1 сентября , школа. Прихожу я первый раз в свой 9а класс. Ребята меня окружили, Колька Бартыня успел всем рассказать, Что, я, Мишка Кобзарь, что приехал из Ростова на дону, что батя мой электромеханик на драге. Все ребята, встретили меня во свойски. Тут и Витька Никольский, и Валерка Смирнов, и Вовка Новиков. Но, я то новенький, поэтому все внимание на меня. Особенно у девчонок.
Стреляют в меня глазами, оценивая. Как же, новенький, да еще выше ста восмидесяти сантиметров ростом. Они тоже собрались в классе и обсуждают. Это ж событие, когда новенький. Почему то в то время, школа для нас была рутиной. Предметы преподавались по обязательной программе, И думающим и много читающим ученикам на уроках было просто скучно. Мы остро чувствовали, кто ведет уроки с самоотдачей, а кто просто что бы отбыть время. У каждого, по характеру и складу наверное был свой учитель. Я страшно люблю читать, и конечно, с учительницей литературы –с Татьяной Алексеевной, у меня, отношния сложились добрые. Она мне давала темы, я готовил доклады. Никогда не забуду, как она дала мне тему о жизни и детстве Николая Некрасова. Я зачитывался и переживал, все там происходившие события до слез. Как же такой великий человек, а ходил по столовым, и укрывшись газетой, ел хлеб, который лежал там для всех бесплатно. А писал как, все было в картинах перед глазами.
Легко так , как ручеек. И пошли они ветром гонимые, говоря-хрони его Бог.Почему ему не было удачи?
Наверно правильно сказал Великий Пушкин, что всех великих настигает рок. Тебя злой рок настигнет непременно, То – суд толпы, и смех глупца надменный.
Так же хорошо отпечаталась в моей памяти наша англичанка Майя Марковна, она была простым легким для учеников педагогом. С ней можно было говорить на любые темы. Ее муж работал раньше на Байконуре. А когда случилась беда с космонавтом Комаровым. Всех свидетелей бысто быстро разогнали в отдаленные места. Ходили слухи, что Комаров, знал наперед, что парашютная система была не доработана. И когда все произошло по им предвиденному сценарию то напоследок перед смертью он всех его пославших на смерть. Обложил трехэтажным матом , по русски. Майя Марковна, уже после школы,где бы мы не встречались, всегда была замечательным человеком. Как то однажды в аэропорту, она дала мне 50 рублей, мне аккурат не хватало долететь до Алискерова. Мы летели тогда с Нинкой Барановой из Ленинграда, купив за 183 рубля на двоих билет. Учащиеся тогда пользовались 50% скидкой на проезд. А у нас с ней вместе было всего 210 р. И отважились же. Все таки 9000 км. А если? Но никаких если. Какие взвешивания могли быть в 15 мальчишеских лет. Тут новый год на носу.
Все отношения на севере, всегда выглядели иначе. Люди там были шире, окружающая среда была жестче поэтому взаимность важное качество северянина.
С первых школьных дней, мне надо было зарекомендовать себя. Пацаны хотели проверить меня на прочность. Подходит ко мне на перемене Вовка Дзюба, и просто так мне говорит, здорово Мишка, Меня Вовкой зовут. Говорят ты нормальный пацан. Я спрашиваю, в каком смысле? А Вовка окно открывает, и спрашивает меня, ну вот например, сможешь отсюда прыгнуть. Высота школьного окна была уровня третьего этажа. Смогу, говорю. А сам еще не прыгал с такой высоты в жизни. Что из этого получится, один Бог знает. Уселся на подоконник что б ниже было свесил ноги, и была не была-прыгнул. Приземление было на удивление удачным. Ноги были целы, позвоночник тоже. Я даже не упал. Посмотрел вверх, Вовка восхищенно смотрел, показывая мне большой палец Класс говорит, я тем временем побежал в школу. Забегаю на второй этаж, а Вовка сидит на окне и что б я видел как сиганет.
