Болдырев Юрий

Три мифа о ГКЧП.

Первый: приравнивание краха путча к разрушению СССР.

Второй: обвинение тех, кто защищал законность, в разрушении СССР.

Третий: спутывание событий 1991 и 1993 годов, создание видимости, что некие «демократы» произвели переворот в августе 1991 года.

По порядку.

Первое. Ни сам путч (ГКЧП), ни его поражение не решали судьбы СССР. О роспуске СССР не было и речи. Беловежский сговор – это позже, в декабре.

Второе. После краха путча был созван союзный съезд и сформирован новый Верховный Совет с включением в него депутатов республиканских советов – это была попытка восстановить авторитет союзного парламента и укрепить союзный центр, а значит, и сам Союз.

Но Украина не прислала депутатов на съезд (как и прибалты). Всё ещё можно было бы как-то решить, если бы не проблема более серьёзная.

После краха путча героем стал не возвращённый на пост президент СССР Горбачёв, но лидер сопротивления Ельцин. И слишком многое оказалось зависимым от этого.

Что мог Горбачёв? Признать, что не справился, потерял авторитет, и предложить перевыборы президента СССР (а затем и съезда). Направить силовой ресурс, который ещё был в его руках, на сохранение страны – на проведение выборов новых органов власти СССР. И получил бы поддержку и народную, и силовых структур.

Что мог сделать Ельцин?

Мог договориться с руководителями республик о новом легитимном союзном центре, но это если бы он был заинтересован в сохранении страны.

Ельцин понял, что кратчайший путь к личному полновластию – в дискредитации не только Горбачёва, но и союзного центра, в его ослаблении путём саботажа и затем в отделении России от СССР. Разумеется, публично об этом не говорилось.

Так можно ли осуждать тех, кто четверть века назад вышел защищать Конституцию, закон, свою страну и свой выбор? Тем более от каких-то странноватых людей, прикрывающих собственную растерянность нескончаемым «Лебединым озером» по всем телеканалам, да ещё и с дрожащими на пресс-конференции руками…

И третье. Нельзя смешивать события 1991 и 1993 годов. Да, после краха ГКЧП Верховный Совет РСФСР доверился герою сопротивления путчу Ельцину, ратифицировал Беловежские соглашения (лишь Сергей Бабурин от группы депутатов выступил против) и передал президенту часть своих полномочий. Но к весне-лету 1992 года депутаты стали выступать против политики Ельцина. К осени 1992 года противостояние накалилось, а к весне 1993-го стало непримиримым. Далее – реальный кровавый путч, совершённый Ельциным в сентябре 1993-го, развязавший ему руки для сдачи интересов страны Западу в обмен на поддержку переворота, для грабительской приватизации, разграбления бюджета и построения пирамиды ГКО, завершившейся дефолтом 1998 года. И для узурпации контроля над СМИ, что позволило передать власть преемнику.

То есть разрушившие промышленность приватизаторы, организаторы кредитно-залоговых аукционов, мастера офшорных махинаций, финансовых пирамид и разграбления бюджета, создатели паразитической банковско-финансовой системы, душащей производство, разрушители образования и здравоохранения – это не «демократы», противостоявшие в 1991 году путчу, а участники антидемократического переворота 1993 года – здесь разделительная черта.

Но нынешним властям – наследникам переворота 1993 года – в стремлении уйти от контроля общества, видимо, удобно списать всё, за что ответственны они и их предшественники-узурпаторы, на неких «демократов». И тем опорочить саму идею демократического контроля общества над властью.


ЛГ 24-08-2016

[350x254]

Калинин Александр


В октябре 1931 года началось строительство Беломорско-Балтийского канала. А в августе 1933 года по только что проложенному водному пути от Белого моря до Онежского озера отправилась группа пролетарских писателей во главе с Максимом Горьким.

Стою на станции Медвежьегорск. Тот же вокзал с куполом, что и тогда, в тридцатые. Арестанты крестились, принимая его за купол церкви. Инженеры, служащие, священники, беспризорники, раскулаченные крестьяне, воры, белые офицеры, казаки, карточные шулеры, учёные, представители дворянских фамилий, бандиты, литераторы, басмачи в чалмах и рваных халатах. Всех их уравняла судьба перед Каналом. И судьба эта начиналась отсюда, с Медвежьегорска.

Чтобы увидеть хоть немногих свидетелей того времени, я отправился в путешествие по шлюзам. И чем больше было встреч, тем в большем смущении оказывался. Канал не подходил ни под одно из привычных определений. Точнее, подходил под все сразу. Да, он был и большой братской могилой, но был и уникальным гидротехническим сооружением. Он ломал человеческие судьбы, но он и лепил их. А люди, которые, казалось бы, должны были его проклинать, заступались за него, переживали, обижались, когда о канале говорили плохо.

Зигзаги судьбы

...Дед Роман уже плохо слышал. Но ночью и днём он постоянно вслушивался в гудки проходящих по каналу судов. Люди болтали, что теперь, уже в новой России, канал хотят продать финнам. Для Романа это было равнозначно, как если бы продавали его самого. Хотя сюда его когда-то привезли силой. До 17 лет он жил в курской деревне. За сестрой Романа Дятлова ухаживал местный активист. Она отказалась выходить за него замуж. Тогда он в сердцах записал всю их семью в кулаки. Хату сломали, семью забрали. Успевшего спрятаться Романа искали, проверяя вилами каждую копну сена, каждую скирду соломы. Нашли, арестовали, посадили в товарный вагон и привезли на берег Белого моря. Мать с четырьмя малышами оставили в Беломорске, остальных погнали в Кочкому, оттуда пешком – в Верхний Идель – валить лес.


