(Отрывок из статьи)
Ни в одной из скандинавских летописей (и не только скандинавских, вообще нигде, кроме наших летописей!) нет ни слова о призвании Рюрика и его братьев. Об этом событии нет даже намека ни в одной из скандинавских саг, а уж такое событие в них не осталось бы незамеченным. Между тем имена мифических братьев Рюрика появились, как мы видим, именно из-за неправильного перевода со скандинавского. Конечно, есть определенная вероятность того, что оригинальный скандинавский текст про призвание Рюрика мог быть утерян, утеряны и ссылки на это событие в других европейских, византийских и иных каких-либо документах (поверить в это, конечно, трудно). Но здесь все же иное: во второй половине IX века по целому ряду западноевропейских источников проходит некий Рорик Ютландский, которого сторонники норманнской теории идентифицируют с русским Рюриком.
Поэтому авторы летописных строк (только вот какого века?) использовали какие-то документы о деятельности на ЗАПАДЕ этого Рорика с родственниками и верной дружиной, а выбор на нем был остановлен неслучайно. Дело в том, что в русской истории дважды встречались князья с таким именем. Имя явно родовое, хотя бы потому, что один из этих Рюриков был крещен христианским именем Василий. Напомню по еще первой своей книге, что у князей был обычай иметь два имени: родовое и христианское. Первый из этих двух Рюриков был правнуком Ярослава Мудрого и родился в середине XI века. В честь кого он получил это имя? Это пока остается загадкой. Но как бы то ни было, древние «авторы» истории, встретив в зарубежных источниках имя Рорик — весьма близкое родовому княжескому имени Рюрик, решили этим воспользоваться. Случайно или нет, но Рорик оказался скандинавом. Может, благодаря вот этой случайности и объявили основателей первой русской династии скандинавами? Ни «Повесть временных лет», ни скандинавские саги, ни европейские и иные хроники не дают никаких достаточных оснований утверждать, что варяги в русских летописях — это скандинавы.
Чудь, словене, меря и кривичи выгоняют (явно не мирно) варягов, которые брали с них дань. В таком случае очень странно, что вскоре они же вновь призывают своих врагов — варягов на княжение.
Еще два важных вопроса. Почему в летописи при правке истории было допущено такое бросающееся в глаза противоречие? Каким образом смогли договориться чудь, словене, кривичи и весь, жившие на обширных территориях, по столь наиважному вопросу? В коммунальной квартире порой не могут сговориться по бытовым проблемам, а здесь такой сложный вопрос. А тем временем это явное противоречие дало возможность некоторым традиционным историкам объявить о существовании некой межплеменной конфедерации, что не лезет уже ни в какие рамки.
Некоторые историки все же считают, что позднейшие редакторы летописей включили легенду о призвании варягов вместо какого-то другого исконного текста. Почему-то даже называют автора этой вставки — безымянного летописца князя Мстислава — сына Владимира Мономаха. Но все-таки, почему был допущен такой явный промах? Можно только догадываться, что в первоначальном варианте в районе Новгорода (еще вопрос: где был этот Новгород?) было какое-то столкновение между местными жителями и какими-то пришельцами.
Согласно летописи варяги пришли со стороны Балтийского моря в 862 году, и уже вскоре Рюрик и его братья княжили на значительной территории Руси. Как они смогли за кратчайший срок овладеть такой большой территорией, утвердиться на ней и обложить всех жителей данью, тем более что дорог как таковых не было, как, впрочем, и карт? Уверен, что ни один из историков не сможет дать аргументированный ответ на этот простой вопрос.
Согласно «Повести…» Рюрик был призван на Русь в 862 году, уже после этого его люди Аскольд и Дир, закрепившись в Киеве, совершили поход на греков. А между тем, по византийским источникам, этот поход состоялся в 860 году. Не мог в таком случае Рюрик прибыть на Русь после этого похода.
Читать далее...
