ч [595x700]

  «Он любил ее, она любила летать по ночам…»
                      Андрей Макаревич


Когда блином из серебра
Луна светила,
Она шептала: «Мне пора.
Отпустишь, милый?»
Он отпускал... и, эликсир
Втирая в кожу,
В сто первый раз ей говорил:
«Ты осторожней...»
Хотелось... двери – на замок,
На окна – ставни...
Он удержать её бы мог,
Но вряд ли станет: 
Она останется... смолчит.
Но как жить дальше?!
Уколет музыка в ночи
Оттенком фальши.
И он распахивал окно -
Проём  портала.
А там серебряным блином
Луна блистала.
И ей, шагнувшей в пустоту,
Шутил вдогонку:
«Не смей светиться на свету
В сорочке тонкой».
А после шёл чертить, кроить
В чуланчик пыльный,
Мечтая втайне смастерить
Однажды крылья.

Автор Виктор Ёж

[569x65]

СЕГОДНЯ ДЕНЬ КОШЕК

1 марта отмечается Всемирный день кошек. Специалисты по кошкам говорят, что с ними нужно обращаться уважительно, ни в коем случае не приказывать им, а объяснять, и поощрять хорошее поведение. Больше всего кошки любят, когда их гладят за ухом и под подбородком, причем замечено, что коты более ласковы и общительны, а кошки более капризны.

[500x400]

[480x65]

Молится киска кошачьему Богу

[450x450]

  Давай поедем в город,
     Где мы с тобой бывали.
     Года, как чемоданы,
     Оставим на вокзале.

     Года пускай хранятся,
     А нам храниться поздно.
     Нам будет чуть печально,
     Но бодро и морозно.

     Уже дозрела осень
     До синего налива.
     Дым, облако и птица
     Летят неторопливо.

     Ждут снега. Листопады
     Недавно отшуршали.
     Огромно и просторно
     В осеннем полушарье.

     И все, что было зыбко,
     Растрепанно и розно,
     Мороз скрепил слюною,
     Как ласточкины гнезда.

     И вот ноябрь на свете,
     Огромный, просветленный,
     И кажется, что город
     Стоит ненаселенный --

     Так много сверху неба,
     Садов и гнезд вороньих,
     Что и не замечаешь
     Людей, как посторонних.

     О, как я поздно понял,
     Зачем я существую!
     Зачем гоняет сердце
     По жилам кровь живую.

     И что порой напрасно
     Давал страстям улечься!..
     И что нельзя беречься,
     И что нельзя беречься...
Давид Самойлов
 

[500x356]

Лет через пять, коли дано дожить,
Я буду уж никто: бессилен, слеп...
И станет изо рта вываливаться хлеб,
И кто-нибудь мне застегнет пальто.
Неряшлив, раздражителен, обидчив,
Уж не отец, не муж и не добытчик.
Порой одну строфу пролепечу,
Но записать ее не захочу.
Смерть не ужасна — в ней есть высота,
Недопущение кощунства.
Ужасна в нас несоразмерность чувства
И зависть к молодости — нечиста.
Не дай дожить, испепели мне силы...
Позволь, чтоб сам себе глаза закрыл.
Чтоб, заглянув за край моей могилы,
Не думали: «Он нас освободил».

Давид Самойлов

[600x404]

Скажи, старик, за что ты проклят Богом,
по чьей вине покинут небесами?
отгородился рубленым острогом,
укутался таежными лесами...
В чем тайный смысл такого отреченья
от благ мирских, скажи мне напрямик,
чей приговор приводишь в исполненье,
пятнадцать лет в тайге, зачем, старик?

От прошлого отшельник и отступник,
один, как перст, отрубленный за что-то...
блаженный или загнанный преступник,
сбежавший со ступеней эшафота?
Ты не монах, икон не наблюдаю,
и на стене не крест, а дробовик,
но свет в глазах... в них искорка благая...
ты не убийца, кто же ты, старик?

Загнал себя, подобно Диогену,
когда был предан каином и брутом,
а, может быть, виновница измены
презентовала поцелуй иуды?
Шерше ля фам, когда уходит странник,
(бегущий от себя всегда в пути),
скиталец вечный, сам себе изгнанник
от колесницы пробует уйти.

Сказали мне, у вдовьего порога
с рассветом дичь находят иногда…
вернись, старик, ты умер раньше срока...

...страшнее слова нет, чем «никогда».

Ника Харламова

[400x315]