Жили в бараке все вместе – мужчины и женщины, семейные и холостые, старики и юнцы. Без конвоя, но с охранником и комендантом. Комендант был паскудный, потом он то ли застрелился, то ли повесился. Но паскудами были и свои, из переселенцев, которых назначали нарядчиками. Тех, кто не выполнял норму, закрывали на ночь в холодный карцер, предварительно помыв в бане, и уменьшали пайку. После этого человек быстро угасал. Так умер их земляк Холодилин. Притащился из леса, сел на нары, да так, сидя, и умер.

Потом режим смягчили. Тех, кто выжил, стали посылать на курсы, учить разным профессиям, после чего расселили в пришлюзовых посёлках для обслуживания канала взамен заключённых и гэпэушников.

…Николай Серёгин, уроженец Тамбовщины, после смерти отца уехал со старшим братом в Москву, жил на Плющихе, ходил в 9-ю школу. Когда в 1932 году в стране начали вводить паспортную систему, им предложили из Москвы выехать. Они ослушались. Тогда их забрали. И – туда же, в Верхний Идель, на лесоповал. Позже работал на дамбе, смотрел за уровнем воды и отходящим каналом. Вольно, но без паспорта, без права выезда и выходных.

…Григорий Шакула был тоже из крестьян. Отец с матерью отказались идти в колхоз и за это загремели из тёплой Кубани в холодный Котлас. Осенью привезли, а зимой отец с матерью померли. Григорий ударился в бега. Вернулся на Кубань к сестре, устроился работать в колхоз. Но через две недели его опять забрали и повезли на этот раз в Карелию. У ботинок оторвались подошвы, и зимой ходил он валить лес почти босым. Каждую ночь, вспоминал он, в бараке умирало по три-четыре человека.

Жена тоже из спецпереселенцев, познакомились на 11-м шлюзе. Нарожали пятерых детей. Первая дочь – начальник вахты, большой на канале человек. Вторая – работает на 11-м шлюзе. Сын шоферит. Для них канал – родина и кормилец.

…На 10-м шлюзе познакомился я с Владимиром Огурцовым, который тут с 1935 года. «На нашем узле, – рассказывал он, – работали 13 тысяч человек. Были и беспризорники, и проститутки, и уголовники».

Червонец для доносчика

Зачем же было Роману Дятлову, Николаю Серёгину, Григорию Шакуле и другим старикам, доживавшим свой век в пришлюзовых посёлках, так беспокоиться о канале, который принёс им столько страданий? Я пробовал это понять и не мог. Помогла карельская природа. Все они представились мне вдруг деревьями, пересаженными бездушным селекционером с плодородных чернозёмов на каменистую карельскую почву. Да, многие погибли, другие выросли узловатыми, кривыми. Но выросли. Так за что же Читать далее...

Мазурова Людмила


Теперь экс-министр образования будет оптимизировать торговлю с Украиной

Заслушали в Думе главу Минобраза.

Поставили «неуд» для первого раза.

Что дальше? Ну если немного домыслить,

За неуспеваемость могут отчислить.

Это мы написали ещё в начале года («Фотошип», «ЛГ», № 5, 2016), и вот случилось. Отчислили. Странно только, что Дмитрию Ливанову так долго все «неуды» прощались. Народ оказался более прозорливым – судя по соцопросам, Ливанов уже давно стал самым непопулярным министром, а его деятельность оценивалась исключительно в два балла.

Предыдущий министр, Андрей Фурсенко, запомнился попытками проверить поэзию алгеброй, донельзя формализовав ЕГЭ по литературе, превращением образования в сферу услуг и фразой, которую цитируют до сих пор: «Недостатком советской системы образования была попытка формирования человека-творца, а сейчас наша задача заключается в том, чтобы вырастить квалифицированного потребителя».
Квалифицированного потребителя продолжил формировать и Дмитрий Ливанов, оптимизируя школы и вузы. В крупных городах школы объединяли, превращая их в огромных неуправляемых монстров, а на селе и вовсе закрывали, по сути, лишая деревню будущего. Вузы, среди критериев эффективности которых оказались занимаемая площадь, обеспеченность компьютерами и количество иностранных студентов, тоже закрывались и объединялись («Здравствуй, альма-матер, и прощай», № 16, 2013). В разряд неэффективных попал и Литинститут: учебное оборудование будущих писателей оказалось слишком дешёвым, а число иностранцев, желающих отточить свой талант на чужом языке, – мизерным.

Литинститут удалось отстоять, а вот Самарский государственный университет – нет («Когда утихнет ветер перемен?», «ЛГ», № 28, 2014; «Прощание с классикой», «ЛГ», № 35, 2015). Классический университет с почти столетней историей стал «структурным подразделением» авиационного вуза. И гуманитарные направления там теперь в положении Золушки. На факультеты филологический по специализации «Русский язык и литература» и социологический по специализации «Психология и социальная педагогика» набора на бюджетные места в этом году нет. Получить профессию учителя русского языка и литературы в Самаре можно лишь на платной основе.