И тут подходит ко мне высокий,на пол головы выше чем я , рыжий такой с
Дома мне не сиделось, та энергия, которая бурлила во мне с детства, продолжала бить из меня ключом. Причем я не искал для себя приключений, они сами находили меня. Вся моя жизнь имела свой колорит в цветном изображении. Или я все ярче видел, или так отпечатывалось происходящее в моей голове. Не знаю. Я еще в младших классах, видел как листики на деревьях распускаются, как скворцы себе гнезда на нашем тополе во дворе. А люди порой , в погоне за жизнью бегут, бегут, и пробегают мимо себя. Оглядываются назад, а жизни то не было. Один серый туман. Вспомнить и то нечего. Для чего тогда таким вот нужна жизнь? Что бы по ней бегать как муравейке делать что то , непонятно что, потом ждать смерти боясь ее .Жизнь- она же прекрасна!
Я вот, выйду на околицу, сяду в ярок и начинаю наблюдать. То трясогузка деловито ходит, ищет себе пропитание, То безобидная еврашка высунет из норы свою мордочку, вылезет станет столбиком и давай чвирикать. Видно как она радуется теплому солнышку, совершенно доверчиво посматривая на меня. Как бы говоря, Ты же не сделаешь мне ничего плохого, правда? Глаза у нее черные, мордочка деловая такая., сама толстая еды тут для не вдоволь. Снует себе между кочками, Жизнь—красота. Я все это происходящее вижу и мне так нравится во всем этом созвучии жить. Вариться в этом нетронутом мире и быть частью его. Тогда были замечательные годы начала 70. Уж потом я напишу такие стихи.
Я не умею жить среди людей,
Я ухожу от них к природе,
Она милей мне , чище и добрей,
Хоть жить среди людей сегодня в моде.
А пока я наслаждаюсь воздухом, солнцем. Чистотой и нетронутостью всего меня окружающего. И только теперь до меня доходит, почему Васька, с которым мы ходили на Эбундак, не мог стрелять в живое, он тут родился, вырос. И был частью этой нетронутой природы. Тут жизнь была настоящая, деньги давала земля, имею ввиду золото, продуктов всяких, каких хочешь навалом. Ум человека не был в постоянном стрессе , где бы, как бы что то предпринять, что бы прокормить себя. И жизнь –изобиловала. Шла благостно, и в наполненном этом счастливом моменте хотелось жить. Сразу вспоминаю Михаила Пришвина. Все ,что он писал – наполнено каким то счастливым жизненным соком, пронизанным сияньем солнца и счастья.
День бежал во времени подгоняя облака. Они как овцы паслись на голубом небе. Сидеть в яру и ничего не делать, мне быстро надоело. Я поднялся с кочки и потихоньку стал приближаться к своему дому. С другой стороны его, слышалось звучание пилы, и стук молотка. Это сосед Гришка Нырка, что то мастерил. Я подошел.
А сосед, говорит Гришка, привет. Что ты тут мастеришь, спрашиваю. Да видишь, думаю тут беседку
А тундра, начиналась, сразу за десятком домов , улица Полевая кончалась Нормальным деревянным мостом, через Маингу . За Мостом Открывалась моему взору Терра Инкогнита. Тут и северные суслики – Еврашки,
И большие черные степные орлы и много всего необычного, такого,чего нет в городе, И не встретишь, всюду. Поэтому колорит тут был красочный, пахнущий неведомой опасностью, приключениями и порохом.
Я шел и на все пялил глаза. Все события в подробностях отлагались в моей памяти. Васька тогда не курил, а я как же , Ведь 15 лет, иду.несу ружье ине закурю, большой же уже. Вытаскиваю из кармана ленинградский беломорканал и прикуриваю. Васька скорчил не одобряющую гримасу. Потом сплюнул. Тьфу, говорит гадость. Уж, гадость говорю, все курят, а ты-гадость.Да где там гадость, мы же уже большие. Васька не разделял моего все дозволенного оптимистического настроения . Вот еще, говорил он, буду я небо коптить.
