|

Фото дочерей императора Николая II. Снимок 1900 года.
Милые девочки в невероятных шляпах, не ведающие о своем будущем. Младшая Татьяна выглядит несколько растерянной и напряженной. Старшая Ольга уже освоилась со своим положением и понимает, что естественное поведение перед объективом — очень важная ее обязанность.
![]()
Ольга Николаевна (3 (15) ноября 1895 — 17 июля 1918).
Родилась в Царском Селе.
Была названа в честь героини романа Пушкина «Евгений Онегин».
Отличалась умом, прекрасной памятью, владела английским и французским языками, увлекалась историей и литературой, играла на рояле.
Обладала абсолютным слухом, могла подобрать мелодию на рояле.
Была очень близка с отцом, который вёл дневник, фиксируя мельчайшие детали её взросления.
Прославилась как «дочь отца» за деликатность, доброту и простоту в общении.
![]()
Татьяна Николаевна (29 мая (10 июня) 1897 — 17 июля 1918).
Родилась в Петергофе.
Также получила имя под влиянием пушкинского «Онегина».
Была самой близкой к матери, отличалась сдержанностью и чувством долга.
Помогала вести хозяйство, когда императрице нездоровилось, и заботилась о больном брате Алексее.
Во время Первой мировой войны стала сестрой милосердия.
В 2000 году Русская православная церковь прославила Николая II, его супругу и их детей в лике святых как страстотерпцев.
![]()
![]()
![]()
Ты тронул ветку, ветка зашумела.
Зеленый сон, как молодость, наивен.
Утешить человека может мелочь:
Шум листьев или летом светлый ливень,
Когда, омыт, оплакан и закапан,
Мир ясен — весь в одной повисшей капле,
Когда доносится горячий запах
Цветов, что прежде никогда не пахли.
…Я знаю все — годов проломы, бреши,
Крутых дорог бесчисленные петли.
Нет, человека нелегко утешить!
И все же я скажу про дождь, про ветви.
Мы победим. За нас вся свежесть мира,
Все жилы, все побеги, все подростки,
Все это небо синее — навырост,
Как мальчика веселая матроска,
За нас все звуки, все цвета, все формы,
И дети, что, смеясь, кидают мячик,
И птицы изумительное горло,
И слезы простодушные рыбачек
![]()
ВИЗИТНАЯ КАРТОЧКА
Эренбург Илья Григорьевич (1891 – 1967)

Русский писатель, поэт, публицист, журналист, военный корреспондент, переводчик с французского и испанского языков, общественный деятель, фотограф.
В 1908—1917 и 1921—1940 годах находился в эмиграции, с 1940 года жил в СССР.
![]()
![]()
![]()
«Никогда не спорь. Как только заметишь, что с тобою не согласны, сейчас же прекращай разговор... Не осуждай и не злись. Тогда хорошо и спокойно будет на душе. Тогда благодать Божия будет с тобою и поможет тебе отгонять все стрелы врага и сопротивника… Перед Богом-то легко смиряться, а перед людьми – трудно. Надо переносить оскорбления от людей… Главное – не осуждать. Корень всех плотских грехов – осуждение… Самое главное – кротость и смирение. Без них телесные подвиги – ничто… По существу, любовь и есть смирение, а смирение – любовь».

Архиепископ Серафим (в миру Николай Борисович Соболев; 1 декабря 1881, Рязань — 26 февраля 1950, София) — епископ Русской православной церкви. В 1920—1945 годы состоял в Русской православной церкви заграницей. В эмиграции стал идеологом русского православного монархизма, автор книги «Русская идеология».
В 1935 году дал детальную богословскую оценку «имябожнического» учения (имяславия) в своей работе против софиологии Владимира Соловьёва, Сергия Булгакова и Павла Флоренского[
![]()
|
Осень...
Чувствовать острей,
Любить и отдавать самозабвенней.
![]()
Осень...
холодный свет, текучий свет в окне, тончающее марево тумана, и клён порыжевевший в пелене, руками разводящий полупьяно, и охра, и рябиновый кармин, и сурик перемешанный с сангиной, расплёсканный по плечикам осин – всё Осень. Осень … нитью журавлиной простёгано небесное сукно над тихой полинялою стернёю … в холодный свет распахнуто окно, о с е н е н о кленовой пятернёю.
***
Особо пахнет день осенний – как сонный сад с увядшими цветами,
как парк, в котором царствует сквозняк, играющий сухими лоскутами листвы упавшей с вязов и берёз, как дождь, идущий день четвёртый кряду. Как горький-горький дым от папирос и терпкая дубовая прохлада янтарного густого коньяка в тюльпане не согретого бокала. Как сорванной антоновки щека и выдохи нагого краснотала.
Пахнет спокойствием и умиротворением, на душе лёгкое волнение и тоска.
Хочется гулять, наслаждаться уходящим теплом, что тает капля за каплей. Ни о чём не думать, забыв о всех проблемах и заботах, под звуки любимой музыки. Вдыхать этот, ни с чем не сравнимый, упоительный запах. Запах осени. |
Есть одиночество, которое ранит, а есть — которое лечит.....
|
Люблю ее за НЕОБЫЧНОСТЬ и НЕПОХОЖЕСТЬ....