Предыдущий министр проверял алгеброй поэзию, Ливанов – науку. Вот цитата из интервью («Лекарство не для всех, а только для вас», «ЛГ», № 24, 2013) вице-президента РАМН, доктора биологических наук, профессора Александра Арчакова: «Документ из утренней почты – очередная программа стратегического развития научного учреждения… Предлагается срочно заполнить десять разделов плюс «форму экспертного заключения». На 40 страницах (оговорено: не более!) предлагается дать общую характеристику развития научного учреждения, его стратегическую цель и задачи, приоритетные направления, основные проекты… сроки реализации и финансирования, ожидаемые результаты. Не забыты риски, дорожная карта, мониторинг достижения результатов и эффективности реализации программы… Перед нами беспардонная уверенность, что учёному нечем заниматься, кроме как плодить ненужные бумаги».

Ливанов оказался достойным преемником своего предшественника («Умом Фурсенко не понять», «ЛГ», № 2, 2009). Его тоже очень любят цитировать. Например, вскоре после назначения бывший ректор Института стали и сплавов признался: «Я себя специалистом в сфере высшего образования не считаю». Жаль, его тогда не услышали («Диссертации – липовые, миллионы – подлинные», «ЛГ», № 36, 2013). Может быть, и не оказались бы мы в хвосте и в образовании, и в науке.

Доктор физико-математических наук в сфере высшего образования специалистом себя не считал, а вот в филологии, видимо, считал. Во всяком случае, на заседании Совета по вопросам проведения итогового сочинения Дмитрий Ливанов («Мы вступили в новую эру, но этого пока не поняли», «ЛГ», № 36, 2014) предложил при оценке сочинений не обращать внимания на грамотность: «Это сковывает, человек боится сделать ошибку и пишет совсем не так, как мог бы или хотел».

С русским языком у Дмитрия Викторовича вообще отношения сложные. После принятия закона о запрете использования нецензурной лексики особую популярность приобрёл выложенный на YouTube видеоролик, на котором самый (теоретически) образованный министр матом подсказывает своему заместителю, как проголосовать за закрытие вузов. Вся думская оппозиция тогда потребовала отставки Дмитрия Ливанова. Не за крепкое словцо, а за всё вкупе. Но он устоял. Устоял и после выступления на съезде Общества русской словесности, где поразил всех заявлением, что в СССР русский язык в программе старших классов фактически отсутствовал. Видимо, он «учился в тёмные года, / язык тогда был жертвою гонений», и «в старших классах сочинений / Ты не писал, Ливанов, никогда?!» («Фотошип», Читать далее...

[350x203]
Что вы делали 19 августа? Таким был главный вопрос первых недель после «путча». Из любопытства или участливости граждане СССР задавали его родственникам и знакомым. Но порой звучал он с металлом в голосе. Адресовался политикам, писателям, режиссёрам, журналистам, педагогам, да и просто начальникам разных уровней. После победы демократии в стране незримо витал дух люстрации.

Главной добродетелью того времени считалась героическая защита Белого дома. В каждом городе и деревне была своя символическая баррикада, свои храбрецы. А значит, и свои антигерои, поддержавшие ГКЧП. Тогда же появились и энтузиасты, которые выявляли явных и латентных реакционеров-гэкачепистов. Правда, нельзя сказать, что по итогам августовской революции каждого защитника демократии социальные лифты подняли наверх, а всякий сочувствующий ГКЧП оказался на обочине. Жизнь в очередной раз продемонстрировала, сколь причудлива бывает судьба отдельного человека и страны в целом.

Попытка спасения государства обернулась его крахом. По сути, именно в августе 1991-го и произошло упразднение СССР. Можно ли обвинять в этом членов Государственного комитета по чрезвычайному положению? Пожалуй, да: им не хватило вероломства, холодного расчёта. Виноват ли народ с площади, вполне серьёзно полагавший, будто выдающийся ракетчик Бакланов, ветеран Великой Отечественной Язов и передовой агроном Стародубцев являются «хунтой»? Наверное, виноват и народ. За преступную наивность ему пришлось заплатить утратой Родины. Так что «геополитическая катастрофа» не только на совести Горбачёва или Яковлева, Бурбулиса или Кравчука, но и среднестатистического советского человека, простодушно летевшего мотыльком на свет «прожектора перестройки».



ЛГ 03-08-2016

[350x211]
Калинин Александр




Людские судьбы ничто в сравнении с галочкой в отчёте


В начале октября прошлого года из города Бежецка в деревню Соболины Сандовского района на такси приехали двое молодых людей. Что это были за люди, для большинства участников будущего судебного процесса так и останется загадкой. Один из них будет потом засекречен как свидетель, жизни которого якобы угрожает опасность, хотя никакая опасность, кроме публичной огласки, ему не угрожала. Надо было засекретить – и засекретили. Второй вообще в деле не фигурировал, будто его и не существовало, будто и не ездил он на такси со своим засекреченным товарищем за 120 вёрст от родного города.

Похоже, его просто вывели из игры. А игра затевалась нешуточная.


