ПАПА, Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ!
4.86 29.08.11 / 00:01
http://www.ruspioner.ru/otl.php?id_art=2741
Телеведущая Ксения Собчак написала одно из самых своих пронзительных произведений, которое даже колонкой язык не поворачивается назвать. Кроме того, это политический детектив, а также политический эксклюзив: до сих пор имена участников одной из самых загадочных историй постперестроечного времени никем не назывались.
Когда папу задержали для допроса в качестве свидетеля в здании прокуратуры Санкт-Петербурга, я была совсем рядом, метрах в трехстах. В здании факультета международных отношений. Первый курс, лекция и семинар по английскому, обед — любимый черный кофе и салат «Весенний». Шутки, улыбки. Скоро за мной заедет мой парень, и мы поедем в наш любимый мексиканский ресторан. Он заезжает на красивой черной машине, громко играет музыка, я чувствую себя очень крутой и взрослой, самой взрослой и самой крутой. Звонит мама и говорит, что приедет домой попозже. Йес! Очередное везение: попозже — значит, мы еще успеем заехать поиграть в бильярд в бильярдном клубе гостиницы «Прибалтийская». Вот повезло так повезло!
В это время мой отец, раздавленный своими проигрышами в политике, но еще более унизительными и несправедливыми обвинениями, давал показания по делу фирмы «Ренессанс» в маленьком следовательском кабинете. Бывший первый демократический мэр города мог сделать только один звонок из той комнаты. И он позвонил своему главному другу — моей маме. Дома у нас хранится полученная потом пленка с того допроса. Растерянный и бледный отец, с которым властным тоном разговаривает представитель прокуратуры, мать, как раненая тигрица мечущаяся по кабинету в ожидании кареты скорой помощи. Следователь, который, насмехаясь, не верит ни в какой сердечный приступ. Врач. Носилки. Отец, который не хочет, чтобы его видели таким, отец, который мог интеллектуально побить любого, сильный, большой, сейчас лежал под насмешливыми взорами людей в форме и вынужден был испытать и это унижение. Он даже как будто сжался, стал меньше и прозрачнее, проходя весь этот трагикомический ад.
Я сыграла четыре партии в «американку». Каждый раз, ложась на стол, красиво выгибала спину, показно-расслабленно курила сигареты «Вог» и выпила бокал красного вина. Светка рассказала мне про своего нового ухажера, еще мы обсудили, кого позвать на мое предстоящее шестнадцатилетие. Долго мучились, что пятое число не выходной, и приняли решение отметить седьмого, в субботу. Решили не звать Кристину по кличке Нога. Слишком уж она высокая и со всеми заигрывает.
Папу отвезли в больницу с диагнозом «подозрение на инфаркт». Мама была с ним, но поздно вечером уехала, чтобы встретить меня дома. О чем он думал, лежа в одиночестве в палате Военно-медицинской академии? Решение уезжать из страны было уже принято. Оставалось только его реализовать. Было понятно, что здесь жить не дадут. Это можно было понять, когда папе демонстративно на следующее утро после выборов прислали из Смольного картонные коробки с вещами, не дав даже самому прийти проститься с местом пятилетней сложнейшей работы. Это было понятно, когда он, профессор, доктор юридических наук, возглавлявший до своей политической карьеры кафедру в университете, не смог устроиться в свою альма матер простым преподавателем. Это было понятно, когда каждый день выходили все новые и новые заказные статьи, обвиняющие, порочащие, ерничающие, иронизирующие над тем, что ему было так дорого. Но ему очевидность этого побега из города, который он так любил и который его теперь так несправедливо и безжалостно преследовал, стала ясна только в больнице после допроса.
«Доченька, ты будешь седьмого отмечать день рождения, как ты просила, я заказала ресторан для твоих друзей, но ты знаешь, нас с папой, к сожалению, не будет, у нас очень важные дела. Ты ведь не обидишься?» Обидишься?! Да это же какое-то невероятное везение! Шестнадцатилетие без предков! Одна с друзьями в ресторане! Можно курить у всех на виду, выпить алкоголь не в туалете из пакета с соком, а поставить бутылки прямо на стол! Вот это да, вот это праздник! «И еще, доченька, ночевать мы с папой, наверное, не придем, но Жанна (мамина подруга) тебе дверь откроет и с тобой останется». — «Жалко, что вас не будет, папе привет», — это «жалко» было одним из самых неискренних за всю мою жизнь...
После допроса за мамой была установлена слежка, телефоны прослушивались. Позвонить и попросить о помощи мама пошла в магазин «Труссарди». Взяв несколько платьев для примерки, прошла через задний вход в соседний офис компании «Эйр Франс», где работала ее подруга. Сделала два звонка: первый другу семьи парижанину Владимиру Рену — попросить организовать больницу и прислать машину скорой помощи в аэропорт, второй — попросить о помощи в отъезде другого друга — петербуржца Владимира Путина.
В день рождения мне привезли подарок от папы и вместо открытки — его портрет с надписью «Любимой Ксюшеньке от любящего папы». Подарок распаковала быстро и с нетерпением, портрет
Читать далее...