Если б мои чувStва вырвались наружу -
ЧеловечеStво пропало в огне меStи.
От него не спрячешься
даже в зимней Stуже, Боль не притупить
бальzамом сладkой леStи.
Наttе..
Господи, ну зачем ты сделал нас такими разными,
Зачем раскроил по нутру жестокими фразами Из одного простуженного и одного прокуренного,
В тугом воротнике и под газовым шарфом изнУренного,
Вместе не сливающихся горл?
А голова все ниже клонится к его плечу,
Вот и шепнуть бы, с мольбой, как палачу:
"Ты же ужасно простужен... Давай провожу к врачу..."
А он тихо так: "Спасибо Вам, не хочу..."
И в одну из своих ста двадцати нор.
Господи, зачем ты создал нас такими несхожими,
Ведь больше и то похожи случайные прохожие.
Дал ему голубые прохладные, мне шоколада темней
В ободке ресниц черных даже в пыли московских дней?
Это хоть у нас обоих зато.
"Что ты делал в своем городке прошлым летом?"
И скулы наливаются каким-то тяжелым алым цветом,
Пока он намеренно, колковато, медлит с ответом...
Кто б сомневался. Он тоже немного с приветом.
Смущаюсь, прячу нос в воротник пальто.
Господи, зачем ты сотворил нас такими полярными,
С показателями датчиков шальными, шкалярными:
Но у меня в вечный минус, у него в ироничный плюс
Под раскрученный поп, а мне - под стареющий блюз?
Господи, неужели среди сотен миллионов людей,
Взращенных по-разному буквально с младых ногтей,
Мне прописан по рецепту именно этот мальчик-грамотей,
Горячий от лба до крепких мужских локтей,
Одержимый тучею серьезных/бредовых идей,
Острый на язык, хлесткий, как тысяча плетей?...
И когда он просто говорит, что не любит метро,
От его интонаций прожигает сорокоградусной нутро,
И сердце бьется надрывно, стрелой царапая о ребро,
И любой его вздох на коже выжигает больное тавро....
Господи, ну зачем ты подстроил тогда нашу встречу...
Ведь я ненормальна так: даже отработать этот дар нечем...
На чужом несчастье не построить счастье:
На руинах храма не посеешь хлеб...
Но душа над плотью не имеет власти,
В неразумном теле разум глух и слеп!
Кто-то ищет счастье в узах сладострастья:
Рук и ног скрещенья - лучше всяких благ?
Но сгорают свечи, - капнув чёрной мастью
На скрещенья судеб и - распался брак...
От чужого счастья подбирать запчасти, -
Непростое дело, а возможно - грех...
Лучше бы подумать о душе - балласте:
Жалко улетевших в пропасть неумех...
На чужом несчастье не замесишь счастье:
Твой пирог к обеду, кто-то раньше съел?
Но зато у жизни в кровожадной пасти, -
Если зло не сеял, - не пожнёшь плевел!
Кто готовит снасти на чужое счастье, -
Неизвестно - будет, счастлив или нет?
А чужое горе вцепится в запястье
И затянет в омут, в суету - сует...
... просто я хотела, чтобы ты согрел мою руку в своих ладонях...но ты оттолкнул меня...Очень нежно, почти не заметно... оттолкнул...Ты спасал себя... спасал меня...Но было больно... Зачем себя обманывать , что боль утихла? ...зачем себя обманывать? Мир рухнул и разлетелся на миллион осколков... теперь я думаю стоит ли собирать эти осколки...
Правда.....это правда..... было время когда я просто увлеклась.....Прошло? Не знаю. Но ,что-то изменилось....Так случается...смотришь на ситуацию спокойно , здраво , трезво..... Не хочется ломать крыльев.... оно того не стоит.На смену фантазиям приходит то,что называют РАЗОЧАРОВАНИЕМ.
[476x700]
Я все мониторы выключу,
закрою раны на время,
на страх и на риск, на ключи.
Прошу только, не молчи, а!
Стихи же...они невысказанные
по ночам ядовитыми мыслями...
алкоголем, из крыш небом чистым,
облаков и звезд в лицо брызгами...
Прошу только, не молчи!
Черкни мне стихами о личном
на белый лист будто сызнова...
без тебя они только соль
и крик рифмами
...без тебя они, понимаешь, ничьи.