Провокаторы

Итак, двое молодых людей в ненастную осеннюю погоду прибыли в самый отдалённый район области, проще говоря, в медвежий угол, с одной-единственной целью – купить у простоватых деревенских жителей стебли мака. Казалось бы, зачем покупать, если его при необходимости можно просто нарвать. Распространяется он здесь самосевом и растёт как сорняк не только в каждом огороде, но и за околицей, и даже возле здания сельской администрации.

Но надо было именно купить.

А купив, договориться, чтобы оставшиеся в огородах стебли доверчивые сельские жители тоже сами, своими руками, сорвали и до времени спрятали от дождя и сырости под крышу.

За ними парни обещали приехать дней через пять.

Скорее всего, это была не их инициатива. Есть основания полагать, что это было поручение. Или задание. Как говорится в апелляционной жалобе в Судебную коллегию по уголовным делам Тверской области, тогда в деревне Соболины сотрудниками Бежецкого межрегионального отделения управления ФСКН России по Тверской области проводились оперативно-разыскные мероприятия. И парни, можно предположить, были либо оперативными работниками этого отделения, либо, с большей вероятностью, его секретными сотрудниками – сексотами. А скорее всего, просто за какие-то грешки висели на крючке у полиции.

Парней видели в деревне многие. Их машина останавливалась то у одного дома, то у другого. В конце концов для своей провокации они выбрали двух одиноких женщин, живущих в заваливающихся избушках на разных концах деревни.

Одной из них, дом которой пригорюнился рядом с деревенским кладбищем, оказалась 57-летняя Ангелина Петровна Соловьёва, работавшая многие годы на ферме телятницей, а когда совхоз расформировали и ферму ликвидировали, за полставки убиравшая поселенческую контору. Ангелину в деревне почему-то звали не Алиной или Гелей, а Аллой и считали простоватой, но трудолюбивой и незлобивой. Жалели. До пенсии, после того как телятницы остались не у дел, Алла жила трудно, перебивалась с копейки на копейку.

Второй жертвой провокаторов должна была стать 67-летняя Раиса Алексеевна Савчук. Она жила одна в доме на отшибе, за домом было лишь поле да пилорама. Савчук была похитрей Соловьёвой и рвать мак для гостей наотрез отказалась. Надо, мол, – идите и рвите сами. Доводы парней о том, что они в огороде запачкают обувь, её не тронули. Собирать сухие стебли и прятать их до поры под крышу она тоже не обещала. А Соловьёва, доверчивая душа, не только нарвала и подала пакет «мальчикам», но ещё и второй пакет (пока сухо и нет дождя) спрятала на крыльце.

После ухода гостей Ангелина-Алла обнаружила на ступеньке крыльца оставленную гостями сторублёвку. Парни же, выполнив задание, сели в дожидавшуюся их машину и уехали в Бежецк.


Солома в особо крупных размерах

В приговоре суда, который был оглашён 28 марта 2016 года, всё выглядело уже по-другому. Цитирую: «Гражданка Соловьёва А.П., желая обогатиться (это ста-то рублями, оставленными на ступеньках крыльца? – А.К.), выбрала такой способ обогащения, как сбыт наркотических средств за денежные средства наркозависимым лицам».

Что это были за лица, суд устанавливать не стал. Из материалов судебного расследования известно лишь, что один из них, «являясь лицом наркозависимым», по дороге домой «понял, что не хочет употреблять наркотики, решил добровольно выдать приобретённое сотрудникам полиции, что и сделал в присутствии двух понятых», пожелав при этом, «чтобы его установочные данные остались в тайне». Пожелание его было удовлетворено, и дознавателями парню был присвоен псевдоним Тракторист.

Картина маслом. Наркоман со стажем (наркозависимый же) делает крюк в двести с лишним вёрст, чтобы снять ломку, и вдруг, уже предвкушая облегчение, «не хочет». Ну дураку же ясно, что так не бывает, что здесь чего-то накосячено. Станиславский сказал бы: Читать далее...

[300x233]

Славин Алексей



80 лет назад в Германии стартовала «политическая Олимпиада»
Ещё в 1916 году в Берлине должны были состояться VI Олимпийские игры. Но помешала война. Будущие чемпионы разъехались по фронтам стрелять друг в друга. После поражения и версальской изоляции немцев вновь допустили к участию в Олимпиаде лишь в 1928 году. В Амстердаме они заняли второе место (уступили только США), завоевав 10 золотых медалей. Кстати, именно там был впервые зажжён олимпийский огонь.

На проведение летней Олимпиады 1936 года претендовали 13 городов. В финал вышли Берлин и Барселона. 13 мая 1931 года при голосовании выиграла столица Германии, получив 43 голоса «за», «против» – 16.

МОК потом объяснил: компенсация за 16-й год.


Национальный проект

Культ физической силы всегда был важным элементом нацистской идеологии. Ориентированные на войну, наци часто проводили пропагандистские акции в пользу занятий спортом и здорового образа жизни. Одной из таких акций, например, в том же 1931 году стал футбольный матч между командами «Штурмовик» (руководство СА) и «Рейх» (руководство НСДАП). В составе «Рейха» играли: Гесс, Гиммлер, Геринг (первый тайм), Лей, ворота защищал Борман. Выиграл «Штурмовик» со счётом 6:5. Через три года в «Ночь длинных ножей» вся верхушка «штурмовиков» будет уничтожена.

