Это цитата сообщения
Ptisa_Lucy Оригинальное сообщениеЛичность автора
Автор
Maxfactor72
Не-на-ви-жу! Не-на-ви-жу! Именно так мог бы выразить свое отношение к литературе двенадцатилетний Олежка Зайцев. Нет, он не был ленивым или неспособным – по математике он писал контрольные на «отлично». История, география, английский язык – только «пять» и «четыре». Читать же скучные, унылые, как он сам считал, рассказы классиков и современников, Олежка считал напрасной тратой времени. Лучше посмотреть фильм или сразиться со злобными монстрами в онлайн-игре.
Вот и сейчас, на уроке, Олежка пропустил мимо ушей монотонный бубнеж Людмилы Захаровны – невысокой, почти квадратной женщины в длинном старомодном платье. Расплата не заставила себя ждать: едва бумажный самолетик отправился в затылок вихрастой девчонке на первой парте, как по ушам громом ударил грозный окрик учительницы:
- Зайцев!
- Чего? – подскочил Олежка.
- Ничего! Семеро на одном колесе проскакали! – выдала Людмила Захаровна любимую поговорку. – Расскажи мне биографию Павла Петровича Юрьева.
- Э… Юрьев родился в… городе Москва? Или Лесосибирск? – почему-то именно этот город пришел Олежке в голову.
В классе раздались смешки. Правда, во всеобщий хохот они не переросли – Людмила Захаровна умела поддерживать дисциплину одним взглядом исподлобья.
- Я ведь только что это рассказывала. Юрьев – наш земляк. Он стал знаменитым на всю страну еще молодым и много сделал для города, - учительница сказала это с придыханием и неприкрытой завистью в голосе. – Раз ты не слушал, сделаешь к следующему уроку доклад на тему «что хотел сказать Юрьев в своем рассказе «Притча о летающем человеке». Научись, наконец, отделять личность автора от его произведения. Только тогда у тебя что-то начнет получаться. Садись, Зайцев!
Прозвенел звонок. Занятия закончились, и Олежка поплелся домой. Налетела вихрастая девочка и дала ему щелбан в отместку, но он так и не заметил этого.
Родители обычно работали до самого вечера, и Олежка часто оставался один – безо всякого контроля. Он хотел поиграть на компьютере, а потом пойти гулять, но пальцы как-то сами собой набрали в поисковой строке фамилию Юрьев. Доклад сам себя не напишет.
- У, кровосос, - злобно сказал Олежка, глядя на портрет смазливого молодого человека в модном прикиде. – Тебе, наверное, в радость было детей мучить?
Сзади кто-то негромко кашлянул. Олежка обернулся, но никого не увидел. Лишь чуть скосив глаза, он разглядел у своей кровати едва заметный белесый туман. И вдруг дымка материализовалась в пожилого мужчину с морщинистым, заросшим седой щетиной, лицом и красным носом запойного алкоголика. Его мятая клетчатая рубашка никогда не видела стиральной машины, а трико с лампасами присохло к ногам. Дополняли неприглядную картину драные домашние тапки с глумливыми серо-желтыми цветочками на носках. Олежке показалось, словно по комнате поплыл резкий запах перегара, смешанного с запахом прокисшего пота. Примерно так вонял бомж, которого охрана выставила из школы.
- Вы кто? – изумился Олежка. – Как вы сюда вошли?
- Кто, кто? Дедушка Пихто! – ответил старик. Голос его оказался чистым и звонким, как у подростка. – Павел Петрович Юрьев я. Известный на всю страну писатель. Кровосос твой. Кто еще?
- Привидение… - ахнул Олежка.
- Дух! – Юрьев поднял вверх тонкий указательный палец. – Не путай. И не бойся: я зла тебе не причиню. Хотя и могу, конечно. Если слушаться не будешь.
Олежка недоверчиво глянул на призрак писателя:
Читать далее...