Он слишком мужественен, слишком силён, слишком уверен в себе. 
 Неимоверно красивые славянки кричат ему о своём обожании, а мы же, в нашу очередь, можем противопоставить им Мартин Обри или Ангелу Меркель… Никто так не нервирует партизан «гендерного» вопроса и моносексуальной моды, как Владимир Путин — человек,в котором ещё сохранилось воплощение мира Адама. Владимир Путин — нестерпимая мужественность для нашего постисторического общества, которое отдаёт себе отчёт в том,что оно не представляет интересы всех и вся.

С уверенностью можно заявить, что глава государства — атлет, чемпион в боевых искусствах,в стрельбе и охоте — приводит в бешенство. Обществу по вкусу идиоты-бегуны, гольфисты-весельчаки, ездуны на мото-лыжах, но им не по нраву люди, что принадлежат своей земле. 
 Глава государства — патриот, который мыслит исторически, стратегически, как преемник царей и СССР— такой их ещё больше выводит из себя. Государственный лидер со светлой головой, который знает, чего можно ожидать от закалённых в злобе журналистов, совершенно приводит в отчаяние.

То, что они только и мечтают о том, чтобы превратить Россию в песок нефтяных стран Залива — показательный факт в эпоху, когда всё человечество стёрто в порошок — а глобализация есть тому подтверждением. Превратить мир в нефтяной или силиконовый песок, в холмик,состоящий из стран залива с жителями, превращенными в крыс, шарящих по необъятным магазинам… — вот цель игры тех подлецов, что её контролируют.

Но это не игра Владимира Путина. 
Там, где иные видят торговый центр, он видит землю, видит наследие. 
 Мы можем пересмотреть фильмы Сокурова — последнего живого режиссёра с мировым значением.Он растолкует нам всё в «Матери», в «Русском ковчеге», в «Фаусте». И там, где наши правители-бомбардировщики видят гуманитарный коридор, торговый центр или такие милые их сердцу права человека, Владимир Путин видит надувательство и сговор. Он — и все люди правых взглядов его страны и не только.

Антирусское бешенство становится просто невыносимым. Во времена, когда Ельцин разорял свою страну, приводил в нищенское состояние её население и с помощью шоковой терапии уничтожал пару десятков миллионов её населения (таков демографический итог его правления), считалось хорошим тоном выказывать пророссийские настроения. Особенно, когда алкоголический тиран высылал войска и танки против собственного парламента. „Вы можете делать всё, что хотите“, — говорил ему Ал Гор: демократически избранный парламент не был достаточно демократичным по вкусам запада (но чем же тогда является сам Запад?). А хорошие русские — только мёртвые русские, и то, что не удалось сделать Гитлеру, собирались исполнить Ельцин и шоковая терапия Голдман-Сакса.  Они бы поделили и нефть, и девушек…

Некоторые упрекают Владимира Путина в том, что он слишком долго остаётся у власти: однако никто не упрекал Миттерана, что он оставался в президентском кресле от нечего делать 14 лет; ни Ф.Д. Рузвельта — в том, что он был избран и переизбран, чтобы заново погрузить страну в кризис и войну.Никто не ставит в вину супруге Клинтон игру в дипломатию и желание стать президентом вслед за избранным и переизбранным мужем; не упрекают и госпожу Киршнер в прямом наследовании поста своего мужа.

… То, в чём упрекают Путина — это две вещи: первая — это его нестерпимая мужественность,а второе — это не знающая конца и меры русская исключительность,  о которой пророчествовал Достоевский в своей знаменитой торжественной речи в честьПушкина.Я не буду тут углубляться в сюжет. Однако скажу, что антирусская ненависть — это ненависть давняя и глупая, а особенно во Франции. Ведь как говорил до войны Анри де Кериллис, Франция всегда имела большие выгоды от своего союза с Россией. Даже Веймарская Германия, которая перевооружалась и спокойно проводила военные учения своих солдат в советской России. И даже Гитлер — до того, как послал коричневые рубашки убивать и обращать в рабов золотоволосые славянские головы.

Россия хочет мира, а Запад непрестанно желает войны. По этому поводу мы можем перечитать