Третий тайм…

Гитлер не был поклонником Олимпийских игр. Он считал их изобретением евреев и масонов. К собственной Олимпиаде он также был поначалу равнодушен. Своей любимице, актрисе и кинорежиссёру Лени Рифеншталь он как-то сказал, что в Берлине наибольшее число побед опять одержат чернокожие американцы и это не доставит ему никакого удовольствия. Но имперский министр пропаганды Йозеф Геббельс сумел убедить фюрера взять будущую Олимпиаду под государственную опеку и своё личное покровительство. Олимпийские игры, утверждал Геббельс, должны будут показать стремящуюся к миру страну, единую, дисциплинированную, не раздираемую внутренними противоречиями, со сплочённым народом, возглавляемым национальным лидером. Положительный имидж – это больше, чем выход из политической изоляции, это установление экономических контактов и, как следствие, приток капиталов, в которых Германия так остро нуждается для завоевания полагающегося ей места в мире.

Олимпиада должна будет сплотить немцев вокруг фюрера. Неубиенная аргументация.

И Гитлер объявил Игры первоочередным национальным проектом.


Великая стройка

Для проведения Игр решено было создать грандиозный спортивный комплекс, частично используя при этом довоенные сооружения.

Комплекс включал стадион на 86 000 мест (потом это число увеличили до 100 тысяч), открытую спортивную арену, плавательный бассейн, открытый театр для массовых представлений и митингов, манеж для верховой езды, отдельный хоккейный стадион. Была установлена колокольня высотой 74 метра, для которой отлили четырёхметровый колокол весом 10 тонн, ставший символом XI Олимпиады. Всё реализовали в кратчайшие сроки.

Затраты были огромны (по некоторым данным, только стадион обошёлся в 77 миллионов рейхсмарок – по тогдашнему курсу примерно 25 миллионов долларов).

По первоначальному проекту стадион имел металлический каркас, однако Гитлер приказал заменить металл на натуральный камень, придавший виду стадиона характер античного сооружения. Сыграла роль и «Теория ценности руин» придворного архитектора Альберта Шпеера, в соответствии с которой современные конструкции мало подходили для того, чтобы стать «мостом традиции». Следовало создать такие здания, руины которых через века (тысячелетний рейх!) соответствовали бы римским развалинам.

Была построена и Олимпийская деревня нового типа, где все атлеты жили единой семьей. Причём за пределами города – в 14 километрах к западу от главного стадиона. Почему «нового типа»? По замыслу Гитлера, армия и спорт должны были шагать в едином строю. А потому строительство было поручено вермахту. Решено было совместить место проживания спортсменов и военный учебный центр.

Часть территории, на которой уже находились казармы и военные объекты, попросту сдали в аренду оргкомитету.

На площади 48 гектаров была разбита «особая зона». Перемещались сотни тысяч кубометров земли, пересаживались деревья, был вырыт искусственный водоём. В итоге всё выглядело как типичный немецкий ландшафт.

Было построено 140 одноэтажных и пять двухэтажных коттеджей. Но что символично: если посмотреть на их расположение в плане, то без труда можно заметить, что Олимпийская деревня подозрительно точно напоминает конфигурацию концлагерей Ораниенбург и Дахау. А Читать далее...

[300x272]
Попов Вадим


Чем ответит Россия?

История с отлучением российских спортсменов от Олимпиады – один из этапов враждебной спецоперации, которая началась в мае 2015 года.

Уже тогда, откликаясь на «коррупционный скандал» в ФИФА, «ЛГ» отметила, что мишенью является не Йозеф Блаттер, а Россия. Стратегическая цель – лишить нашу страну возможности накапливать символический капитал, конвертировать его в геополитические победы. Проведение чемпионата мира по футболу – идеальное средство приобретения символического капитала. Схватка идёт именно за этот ресурс – репутацию, привлекательный образ, влиятельность, – и она будет жестокой и бескомпромиссной. Запад намерен оставить Россию без ЧМ-2018.

Следующим после Блаттера этапом многоходовки стали история с мельдонием и серия «разоблачительных» фильмов, что позволило решить промежуточную задачу – скомпрометировать Россию по линии допинга. Логика спецоперации не предполагала отстранения сборной РФ от Олимпиады в Рио. Важнее системно провоцировать скандалы в СМИ, «рубить хвост по кусочкам». Вердикт по сборной России мог быть объявлен уже давно, но его искусственно затягивали. Решение МОК делегировать право на репрессии десяткам спортивных федераций – прекрасный способ масштабировать и усилить антироссийскую кампанию в глобальных медиа. Попутно оказывается воздействие на российское общество.

Если бы нашу сборную отстранили вовсе, это привело бы к сплочению – русских мобилизует пребывание в «осаждённой крепости». Нужно другое – деморализовать, вызвать внутренний конфликт. Больший ущерб будет нанесён, если максимально растянуть во времени процедуры отбора российских спортсменов, унизительные проверки с соответствующим резонансом в СМИ.

Уже понятно, что и во время Олимпиады наше общество подвергнется психологическому прессингу. Мы будем вынуждены наблюдать, как распределяются медали в отсутствие российских легкоатлетов (и остальных отстранённых). Ощущение тотальной несправедливости в совокупности с чувством бессилия – причина для массового невроза. А невротическое состояние общества (от чего мы постепенно начали избавляться в последнее десятилетие) – это уже угроза безопасности страны.

