Сегодня шьем женскую сумку в подарок и для ассортимента :)
Будем использовать краст кожу, юфть толщиной 2 мм, нить вощеную 1 мм толщиной и много времени :)
Размечаем шкуру и вырезаем кусок, из которого будем творить!
Выкройку держал в голове. Размечаем, разрезаем. И помним про 7 раз отмерь :)
Мои подписчики уже знают что такое строчный пробойник :) Пробиваем отверстия в местах, где будем прошивать сумку. Кстати пробойник в кадре.
Решил нанести бальзам Belvoir до прошивки — это дало отличный блеск и глубокий цвет. На фото — слево обработана, справа — нет.
Вот фото для сравнения — было/стало.
Начинаем прошивать седельным швом, нити берем побольше, терпения тоже!
Боковины сумки хотелось сшить необычно, поэтому решил поэксперементировать.
Долго шили, мучались, матерились. Теперь нужны ручки. Делать плоские не хотелось, так как это выглядит дешево. Поэтому будем делать ручки крутые :)
Берем заготовку, вырезанную из нашей шкуры, веревку — она будет придавать форму — торчать не будет :)
Пробиваем отверстия для прошивки.
Молодые супруги Ольховы становятся новыми владельцами старинного особняка и сразу же начинают получать послания с угрозами. 
Лера Медведь расследует громкое дело: задушена девушка, в отсутствие хозяйки присматривавшая за квартирой матери самого прокурора города! Следствие пытается выяснить кому понадобилось убивать скромную студентку, бедную девушку из многодетной провинциальной семьи. Тем временем матушку прокурора больше волнует другой вопрос: где ее обожаемый кот? В день убийства красавец мейн-кун Леопольд бесследно пропал. Его любящая хозяйка на грани инфаркта, и добрая Лера опрометчиво обещает старушке прояснить судьбу ее дорого питомца. Теперь ей придется искать не только убийцу, но и кота! Впрочем, Леопольд ведь может оказаться важным свидетелем – он был на месте преступления! Но какой помощи следствию можно ожидать от неразумного животного?.. 
Летним утром 1973 года во дворе пятиэтажных хрущёвок, за зданием трансформаторной подстанции случайно обнаруживают мёртвое тело пожилой женщины. Это Софья Алексеевна Вишневская дочь бывших хозяев дворянской усадьбы, в которой ныне располагается Дом культуры. Она же и единственная оставшаяся в живых из членов городского подполья, уничтоженного фашистами осенью 1942 года. 