Нет.Не буду, достаточно того, что отец дома курит. Он сплюнул, потом говорит,уж лучше водки выпить.
Я еще не понимал, ну для чего, людям водка, а что без нее нельзя? Так и осталась во мне это утверждающее мнение. Я и без водки могу по стенам походить. Мне своей прыти хватает. Сразу вспоминается Высоцкий:
А водку пьют из уважения хоть на троих, но на свои. Я уже по прошествию лет сделал однозначное заключение. Все- только по желанию и в разумных пределах. Т.Е. Знать с кем когда и сколько пить вино,
При соблюдении всех этих оговорок, пить признак мудрости, а не порок совсем. Омар. Хайям.
Между тем идем мы с Васькой, а он орет во все горло, Миш, Миш, смотри , тут только пол метра тундры, чуть торфа, и остальное вечная мерзлота. Я не понимал, как это в е ч н а я мерзлота? Ну не тает, говорит Василь. Если тебя закопать, то через 1000 лет откапают как мамонта, и будут делать экспериментальные исследования, может возьмут о оживят. Вот хохма будет . представляешь очнулся ты, а вокруг все другое, и в море уже плавучие острова, и на них люди живут, и в космосе тоже, и пришельцы с нами начали производить симбиоз детей, они + мы. И жить теперь можно по желанию сколько хочешь. И по другим планетам попутешествовать. А там представляешь, и флора, и фауна, все другое. Болезни уже все вывели, никаких эпидемий нет. Все экологически чисто. И дети в пробирках рождаются. Глупый, говорю, а как же трахаться? Говорят же это та к о й кайф, что за уши не оттянешь. Ты пробовал, спрашиваю я, не говорит Васька, я к бабам отношусь равнодушно., а ты пробовал? Спрашивает он меня, угу, говорю. Пробовал, свою одноклассницу. Ну и что, Васька с заинтересованностью посмотрел на меня. А, говорю я еще так ничего и не понял. Ей целый час больно только было. И никакого удовольствия. И что взрослые в этом находят. Что находят, передразнил меня Васька, детей находят. А что ты думаешь тебя аист твоим предкам принес?
И тут я вспомнил, что мама, мне когда то на подобный вопрос, ответила, что нашли меня в капусте.
Ну нет ,конечно же не аист, Это им надо было нам глаза замазывать. Мы переходили вброд ту самую речку, из которой я выскочил как ошпаренный от рыка медведя. Васька, говорю я шепотом, меня тут
Поход с Васькой Поповым на Эбундак, получился ,как то сам собой. Я дома все патроны уж на медведя зарядил, Мне все не давала покоя мысль, что я так сильно испугался и бежал как будто от смерти.
Хотя, можно так и сказать, шуток со зверем находящимся на воле никаких быть не может. Человек ни в коей мере не может рассчитывать на то что зверь может иметь в голове мысли. У человека такое мнение ошибочно.
Независимо, по отношению к кошке, собаке, или другому какому зверю. Сколько я видел людей, которые не давали себе отчета, в то м что произойдет , наклоняясь к собаке больше допустимого, пересекая допустимые границы биополя. Последствия- однозначные: укусы в лицо, шею, плечи. Даже коты, видел своими собственными глазами, кусали своих хозяев, за нос, губы, прокусывая тело достаточно сильно. Потом приходилось делать и антибактериальную, и сывороточную терапию. Ко всему коты на когтях носят очень часто хламидию, вирус гепатита и другие передающиеся нам болезни. А что там говорить о зверях, живущих на воле. Встречи такого рода ,непредсказуемы, и небезопасны. За мою 15 летнюю жизнь на севере, было немало смертей, спровоцированных самими северянами. Северное лето подходило к концу, сиденье дома меня страшно нудило. Тут же вокруг столько интересного. Стоит только за околицу выйти, и,.. можно увидеть, как песцы лазают по сваленным в кучу отходам. Ну где еще можно увидеть шастающих по огороду белых песцов,
Которые ковыряются в отходах, выискивая себе пропитание. Кому то начинаешь об этом рассказывать, смотрят с недоверием. А не врешь ли ты. А зачем мне кого то обманывать, если колорит севера, до такой степени красочный, что и без приукрашивания тогда я 15 летний, терял от удивления дар речи. Мне видевшему все это, своими собственными глазами, глазам не верилось, а что говорить о тех кому я рассказывал? Лица их часто были наполнены подозрением, а не прибрёхиваю я. Нет все это было и все о ком я тут пишу , были и есть в реальной жизни. Ну., пошел я к Ваське, и говорю ему идем на охоту, или на рыбалку, словом ,идем на Эбундак.