Как отвечать на вызовы? Ведь беззаконные репрессии против олимпийской сборной России – лишь очередная фаза спецоперации. Антироссийская кампания будет нарастать. Можно не сомневаться, что последуют новые истории с предателями, перебежчиками и разоблачениями, – на кону ЧМ-2018.

Думается, ответ должен быть асимметричным – воссоздание отечественного широкофюзеляжного самолёта, выход из Болонского процесса, признание ДНР… Это так, для начала.

На снимке: Елена Исинбаева не едет в Рио


ЛГ 27-07-2016

ПЕРСОНА ГРАТА

♦ Успех – это когда ты не оправдал надежд врагов.

♦ На ветвях власти растут большие шишки и сидят важные птицы.

♦ С болтливым человеком и поговорить не о чём.

♦ Постскриптум – место в письме, которое является главным, но притворяется второстепенным.

♦ Хочешь быть на коне – будь готов пахать как лошадь.

Ашот НАДАНЯН, ЕРЕВАН, Армения


♦ Если от жены полетели пух и перья, значит, мужу пригодились его рога.

♦ Любовь – слишком серьёзное дело, чтобы доверять её профессионалам.

♦ Где нет порядка, там порядочное количество непорядочных людей.

♦ Марионетки сами со сцены не сходят.

♦ Глупый страдает от глупости, а муд­рец – от умников.

Елена СИРЕНКА


БРАТ ТАЛАНТА

♦ Лень отдыха не знает.

Татьяна АЙВАЗОВА

♦ Звонок без причины – признак дурачины.

Виталий БУДЁННЫЙ, ВОРОНЕЖ

♦ Если жена как собака – значит, верный друг.

Александр МИНЧЕНКОВ

♦ Нам не дано предугадать, куда залетит слово, брошенное на ветер.

Карина ПЕТРОВСКАЯ, ПУЩИНО, Московская обл.

♦ Пока сказочно везёт, не чувствуешь себя дураком.

Андрей СОКОЛОВ, САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

♦ Если человек часто выходит из себя – значит, с собой ему плохо.

Виктор СУМИН, с. КАЗИНКА, Белгородская обл.


ЛГ 20-07-2016

Захар ГУСТОМЫСЛОВ

Самый страшный человек – человек без статуса: нипочём не угадаешь, что у него на душе.

Анекдот

Мой знакомый Н. – как раз из таких. Без статуса. Больше скажу: у него вообще НЕГДЕ его размещать. Вроде с виду приличный мужчина, а спроси его, где, в какой из социальных сетей он проводит свой досуг, право на который ему гарантировано конституцией, – знаете, что он ответит? Он ответит, что нигде. В смысле, ни в каких не в сетях, а культурно развиваясь путём чтения книг, слушания музыки, просмотра различных фильмов и спектаклей, а также физически укрепляя организм методом подвижных игр. А коммуникацию с друзьями осуществляет посредством личного или телефонного общения, а также путём взаимной переписки по почте (слава богу, электронной).

Но ведь это же скандал! Получается, что народ о нём ничего не знает! Нет фоток того, что он ест на завтрак и ужин, с кем ест, автомобиля купленного, видов из окна и селфи на фоне отпускного отеля. Непонятно, что он думает о жизни на Марсе и шансах на победу нашей сборной. Мы даже не знаем, есть ли у него котик! С ним невозможно помериться количеством френдов и лайков! Загадочная личность получается. Я бы даже сказал – подозрительная. С таким надо ухо востро.

Как утверждают на своих сайтах HR-агентства, во многих компаниях не берут на работу людей, у которых нет профиля в соцсетях. И правильно не берут. Потому что «зачем нам кузнец?», особенно если неизвестно, что он там куёт. Такой кузнец, а также менеджер или (не побоюсь этого слова) мерчендайзер нам не нужен!

Те же агентства рекомендуют заводить «идеальный» профиль людям, которые ищут или планируют когда-нибудь менять работу. Перечисляют, что в этом профиле писать, какие сведения о себе выкладывать, какие видео и фотки, с какой регулярностью, чтобы потенциальный работодатель со страшной силой захотел именно такого замечательного кадра, как ты.

Странно, но мой знакомый, не имея всего этого, на рынке труда очень даже востребован. Парадокс? Ну, не знаю...


ЛГ 20-07-2016

В Азербайджане прозвучала идея запретить обучение на русском языке в государственных школах и вузах
Предложение было высказано в телеэфире языковедом Джахидом Исмаилоглу. Концепция не нова – она уже апробирована в Прибалтике, на Украине, да и во многих других странах бывшего СССР.

Важная составляющая ограничительных концепций – «исторические обиды». Вот как азербайджанский учёный аргументирует свою позицию: «Русский язык является остаточным явлением империи, частью которой была наша страна, и мы должны освободиться от этого в кратчайшие сроки». По мнению Исмаил­оглу, преподавание на русском «задерживает в развитии азербайджанский язык, а особенно – детскую литературу».

Сторонники ограничения русского языка прибегают и к «строго научным» аргументам: мол, «русский сектор» в образовании задерживает в развитии национальный язык и культуру в целом. По этой логике, стоит только ликвидировать образование на русском, в стране расцветёт национальная литература. Отсутствие ярких литературных событий на национальных языках, упадок издательской деятельности, по существу, «ставятся в вину» русскому языку.

