[показать]Жил-был в страшной довоенной Латвии деревенский парнишка Вася Кононов. Так и прозябал бы он всю жизнь под гнетом буржуазно-националистического режима, да вот нагрянула в 1940 году с востока долгожданная советская власть. Не растерялся Васятка: вступил в комсомол и даже стал местным комсомольским вожаком. Короче, конкретно в люди парень пошел. Да вот беда: только-только стали республику обустраивать, от антисоветского элемента очистили (аж 15,5 тысяч выслали 14 июня 1941 года) – тут-то Гитлер и нарушил мирный труд советских людей. Вася опять не сплоховал: уже в июле 41-го драпанул вместе с героической красной армией – видать, оставаться в Латвии комсомольскому активисту было совсем не с руки, поди, наактивничал там изрядно. Потом Вася полгода учился в далеком Ижевске на красного партизана. Если конкретно – на подрывника. И если уж совсем конкретно – партизан тогда и потом готовил известный товарищ Берия, т.е. организация, которую в народе ласково называли Лубянкой. Короче, стал комсомолец Кононов чекистом-террористом.
В июне 43-го новоиспеченный партизан Кононов выпрыгнул с парашютом с самолета "Дуглас". И где же он приземлился? Конечно, в хорошо знакомой ему Латвии, причем в родной местности – в Латгалии. К 1944 году Кононов уже командовал партизанским отрядом. Говорят, много немецких эшелонов под откос пустил. Но главный свой подвиг Кононов совершил в латгальской деревне Мазие Бати (Малые Баты).Читать далее
[показать]
Дорогая моя мамочка
Lelena_Yer!
Как мысль скудна, отстав от чувства!
И вслед за мыслью слов запас,
И речь, конечно, безыскусна,
Чтоб чувства выразить подчас.
В общем, попробую описать свои приключения в хронологическом порядке с того самого момента, как ты отправила меня в Большой Город с этим чудиком Паганелем. Нет, парень он замечательный, весельчак и балагур, но как ты меня и предупреждала, "любитель выпить". Естественно, в поезде он сразу сбежал в вагон-ресторан, а мне пришлось, как истинному жынтыльмену, охранять честь и достоинство дражайшей Маниоки. В Город мы прибыли вовремя, без опозданий. Напрасны были твои опасения, мамочка, что тут гуляют большие медведи с балалйками по улицам и чужаков не принимают. Проверено и мною заверено - народ тут замечательный и гостеприимный. А Ло, кроме всего прочего, приготовила к моему приезду шикарный подарок. Честно - честно, я о таком даже и мечтать не мог! Да что там мечтать, я просто скромно надеялся на местечко на не самой пыльной полке. А тут вон оно как все повернулось!
Подруга из Америки прислала.
На одном из спектаклей "Евгения Онегина" пистолет почему-то не выстрелил. Но Онегин не растерялся и ударил Ленского ногой. Тот оказался сообразительным малым и с возгласом: "Какое коварство! Я понял все - сапог отравлен!" - упал и умер в конвульсиях.
Гастроли провинциального театра, последний спектакль, трезвых нет.
Шекспировская хроника, шестнадцать трупов на сцене. Финал. Один цезарь над телом другого. И там такой текст в переводе Щепкиной-Куперник:
"Я должен был увидеть твой закат иль дать тебе своим полюбоваться".
И артист говорит:
- Я должен был увидеть твой...
И он текст забыл, надо выкручиваться, по смыслу, а это стихи, проклятье - но он выкрутился! Как поэт!!
Он сказал:
- Я должен был увидеть твой... конец!
И задумчиво спросил:
- Иль дать тебе своим полюбоваться?..
И мертвые поползли со сцены.