Идем говорит мне Васька, Миш, только я ж не охотник, мне всегда было жалко убивать кого то. Вот рыбу ловить, это да , а я даже в куропатку стрелять не буду. При виде крови меня тошнит, говорит мне Васька.
У тебя то ружье есть? Спрашиваю я его. Есть у отца, и карабин есть, и бинокль цейсовский 12 кратный.
Васька полез на чердак и притянул оттуда потертый , но обалденно приближающий немецкий бинокль.
Ух ты, завистливо говорю я глядя в него. ВЕШЬ! Да зачем тебе бинокль, спрашивает меня Васька.
Таскать лишний груз только. Я вот только кораблики возьму, перекусить чего нибуль и айда. Кораблики какие то. Что это еще такое спрашиваю, ДА рыбу же ловить, ты что с луны упал, говорит мне Василь. Ты что хариуса никогда не ловил? Да были мы с Витькой киномехаником Он ловил, но у него удочка была, говорю я. Не говорит Василь, тут лучше ловится на мудянку, А что это еще такое, И тут Васька со знанием дела говорит посмееваясь. Мудянка это крючок такой, берешь две спаянные проглотушки, (2 вместе спаянные малых крючочка) Затем лезешь к себе в плавки и вырезаешь пучок кучерявишихся волос. Вот так , демонстрировал он.
Затем прикручиваешь их к крючкам,что бы получилась как муха. Вот. А потом привязываем
Ты что ж это, с ума слетел, спросил меня подошедший через некоторое время Витька. Как дал стрекача, так тебя не только медведь, на машине не догнали бы. Что у тебя пропеллер в заднице стоит, что ли? Да пошел ты говорю, мне теперь каждый куст медведем кажется. Мы шли по дороге по направлению к поселку и тут уже в цивилизации бояться было нечего. И чего это меня так накрыло, думал я . подходя к поселку. Да и вовсе не страшно было. Ну подумаешь медведь. Да их тут как собак в поселке. Оправдывал я себя. Дома Витька дал мне с десяток серебристых хариусов. Я их посолил в большом мамином тазу, который мы привезли с собой из самого Ростова. Ишь ты, медведь, да мало их тут шляется. И о этом происшествии я долго никому не рассказывал. Все стыдно было признаться своего страха. А Витька и думать про то забыл. Для него это был один обыкновенный день его повседневной северной жизни на чукотском севере. Чуть позже к вечеру, из похода возвращались Саня Попов с ребятами. Рюкзаки их были пустыми. Саня, говорю я как только вы ушли, часа через три к нам медведь притопал говорю я ему. Да ты что, говорит он, а мы его столько времени на Эбундаке искали . вот черт, Не мы за ним, а он за нами ходил. Ну, ничего, может в следующий раз попадется. Ванька поправил на плечах надувную лодку, и они не спеша потопали к центру поселка, карабин, ружья , все было старательно упаковано. Парни были жившими тут не первый год северянами, и охота с рыбалкой были для них нераздельной средой жизненного обитания. Это мне, только приехавшему, все казалось новым, диковинным и заслуживающим достойного внимания. Я наверное поэтому все и подмечал, то трясогузки паслись тут как воробьи, то еврашки, как кошки шлялись по поселку, То звезды висящие близко на черном необъятном небе.