Важно отметить, что в обществе оперативно отреагировали на инициативу. Нашлись здравые умы в профессиональной среде, осознавшие последствия реализации этой идеи. Например, в ходе дискуссии эксперт Этибар Алиев отметил: «Чем больше человек знает языков, тем богаче он становится… Необходимо адекватно и прагматично оценивать ситуацию. Азербайджанский язык не является функциональным и уж тем более международным…»

Сейчас в Азербайджане качественные учебники для школ и вузов, как правило, выходят на русском языке (часто и печатаются в России). Элитным считается образование в Бакинском филиале МГУ им. М.В. Ломоносова. Мировая художественная и научная литература (в переводах на русский) также поступает в книжные магазины с севера – на государственном языке её не так много (проблемы с переводами и финансированием). «Тяжкое наследие империи» – фонды Национальной библиотеки – тоже в основном на русском (в 1991 году составляли свыше 90% книг, журналов, газет; сейчас, когда на новинки не хватает денег, чуть меньше). Политические, экономические и культурные контакты в рамках СНГ тоже идут на «великом и могучем». Да и азербайджанцам, стремящимся в страны Содружества, без знания русского устроиться на работу, адаптироваться бывает нелегко.

Всё положительное, что несёт Азербайджану и русский язык, и обучение на нём, хорошо понимают в руководстве Азербайджана, поэтому о «языковой шоковой терапии» (во всяком случае, пока) речь не идёт. Следуя логике трезвого расчёта, а она у азербайджанцев сильна, развитие языковой ситуации в Азербайджане, как и все 25 лет независимости, будет, вероятно, идти эволюционным путём. Так, в 1991-м в школах республики на русском языке обучалось около 250 тыс. учащихся (18,5% от общего числа), в 2016-м – чуть более 100 тыс. (7,3%). То есть сфера русского языка в Азербайджане и без «шоковой терапии» сужается, в районах – достаточно быстро, в Баку – медленнее. Но «решительно и окончательно закрыть тему», как это предлагают Исмаилоглу, – значит «выстрелить себе в ногу». Это противоречит национальным интересам республики. Многие считают, что этот интерес как раз в сохранении как минимум статус-кво в русском секторе системы образования и в возвращении к обязательному изучению русского языка там, где обучают на азербайджанском.

Увы, с 1998 года в школах и вузах, где преподают на азербайджанском, русский язык стал иностранным, изучают его по желанию и при наличии преподавателей. Результат – у большинства выпускников азербайджанского сектора нет функционального владения ни русским, ни английским, ни другими языками. Такое положение может довести республику до культурной автаркии. Хорошо, что властная элита, интеллигенция Азербайджана такой автаркии чураются, поскольку прекрасно владеют русским языком.

Владимир МИШИН, БАКУ

ЛГ 20-08-2016

[150x207]
Болдырев Юрий


Сразу предупреждаю уважаемых читателей: в нынешней избирательной кампании не участвую – никуда не баллотируюсь, изначально не ангажирован. Выступаю не за или против каких-то сил, но за ответственность политических сил любых, а прежде всего – находящихся при власти. В обеспечение этого – за элементарную твёрдую память граждан-избирателей. Чтобы общество наше ничем не напоминало в своём поведении безнадёжного больного этаким коллективным Альцгеймером.

Итак, обращу внимание на то, как подавалась в итоговых передачах Первого канала работа ушедшего состава Думы – о чём упомянуть «забыли».

Первое. Ратификация соглашения о присоединении России к ВТО. Притом что на русском языке вообще нет полного пакета документов – именно на этом основании ЦИК отказал в проведении общенародного референдума.

Второе. Новые законы об образовании и о здравоохранении, открывшие ворота для безудержной коммерциализации и «оптимизации». Отсюда – радикальное сокращение коечного фонда клиник, сокращение штата врачей и медсестёр, укрупнение школ и повышение нагрузки на учителей и преподавателей вузов.

Третье. «Реформа» (в изначальной версии законопроекта – прямым текстом: «ликвидация») трёхсотлетней Российской академии наук.

Четвёртое. Превращение Центробанка в «мегарегулятор» – передача ему ряда конституционных полномочий правительства. Какая разница? Принципиальная: ведь «независимость» ЦБ необоснованно трактуется и как неподконтрольность, причём не только в реализации конституционной функции, но и вообще.

Пятое. Закон «О территориях опережающего развития» – преемник идеи «Корпорации по управлению Сибирью и Дальним Востоком». По сути, допущен отказ от полного суверенитета над масштабными территориями, отменены (применительно к этим территориям) основы конституционного строя (первая глава Конституции), подменена идея развития («опережающего») вульгарной ускоренной эксплуатацией недр.

И назначения, произведённые этой Думой.

Первое. Председателем правительства по предложению президента этой Думой был назначен Д. Медведев. Команда заместителей и министров – Шувалова, Дворковича, Голодец, Улюкаева и Ливанова – уже производная: назначены президентом по представлению премьера.

Второе. Назначение председателем Центрального банка бывшего министра экономики Э. Набиуллиной. Той самой, которая, имея все возможности и ресурсы, не выполнила конституционную задачу ЦБ – не обеспечила устойчивость рубля. При этом вопрос о несоответствии занимаемой должности так и не был поставлен.

