В далёкие студенческие годы меня поразила история немецкого романтика Генриха Клейста, который в возрасте Христа покончил с собой. С романтиками такое случалось. Но уж очень необычен был его способ ухода. Договорившись с недавней знакомой, неизлечимо больной женщиной, желавшей расстаться с жизнью, о совместном самоубийстве, Клейст нанял экипаж, который привёз их к берегам озера Ваннзее. Здесь он застрелил свою спутницу, а затем себя. Тут их и похоронили. Могила сохранилась.
Эта печальная история не повредила репутации Ваннзее, которое находится на полпути между Берлином и Потсдамом. На рубеже ХIХ-ХХ ввеков озеро стало излюбленных местом отдыха берлинской творческой элиты и весьма состоятельных граждан из финансово-промышленных кругов. Вокруг него, под сенью стройных сосен и вековых деревьев, выросли прекрасные особняки и виллы.
Уже будучи в Германии, вновь наткнулась я на это подзабытое название – Ваннзее. Оказалось, что именно здесь и проходило закрытое совещание нацистской верхушки по поводу «окончательного решения» еврейского вопроса. Стало известно время заседания – январь 1942-го. Довольно долго документы этого секретного совещания не могли обнаружить. А ведь для историка главное доказательство – документ. Отсутствие документов о планировании Холокоста очень воодушевляло тех «исследователей», кто в последние десятилетия утверждал, что и Холокоста-то никакого не было, его придумали евреи.
Далеко не все в Германии сегодня знают, что документы этого секретного совещания в Ваннзее всё же были найдены. Осенью 2004-го мне довелось побывать в музее, который несколько лет назад открылся на вилле, построенной на берегу озера в 1914-15 гг. архитектором Паулем Баумгартеном, где принималось это чудовищное преступное решение.
Так и видишь, как подъезжали в чёрных лимузинах к двухэтажному особняку за кованой оградой нацистские бонзы, как вскидывались руки офицеров охраны в приветствии, как входили они в холл, освещённый хрустальными светильниками, бесшумно ступая по мягким коврам, подходили к двери, ведущей в овальный зал, заканчивавшийся полукруглым эркером, и скрывались за нею. Собиралась «арийская элита», вершители судеб.
Со стены зала смотрят фотопортреты всех шестнадцати участников совещания, лица их не отмечены печатью интеллекта, хотя девять из них имеют учёную степень. Тщетно ищу в них злодейские черты: заурядные чиновничьи физиономии. Даже нордический характер не просматривается. Вот я и стою перед стендом с их портретами – почитай, перед иконостасом сатаны, а вдоль стен сидят немецкие старшеклассники, их привезли сюда на экскурсию. Посещение музея входит в программу школьного воспитания в современной Германии. В молчании слушают они молодого экскурсовода.
Возможно, подросткам известно, что с 15 сентября 1935 года в Германии действовал закон об имперском гражданстве. В нём недвусмысленно говорилось: «Гражданином государства может быть только тот, в чьих жилах течёт немецкая кровь. Поэтому евреи не могут принадлежать к немецкому народу». Одновременно был издан «Закон об охране немецкой крови и немецкой чести». Первый параграф закона запрещал браки между евреями и германскими подданными немецкой и немецкородственной крови. В параграфе пятом значилось: «Нарушающий запрет, изложенный в §1, наказывается каторгой». Быть может, сидящих в зале школьников все эти параграфы нисколько не волнуют, хотя, кто поручится, что их бабушки и дедушки могли без всякого труда заполнить анкеты, доказывающее их стопроцентное арийство. У желающих вступить в брак в годы нацизма предки подробно исследовались, начиная с 1800 года. Что касается меня, то я была полукровкой (Mischling), моего отца ждала каторга, а мне было уготовано место в лагере уничтожения по списку № 2 . В списке № 1 значились «полные» евреи.
Вместо овального стола, за которым заседали преступники, ныне в центре зала помещены стеклянные витрины, в которых демонстрируются копии документов, случайно обнаруженных в архиве Министерства иностранных дел. Это письмо-приглашение к участию в совещании 20.01.42 г. на имя министерского госсекретаря Мартина Лютера (такое вот знаменательное совпадение!), оно начинается с обращения: Lieber Parteigenosse Luther! На первой странице – гриф шефа службы безопасности и пометка – «Лично». А далее следует 15 страниц проекта людоедского постановления, обрекающего на смерть всех европейских евреев (свыше 11 миллионов).
В зале три высоких окна, и в простенке – большой планшет, на котором план «окончательного решения» (его полное название – план уничтожения европейских евреев) представлен в виде диаграммы с цифрами. Данные подготовлены А.Эйхманом. С немецкой педантичностью перечислен «объём работ». Приведу часть этого перечня, в котором 35 позиций:
Рейх – 131 800.
Генеральное губернаторство (бывшая Польша – Г.И) – 2 284 000.
Украина – 3 000 000.
Белосток – 400 0000.
Протекторат Чехия и Моравии – 74 000.
Эстония – свободна от евреев.
Латвия – 3500.
Литва – 34 000.
Франция – 700 000 (не
Читать далее...