ТОЛЬКО в ней есть такой калейдоскоп красок... сколько оттенков желтого, зеленого, коричневого и красного.... только осенью небо испещрено множеством перистых облаков - предвестников дождя.... они так красиво, воздушно создают причудливые узоры... и кажется, что это души листьев, которые улетели высоко, высоко и разговаривают с тобой на своем особенном языке...
ТОЛЬКО осенью можно вдохнуть особый, неповторимый, пряный запах листьев, которыми можно шуршать... особенно по утрам... когда их много и они устилают собой землю... хотят согреть ее от первых заморозков...
ТОЛЬКО осенью солнце ласково греет... но по-особенному... не так, как весной - когда впереди лето... и будет много тепла... осенью солнце насыщает нас теплом, чтобы в холодную зиму это тепло оставалось в душе и согревало нас... воспоминаниями о прекрасной золотой поре...
ТОЛЬКО осенью можно видеть летающие паутинки, которые как сказочные нити блестят на солнце... и маленькие смешные паучки летают на них... принося нам весть о том, что наступило бабье лето....
ТОЛЬКО осенью листья танцуют свой причудливый танец... плавно кружась и мягко падая на землю, когда ветра нет...... или в сумасшедшем ритме порывистого ветра пускаются в пляс, срываясь с веток и уносясь далеко-далеко...
Я люблю осень за ее МНОГОГРАННОСТЬ..
Она бывает ТЕПЛОЙ и ЛАСКОВОЙ... и тогда хочется бежать в парк, лес... шуршать листьями, рассматривать их красивые узоры... вдыхать их запах...
Она бывает с ПРОСЕДЬЮ... когда наступают первые морозы.... и иней покрывает все еще зеленую траву... а лужи затягиваются тоненькой пленочкой льда.... прозрачной и очень хрупкой... и под ней можно увидеть листочек, спрятавшийся от холода...
Осень бывает ДОЖДЛИВОЙ... когда идешь с зонтиком, слышишь стук капель и понимаешь, что с тобой разговаривает сама ОСЕНЬ... которая плачет о том, что пора уходить... до следующего года... она с тобой прощается... в такую погоду хорошо думается... и на улице... и дома под теплым пледом... в кресле... с чашечкой кофе и любимой книгой...
ОСЕНЬ... для меня это пора подведения итогов... пора мудрости... пора зрелости... Но осень - это не завершение, это - НАЧАЛО... это возможность спокойно подумать о том, что предстоит сделать... помечтать... она оставляет в душе след... дарит свое тепло, которое, как заряд бодрости, позволяет двигаться вперед...

Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ОСЕНЬ!
© Copyright: Ирина Макаренко, 2010
Свидетельство о публикации №210092000194
«Золотая осень, как ведьма, унесла с собой лето». Фёдор Тютчев.
![]()
"Листья падают, и осень приносит тишину". Михаил Лермонтов.
![]()
«Я люблю российскую осень. Что-то необыкновенно грустное, приветливое и красивое. Взял бы и улетел куда-нибудь вместе с журавлями». Антон Чехов.
![]()
«Осень — время, когда землю обнимает небо». Анна Ахматова
![]()
"Опавшие листья напоминают нам о том, что всё проходит, но красота мгновения вечна". Саша Чёрный.
![]()
![]()
![]()





Сентябрьский именинник
Тхоржевский Иван Иванович (19 сентября 1878, Ростов-на-Дону — 11 марта 1951, Париж) — высокопоставленный чиновник Российской империи, действительный статский советник, камергер, один из ближайших помощников С.Ю. Витте и П.А. Столыпина, банкир, видный политический активист Белого движения, управляющий делами Совета министров правительства Юга России П. Н. Врангеля. поэт и переводчик.

Вначале два стихотворения:
Я не хотел бы воротить былое,
Все пережить иначе, и смелей,
У старой скорби жало вынуть злое
И радость жизни чувствовать светлей.
Мне так ясна ошибок неизбежность,
Мне так понятны линии Судьбы!
Но далека от сердца безнадежность,
Я жажду вновь ликующей борьбы.
Теперь в тумане скудная окрестность,
Короче путь мой, солнце холодней…
Но сердце ждет. И эту неизвестность
Я не отдам за счастье прежних дней!
Однако наибольшую известность получило восьмистишие Тхоржевского — вольное подражание Гафизу:
Лёгкой жизни я просил у Бога:
Посмотри, как мрачно всё кругом.
Бог ответил: подожди немного,
Ты меня попросишь о другом.
Вот уже кончается дорога,
С каждым годом тоньше жизни нить —
Лёгкой жизни я просил у Бога,
Лёгкой смерти надо бы просить.
![]()
Дополнительные штрихи к биографии
Он был одним из ближайших помощников С.Ю. Витте и П.А. Столыпина. Участвовал в реализации столыпинских реформ. Служил помощником начальника переселенческого управления, а затем – управляющим канцелярией Министерства земледелия (с 1913). В 1914 г. под его редакцией вышел фундаментальный историко-статистический труд "Азиатская Россия". С 1916 г. в отставке. Был избран председателем совета акционеров Нидерландского банка, вошёл в правление Торгово-промышленного банка. Революцию 1917 г. не принял, уехал из России, обосновался в Париже (Франция), где вошёл в правление Русского Торгово-промышленного банка, был основателем, редактором и членом редколлегии журнала "Возрождение" (1948). И.И. Тхоржевский ушёл из жизни 11 марта 1951 года, похоронен на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем.