То сияние северное, То тишина неимоверная, такая, как есть только не севере. То луна огромная как блюдо.
И еще много много всякой всячины, что касалось моего сердца, Но не интересовало тут живущих. Они ходили на работу, зарабатывали, ели пили, словом жили.. Не знаю, почему так именно все выходило.
Может от того что Спустя 30лет я пишу, и описываю все это. Кто то из видевших все это, уже не живет,
Как например Васьки Попова отец—Романыч, и Надежда Петровна Поповы. Не путайте с Саней Поповым, это их однофамилец. Хотелось бы мне чтоб читающие эти строчки, откликнулись, Ибо я пишу и описываю всех под их настоящими именами. Вспомню В Алискерово и Сёню Власова, И Вовку его брата, по кличке-прозвищу Фантомас, И Ольгу Ананину, И Ваську Кравченко, И Славку Егорова, И Погибшего, Моего корефана Вовку Дзюбу, И старших Его братьев Сашку и Серегу, Дзюбиков. Да и многих многих других живших в то замечательное время, За 9.000 тыс км от материка. Это была особая порода настоящих людей, честных бескорыстных, и отважных. С которыми хотелось и хочется быть жить и встречаться Всем Вам большой низкий от меня поклон, Вы прочно живете во мне, в моей сегодняшней жизни, спасибо Вам за все.
Мишка не севере , или Мишкина книжка.
1. Отъезд на Север.
Отъезд на Север.
Мишка с упоением зачитывался своими любимыми героями северной эпопеи Джека Лондона.
Смок Белью, Смок и Малыш, знал на память рассудительность Мейлмюта Кидда, и невозмутимость индейца Ситки Чарли,
Север для его 15 летнего сознания был чем то, приключенческо- необычным, непознанным, таинственным, и фантастичным. Север, что там, кроме золота? Хотя золото для Мишки не играло никакой роли. Его влекла природа, леса, охота, и познание неведомого. Чего то, такого, что, теребило его беспокойную душу. В союзе не было лихорадки, не было золотой горячки,
Всё –принадлежало государству, и Мишка это знал. А и зачем ему обогащаться каким то золотом, если в магазинах всего полно, Прилавки ломятся от изобилия доставок и купить можно все. Хочешь –на. Это были золотые годы расцвета, после сталинских репрессий и хрущевской кукурузы. Отец Мишки Юрий Иванович Кобзарь, работая на оборонном заводе в Ростове на Дону, Заслужил себе там неимоверный статус иммунитета, и отпускать его с завода никто не собирался. Однако, отцу пришел вызов действительный только в течении трех месяцев, и Будучи начальником лаборатории, и вращаясь в самых высших кругах с директором и его замами, батя нашел способ получить добро на выезд. Вот уже семь месяцев. Как Мишка не видел отца, жил с мамой на Стачки 197, и заканчивал восьмой класс, в 37школе. Времени читать было море. Мишка поглощал всю информацию о севере, что там растет, что там водится из дичи, и всё никак не мог представить себе, ну как может мороз доходить до 70градусов по Цельсию.?
А люди живут и на работу ходят. Но. Вот кончилась школа, начались каникулы, приходит, как то мама после работы, и говорит, что папа вызов нам прислал с тобой сынок. Мишка был в радостной растерянности, вроде и ехать хочется, и ребят друзей своих покидать жалко, Сашка Щегорцов, вырос с Мишкой в одном дворе еще на Станиславского 24, между переулками Братским и Халтуринским, Сашка Башкатов, второй закадычный Мишкин друг жил на ул Темерницкой 29, и были они друзьями, …водой не разольешь. Но настала пора улетать Мишке на север. Оба друга поехали его провожать в Аэропорт. Мишка был весел, и всеми чувствами и помыслами был в пути. Раздалась команда посадки в огромный и надежный по тем временам ил-18, четырех моторный, турбовинтовой самолет. … оба Сашки прощались, крепко стискивая Мишкину ладонь, У Мишки катились слезы, Это было что то новое и непонятное самому Мишке. Ему казалось, что его 14летний прожитый в Ростове мир разрушен, а он маленький не приспособленный еще к этой чреватой непонятками жизни, уже теряет своих ближайших друзей навсегда. Мир рушился, и слезы струились из Мишкиных глаз. Подкатила багажная тележка и забрала багаж, потом подъехали аэровогончики и, вылетающие по маршруту Ростов-
Москва-Тикси-Амдерма, -Черский-Чокурдах пассажиры спокойно расселись по местам.