НАБРОСОК ОБРАЗА ИДЕАЛЬНОЙ ЖЕНЩИНЫ.
Глаза – конечно, зеленые…Волосы…. Хочешь, рыжие?
По уши в тебя влюбленная, и потому – бесстыжая.
Ростом - чуть ниже среднего, стройная, гибкая, страстная…
То дерзкая, то очень нежная и для души опасная.
Готовит - оближешь пальчики, и свои и ее, при случае.
Для нее все мужчины – мальчики, то воспитывает, то мучает.
То целует, то насмехается – все зависит от настроения.
Вроде любит, а может – дразнится? В день сто раз ты меняешь мнение…
Воспитана и обаятельна, если в гости – так королевою,
вот подобран имидж старательно, да и роль далеко не первая…
Иногда, от скуки , наверное, поиграет чужими нервами…
Вот в такую легко ты…, верно ведь? Но, таких называют стервами.
Она такая другая.
[438x180]
Поговори со мной… Мы так давно молчали…
Я милости не жду от вечности немой –
Так долог до тебя путь скорби и печали…
Так пожалей меня! Поговори со мной!
Поговори со мной… Пусть на изломе сердце
Так колет под ребром, что силы нет терпеть,..
А памяти моей стремительное скерцо
Не даст забыть того, чем суждено болеть.
Как четки перебрав жизнь бусинами-днями,
Пред светлый лик Его придет черед предстать…
За финишной прямой, расчерченной дождями,
У бездны на краю меня ты будешь ждать.
Поговори со мной… Ты слышишь? Я скучаю!
И душу за двоих я отдаю весне…
До дрожи стиснув боль, молитвой повторяю:
«Поговори со мной!.. Поговори… Во сне…»
Ну вот .... кажется я прихожу в себя..... слабо еще но я наконец то реально оцениваю ситуацию.
Мы играем во взрослые игры. Ненавидим, смеемся, плачем. В зоопарке, где в клетках тигры, Мы испытываем вдруг удачу. Мы считаем чужие ошибки, Собираем пустые слухи. Мы раздариваем улыбки, И в слона превращаем муху.Мы умеем скрывать обиду, Водку пить, запивая пивом. Никогда не покажем виду, Что почти на исходе силы. Мынаходим себе любимых, Создавая иллюзии счастья. Достигаеммы целей мнимых, Упиваемся своею властью. Шлем мы"мылом" стихи чужие И подписываем собою. Мы же дети, но только большие, Оттого и живем мечтою. Мы желаем казаться лучше. И придумываем себе роли. Прячем чувства свои поглубже, Чтоб никто не увидел боли... Мы бываем порой жестоки: Не волнуют чужие слезы. Мы красивые пишем строки Про волшебные чьи-то грезы. Мы умеем любя ненавидеть, Мы умеем в глаза смеяться И ошибки свои не видеть, Потому что нет сил в них признаться
А знаете вы, что такое
Женское одиночество?
Когда в одеяле двое,
Но прижиматься не хочется…
Любимая книга закрыта
Вторую неделю, кажется…
И новое платье забыто,
А тушь по щекам размажется…
И если в работе по горло
С утра и до поздней ночи…
А глупых, пустых ухажеров
И тело уже не хочет…
Когда с телефоном в обнимку
Не спишь, только чутко дремлешь…
Кокетство вдруг стало ужимкой
Он сказал : " Возвращайся в свой мир...там у тебя тихо, тепло и уютно..." Он с силой, двумя рукам от толкнул меня и захлопнул дверь. Я стояла в недоумении ... почему? за что?... хотя умом все понимала, а сердце протестовало до боли , до слез. Да мой мир... вязкий как кисель, теплый так, что можно в нем задохнуться, тихий -- даже оглохнуть можно от такой тишины...Всегда все хорошо... да же когда все так не выносимо...Я стою перед захлопнутой дверью... Да , я уйду... Это случится незаметно... Только проблема вся в том , что ты будешь вспоминать об о мне.... в самый неподходящий момент. Ты будешь искать меня в толпе людей ... среди услышаных фраз ... Кому как не тебе знать , что из песни слов не выбросишь... Я жалею лишь об одном... что все произошло именно так...Вот так... как то так... слишком предсказуемо... банально.
