно живучей, несмотря на полное отсутствие подтверждений".

За последние годы не раз громогласно и безапелляционно звучало то, что Губерман назвал легендой. И уточнялось: пациентом был Сталин, а диагноз - "параноик". Но не было ли это одной из форм борьбы со сталинизмом в период "перестройки и гласности"? Против неё выступил, помнится, кто-то из учёных, напоминавший, что врач старой выучуи и высочайшего уровня уже по нравственным соображениям не мог так поступить со своим пациентом. Ведь дать столь скоропалительное заключение после недолгой аудиенции было бы полнейшим легкомыслием. Да и кто бы посмел направить психиатра для обследования генсека? К тому же каких-либо признаков тяжкого душевного недуга у сравнительно молодого, энергичного будущего вождя вовсе не наблюдалось.