[482x600]
[463x600]
[400x600]

Так и хочется запросить себе переводчика, но боюсь, в этих краях переводчика с «одесского» не сыскать.·
[498x284]
Там, где вода, и в небе вспышки ломаных стрел, я руки протягивал вверх, я брал молнии в горсть…

Я писал уже о городе Тоди тут. Люблю его давно и, думаю, взаимно, поскольку всегда привожу оттуда замечательные фотографии! Это была закатная съемка прошлогоднего фототура в Умбрию, и ничто не предвещало грозы! Был очень интересный закат, стены города подсвечивались теплым светом заходящего солнца, мы в очень спокойном режиме снимали, как уже в первых сумерках тучи стали быстро сгущаться, дождь прорывался вдали на горизонте, пачкая послезакатную хьюшечку (кто не в курсе, так мы именуем тонированное небо, которое возникает через короткое время после того, как солнце скрывается за краем Земли). А когда тон ушел, начали бить молнии! лучшую фотографию в этот вечер снял Саша Гуткин и выиграл с этим кадром Challenge of Challenges 2013 от DPReview, с чем его еще раз поздравляю!
А я терпеть не могу ширики, но готов признать, что в этом случае выбор был оправданный. Я снял более узко, кадр вроде и неплохой, но гуткинский точно поинтереснее!
Совсем маленький рассказ. Для написания его понадобилась мировая война, а для опубликования — крушение империи.
Евгений Агранович
Рассказ
Перед войной заметного антисемитизма в публике не было. Царский уже осыпался, а сталинский ещё не созрел. Вопрос не обсуждался. В ближайшей компании друзей, ежедневных и неразливных, я понятия не имел, кто еврей, кто нет. Так и на фронте, в штабах, офицерских кругах и требующих грамоты службах и духу расистского не было. Однако вирус не сдох, а затаился.
В бесписьменных и матоязычных недрах пехоты об "явреях" знали по старой наслышке, что — змей-народ. А спроси солдат как-нибудь на перекуре, сами-то они сталкивались с евреями дома, в деревне? Нет, — но знают: все говорят.
— А в роте евреи есть?
— Гришка-то? — Как по команде землистые окопные портреты омываются улыбкой.
— Шуруп, заводила.
— На чём хошь сыграет.
— И пленного допросит. Через пень-колоду, а договорится.
— А как старшину изображает! Обхохочешься.
Но это свой — кто Гришку не знает! А там евреи — все они у-у какие! Своему, значит, глазу меньше доверяете. А с единственным знакомым евреем вы не за пивом стоите, не в домино играете, а дымитесь на передовой, в такой войне! Где ещё человек так раскрывается? И по сей час вы, как Сталин над глобусом, пользуетесь глобальными установками и выводите в нижний разряд гамузом целые народы: армяне — хитрые, узбеки — трусливые, евреи — не воевали... Не попадалась вам на глаза статистика — процент убитых, награждённых?
|
Первоклассники, выжившие в 2004-м, в этом году окончили школу.
Лев Толстой рассказывает историю своим внукам, 1909
[700x525]
[469x700]
[700x525]
[560x700]
[604x398]
[604x433]
[604x450]
[511x549]
[604x400]
[500x321]
Бодиарт флуоресцентными красками.
Фотограф и художник Джон Попплтон специализируется на создании фантастических произведений искусства на теле человека. В его серии «Black Light Bodyscapes» сочетается красота женских форм с великолепием мира природы. Для работы Джон использует флуоресцентные краски, что создает невероятный эффект в темноте.
|
Мужчина может поклясться в чем угодно, положа руку на сердце женщины.
***
Оператор бетономешалки Сидоров поскользнулся и ушел с головой в работу.
***
Гостеприимный сторож заряжает ружье солью и хлебом.
***
Когда девушка в Индии согласна, красная точка на лбу становится зеленой.
***
В российских электричках станции объявляют на том же языке, на котором пишут врачи.