- Я никогда не пила абсент...
Быстрый лукавый взгляд. В глазах любопытство девчонки и оценивающий, чуть циничный "блиц" женщины, которая знает, что этот мужчина сегодня останется с ней...
Два гранёных стаканчика с зелёной, цвета старого изумруда чуть мутноватой жидкостью. Рябые от жара, в разводах выгоревшей хромировки сетчатые ложечки. Лежащие на белоснежных салфетках, они похожи на старые хирургические скальпели прошедшие через сотню автоклавов и разложенные перед операцией.
Ловкие руки официанта с чёрной "испаньёлкой" пирата и глазами напёрсточника - он любит готовить абсент...
- Моя дочь всё время говорит про абсент...
Я молча улыбаюсь.
...Молча, что бы не спугнуть твою смелость. Неловкое слово и ты спрячешься за осторожность. А абсент и осторожность не сомещаются...
Коричневый тросниковый сахар в ложечке на мгновение ныряет в стаканчик. Резко пахнет анисом. Но не пряным ленивым анисом арабской "араки" или болгарской "ракии", а горьким, едким анисом - так пахнет раздавленный каблуком стебель. Обиженно, растерянно, прощально.
Короткий хруп кресала зажигалки и над столом ярко вспыхивает сине-фиолетовый язык огня. И он тут же начинает танцевать подпитываясь всё новыми парами из глубины стаканчика.
Чёрная испанская бородка официанта у плеча. Торжествующий взгляд драг-диллера:
- Кто будет первый?
Конечно я! Я поведу тебя за собой. Смотри, всё очень просто...
В синем огне безумие средневековья, танец ведьм на вершине Броккена и пляски святого Витта. Сахар чернеет как отмирающая на трупе плоть и падает в зелёную бездну взрываясь всполохами пламени и утробным клокотанием. В нём безумное бормотание ВанГога и горячий шёпот Римбо.
В твоих глазах почти испуг. Пламя взлетает высоко над столом. Выше всякого "приличия" коктейлей. Но это абсент, малыш! Ему плевать на преличия. Он само неприличие!
Сахар почти весь на дне. Тёмно-коричневые жемчужины, осыпавшиеся с разорвавшихся бус в болотную зелёную муть.
Большой винный бокал, подхваченный умелой рукой пару мгновений ловит сполохи огня, втягивая в свою пустоту спиртовые пары и наконец плотно накрывает стаканчик, удушая пламя, как петля глотку повешенного.
Напёрсточник опытной рукой приоткрывает стаканчик.
- Прошу!
...Абсент не пьют, не смакуют, не раскатывают по языку - абсент втягивают, с силой высасывают как сырое яйцо из скорлупы и мгновенно отправляют в глотку, а за тем без вдоха второй соломинкой ныряют под обрез перевёрнутого вверх ножкой бокала и делают тот самый, неповторимый абсентовый вдох...
...Главное что бы ты ничего не поняла раньше времени, не догадалась, не испугалась, не остановилась на краю...
Всё!
Я натянуто улыбаюсь и пытаюсь вдохнуть. Ледяной воздух вкатывается в лёгкие, заталкивая пары абсента на самое их дно и в голове раскрывается громадный бутон орхидеи, затапливая мозги невообразимым светом и ароматом...
Теперь твоя очередь, моя нежность...
Поздно бояться и останавливаться. Я знаю тебя. Теперь ты пойдёшь за мной...
Угасло пламя ты неумело втягиваешь абсент. Твои глаза расширяются так же как в то мгновение когда я...
...Но ты ещё ничего не поняла...
А теперь вдох! Трубочка скользит под бокал.
А вы умели ждать? до последнего, до слез…
Умели ли вы так ждать?
Могли зачеркивать числа в календаре красным маркером, те дни, которые вы так искренне ждали?
Могли считать время глотками горького кофе и простудами? Километрами, городами, лицами, объятиями, ночами…
Вы научились лгать себе? Лгать так, чтобы верить, чтобы мозг блокировал все явные факты и слепо видел лишь одно, то,что придумали себе вы...
Вы посчитали сколько капель слез входит в одну чайную ложку?
а.. ещё..
Вы когда- нибудь жили со своей душой в разных городах? зная лишь одно - она в надежных руках…
она дышит...это же главное.