Тележка медленно покатилась к самолету, дружно махавшие Мишкины пацаны оставались во времени Ростова. У Мишки открывалась новая страница его молодой только начинающейся жизни. Под самолёт подогнали трап, проверили билеты. Мишка зашел в ил, уселся у окна.
Он впервые летел самолетом, и ему было все интересно. пилоты запустили двигатели. Став в исходное положение на старте, ил, загудев турбинами, вздрогнул, как от толчка и начал набирать скорость. Вот и отрыв от земли, всё что прожито,- осталось там, внизу, а тут на борту, размеренно гудит всё и целый самолёт неприкрытого облаками солнца. Интересно, что там на другом краю земли? Самолет несколько мгновений назад прорвал, пелену перистых или кучевых облаков, и как бы просто висел чуть дрожа в воздухе. Земли видно не было, только облака напоминали вату или далёкий пушистый снег, рассыпанный там,… далеко под брюхом летящего ила. Прошлое отлетало назад, к западу, там впереди был восток, север…. Внимание- -внимание просим пристегнуть привязные ремни,
Самолет произвел посадку, в аэропорту Тикси. Мишка сидящий в кресле в своей клетчатой рубашке на голое тело, с любопытством рассматривал подходившего пилота, в шинели и шапке ушанке. Мам посмотри, дядька то в шинели? Просим всех покинуть самолет и перейти в здание, аэровокзала. Одень куртку, мама подала Мишке его черную болоньевую куртку которую родители купили ему, перед отъездом отца. Мишка одел и мигом выскочил на улицу. Июнь в Ростове и в Тикси- две совершенные разницы. На Мишку своим ледяным дыханием дохнул северный ледовитый океан. На котором,.. то там то тут лежал паковый лед прибитый к берегу. У горизонта, до куда хватало глаз лежали ледовые поля.
Бррр произнес Мишка и рванул в здание аэропорта. В небольшом каменном здании аэровокзала температура достигала чуть выше нуля, и зо рта шел пар. Это
Вовка направил ствол обреза на звук шебуршения.доносившейся как ни странно из под нар. Усиленный акустикой пустой банки, он нам ищущим чего то необычного, напоминал крадущееся необычно большое. Что это? Спросил я скорчив недоуменную физиономию? . сейчас определим говорит Дзюбик недоуменно. Он сунул голову под добротно сбитый деревянный топчан и посветив свечкой вытащил оттуда маленькую, величиной с мизинец , мышку ,..
Мыши полярные имеют свой особый обрис. Маленькая, серая, похожая на микро муравьеда, шуму делала больше чем следовало в подобном месте. Глянь, какая говорит Вовка, поднося ее близко к свечке, что бы рассмотреть. Ух ты, нос у нее как хобот у слона. Ну прямо уж как у слона, говорю, Ну да, говорит он, глянь. Удлинненный нос был похож на нос маленького муравьеда, кенгуру. Что то среднее. Под ее носом- хоботком рот, или пасть была с микро но натуральными зубами мышки. За ночь, мы их поймали три штуки. Что интересно, они протропили ходы под палаткой и выбирали остатки снеди от охотников.