Переводил стихи Верлена, Пруста, Малларме, Корбьера, Леопарди и др. Известен его перевод рубаи Омара Хайяма, "Стихов философа" М. Гюйо. Является автором литературоведческих трудов "Новые поэты Франции" (1930) и "Русская литература" (т. 1-2, 1946). Публиковался в журналах: "Борьба за Россию", "Современные записки", "Союз дворян", и др., в газете "Русская мысль". Автор воспоминаний, изданных уже в наши дни: "Последний Петербург. Воспоминания камергера".
Пушкин
Александр Сергеевич
(1799 - 1837)
![]()
Цветы последние милей
Роскошных первенцев полей.
Они унылые мечтанья
Живее пробуждают в нас.
Так иногда разлуки час
Живее сладкого свиданья.
1825 год
![]()
![]()
![]()
Яшин
Александр Яковлевич
(1913 – 1968)
![]()
Когда все силы на исходе
И стылость осени в крови,
Ещё сильнее год от года
Потребность в жертвенной любви.
Чтоб кто-то ждал тебя весь вечер,
Осатаневшего от дел,
Клал руки ласково на плечи,
Отогревал, кормил, жалел.
И хоть уж ясно, что не можешь
Свершить, о чём всю жизнь мечтал,
Тебе с годами всё дороже
Слова признанья и похвал.
5 июня 1962 года
![]()
![]()
![]()

Совсем недавно, 14 сентября 2026 года исполнилось 90 лет поэту и эссеисту Александру Семёновичу Кушнеру, Он автор около пятидесяти книг стихов (в том числе для детей), ряда эссе и статей о классической и современной русской поэзии, собранных в семи книгах.
В молодые годы Кушнеру много внимания уделяла Лидия Яковлевна Гинзбург, которая отозвалась о его поэзии следующим образом: «Стихи Кушнера рассказывают о счастье жизни и неутихающей за него тревоге. В них осуществляется взаимосвязанность жизнеутверждающего и трагического».
![]()
И поэту высшая награда —
Если вы его стихи прочтёте.
![]()
Что касается Музы, то Муза
Городскою бывала и сельской,
И хватало ей такта и вкуса
Быть не глубокомысленно-веской,
А печальной, веселой и умной,
Может быть, иногда глуповатой,
Но не глупой, конечно, не шумной,
(Есть в ней что-то от парковых статуй).
Улыбающейся? – Ради бога!
Или плачущей, но не плаксивой,
Важной быть ей случалось и строгой,
Невозможно представить спесивой,
Я бы мог еще множество качеств
Перечислить ее, но не буду.
Не хочу, за спиной ее прячась,
Написать примечание к чуду.
![]()
Я был любим…
Е. Боратынский
Стихи переживут их автора — и чудно!
Им уготован рай на горестной земле.
И в них живёт душа, и к ней припасть нетрудно:
Вчера была в шкафу, сегодня — на столе.
Читай, не торопясь, читай их понемногу,
И Боратынский жив, хотя при жизни он
Не понят был, забыт, ютился где-то сбоку,
Но равновесьем сил таинственных спасён.
Прекрасные стихи пленительны и вечны
И миру придают согласие своё,
И, грустные, они воистину сердечны,
И дарят новый смысл, а с ним — и забытьё.
Когда их наизусть читаешь, можно сбиться
И слово заменить нечаянно своим,
Но тут же, устыдясь обмолвки, спохватиться:
Я был гоним, ах нет, не так: я был любим.
И напоследок цитата из его интервью: "Кроме того, скажу самое главное о себе — я пишу стихи. Что такое стихи? Фактически, это

Все чаще память изменяет,
Подводит.
Вот опять — пробел…
Но из нее не исчезает,
Что сам бы я забыть хотел,—
Такое, что душе не мило,
Чего нельзя себе простить,
Что, к сожаленью, в жизни было,
Хоть не должно бы вовсе быть.


Полжизни мы теряем из-за спешки.
Спеша, не замечаем мы подчас
Ни лужицы на шляпке сыроежки,
Ни боли в глубине любимых глаз…
И лишь, как говорится, на закате,
Средь суеты, в плену успеха, вдруг,
Тебя безжалостно за горло схватит
Холодными ручищами испуг:
Жил на бегу, за призраком в погоне,
В сетях забот и неотложных дел…
А может главное — и проворонил.
А может главное — и проглядел…