Мне всегда казалось, что все мыши зимой спят. А эти почему то бродили. Может потому, что тепло тут, или остатки еды, непонятно. Но мы были какую то часть времени заняты мышиными проблемами. А утром я как невозможно-правильный охотник. Вышел на утиный промысел. Как это нужно понимать: Сейчас объясню :
. Утки летят над водой на высоте пол метра. Активного перелета еше не было. Правильнее говорить утка шла над водой по три , пять , штук. С интервалом 20-30 -40 минут,. .Расстяние от воды 30-50 см ….Причем скорость ее полета была не маленькой а достаточно быстрой,…
Я это быстро намотал на ус, и тут же придумал супер- скрадок. На воде. Надувная лодка, над ней тент, я в лодке. Ружье лежит на надувном борту. Я не выдаю себя ни малейшим движением. Утка налетает на выстрел я—бабах,--- есть. Причем птица шла сверху по течению, ее подбитую, или глупо-застреленную, сносило прямо на стоящую на проивязи лодку, где я их и подбирал тепленьких. Интересно, лодка в 2х метрах от берега, ружье цевьем лежит на надутом упругом понтоне удобно ,..-слов нет . Только лежи себе, на курки нажимай. Бах, бах относи готовенького, бах, бах, все на новенького. И так пока не надоест. Впрочем надоело это быстро. Ну сколько надо уток, на еду? Ну максимум каждому по утке. Ну на следующий день еще три штуки. Что б без еды не остаться. Настрелялся я быстро. Потом нет азарта убивать.
Интересно только первый раз, попал , не попал. Попробовать тоже интересно на вкус. Какая она с чем ее едят.
Потом желание проходит, и все становится обычным. Подумаешь, невидаль какая, утка.Анюйская Да стрелял я этих уток и не раз…
Но только одно то, что ты,-- где то за пределом возможности, где то за поселком. Где то далеко от взрослых придавало тебе самодеятельности, уже большой,. Совсем самостоятельный, бывалый .Мишку распирало от гордости,..Как же ,.. Чукчи. Олени, Чукотка, рыба не такая как везде,Чир, Муксун, Конек, Ленок, Харитон, Каталка, Налим,
Плюс одежда как у настоящего северянина. Запах ее. Шкуры оленя, новые слова, например сакджой, Россомаха, пестун,
Пыжик, камус, неблюй, Вся окружающая среда давала тебе какой то новый жизненный тонус. Я впитывал все и старался быть северянином. Как же, а вдруг мы спать будем, а росомаха, припрется, и нападет на нас? А если медведь. Медведи были в моем мозгу насущной темой. Все бывает в жизни. А вдруг? Однако не было в моем понятии убить ради удовольствия. Стрелял для надобности. Правда в азарт впал один раз. На длинном озере. Но, это особый рассказ, когда мы с Гошкой из Вовкиного класса, перевалили через перевал Демьяна Бедного и нашему виду представилась долина р. Анюй, с озерами, имевшими свои названия. Длинное, круглое, Подкова, наверное эти названия давали им сами жители поднимающиеся на перевал. Ибо с верху открывался непередаваемый вид. И озера, каждое соответствовало своему по виду- названию. А как тогда пахло на перевале, контраст , несравнимый, ни с каким другим. Солнце нагревало бронзовый гранит, от камней шло испарение тепла тающего снега, снег с примесью ягеля, стланика, перегноя старой хвои, древесной смолы, свежести неба, и радости. Но это после.
А сейчас летят на меня утки, я учусь брать упреждение на два корпуса. Бабах –есть, Бабах еще есть. Течение подносит их к самой лодке, только доставай. Погода- как говорил местный умник- заими и выпей. А чего занимать то у нас и так есть. И уток впрок хватит. И тепло, и чего такого хочется , на ушах походить что ли. Я пришел, разделся, на солнце то теплынь, и давай дрова рубать, нарубил целую кучу. Вовка фотик цап, и давай снимки, шлепать. Потом понесло нас на крышу той палатки, А фотографии Роман делал как заправский телерепортер. Вот они, можете посмотреть,спустя31год Счастье из нас так и брызжет. Самодельные унты, из валенок,
[531x505]