Третье. Назначение председателем Счётной палаты бывшего министра здравоохранения и социального обеспечения, а до того много лет – начальника департамента и замминистра финансов (то есть карьерного выходца из правительства – главного подконтрольного Палаты) Т. Голиковой.

Это, разумеется, не полный перечень свершений. Но то, на что я считаю необходимым обратить внимание. Тем более что господствующие СМИ предпочли это более или менее замолчать.

Но зачем эта информация людям?

Только для одного: в бесконечных передачах о «праве выбора» и «праве на информацию» потребителей, то есть нас учат не стесняться и требовать предоставления сертификатов соответствия, годности и т.п. Но это когда мы покупаем всего лишь какой-то ничтожный разовый товар. Так, наверное, когда мы решаем, за кого отдать голос на выборах, тем более, кроме общих разговоров и звонких самоотчётов, стоит потребовать элементарный «сертификат соответствия»? А именно – распечатки голосования разных политических сил по тем вопросам, что мы считаем важными, значимыми для себя, определяющими. И уже на этой основе делать свой выбор: какую политическую силу поддержать, а какой в доверии отказать.


ЛГ 20-07-2016

Погорельская Светлана

Оскал «универсального капитализма»
«Франция атакована!» – заявил Франсуа Олланд после ноябрьской атаки террористов в Париже, о войне говорит он и ныне, после трагедии в Ницце, призывая французских резервистов пополнить армейские ряды. Неважно, что удары нанесены не извне, а изнутри, – атакована страна. Свободный мир. Гражданское общество.

«Серия покушений – чисто французская проблема», – утешают своё население немецкие эксперты. «В Германии к религиям относятся лучше, чем во Франции», – поясняет немецкая социал-демократка Айдан Озогуз. Подчёркивает, что в Германии мусульмане не угнетены секуляризацией. Общее мнение: «У нас это невозможно».

Точно так же, только с огромной долей политического высокомерия, комментировали в Европе российские трагедии 90-х годов. Захват больницы в Будённовске, захват школы в Беслане – это, несомненно, терроризм, но русские сами в нём виноваты. Они не хотят дать свободы народам! До 11 сентября 2001 западные медиа именовали ваххабитских боевиков в России борцами за свободу. До тех пор, пока «борцы» не пришли к ним.

О причинах трагедии в Ницце спорят обильно. Практически все комментарии специалистов полны безысходности. Несколько месяцев спецслужбы проведут в повышенной боевой готовности, потом в целях экономии их снова сократят. До следующей трагедии. Эксперты призывают граждан учиться жить в условиях террора. В условиях непрерывной войны.

А был ли мир после 1991 года?

Долгие послевоенные десятилетия две системы – социализм и капитализм – демонстрировали друг другу свои преимущества, маскируя свои недостатки. Падение системы социализма Запад приравнял к «концу истории»: «свободный мир» победил в холодной войне, либеральная демократия универсальна!

«Конец истории» обернулся концом стабильности. Война пришла в Европу с развалом Югославии. Европейский союз в геополитическом раже расширял свои границы, гремели победные фейерверки, трубили политические фанфары – и сокращались расходы на социальные нужды. «Универсальный капитализм» обернулся к населению избалованной старой Европы тем самым оскалом, который он в эпоху конкуренции систем скрывал за маской «человеческого лица».

В странах Запада, когда-то гордившихся «социальной гомогенностью», вновь растёт пропасть между богатыми и бедными. Ослабляются социальные гарантии, демонтируются постоянные рабочие места. Люди теряют уверенность в завтрашнем дне. В этом мире страдающий депрессией пилот может разбить полный пассажиров самолёт. В этом мире коренной немец в поисках стабильности и братской опоры становится салафитом. А в цитадели богатых и праздных – на Лазурном Берегу – арабский шофёр из соседнего гетто гонит свой грузовик сквозь толпу.

Исламский фундаментализм – не грядущий покоритель Запада, а лишь орудие, с помощью которого современный капитализм пожрёт наконец «либеральные демократии», давно уже ставшие ему обузой. Замордованные бесконечной чередой террористических актов, запуганные призраком «европейского халифата», видя трагическое бессилие своих политических систем побороть внутреннюю опасность, граждане «свободного мира» добровольно принесут свои права и свободы на алтарь безопасности и стабильности будущих постдемократических обществ.


ФРАНКФУРТ-НА-МАЙНЕ


ЛГ 20-07-2017

[350x227]


Ковалёва Ирина




Пока ехали на Лазурный Берег, в голове проблесковым маячком всё крутилось тютчевское: «О, этот юг, о, эта Ницца!.. / О, как их блеск меня тревожит!» Глядя на сверкающие кресты Николаевского собора, я наконец произнесла эти строки вслух. «Жизнь, как подстреленная птица, / Подняться хочет – и не может…» – подхватила моя филологически подкованная дочь. Обе мы даже не могли представить, какое страшное, отсроченное на полтора века пророчество содержится в знакомом с детства четверостишии!

Дорога смерти

За спиной что-то громко, но не слишком убедительно – для взрыва! – громыхнуло. Музыка на Английской набережной оборвалась на полутакте, сменившись отчаянными криками и сухим треском выстрелов. Школьная подруга, с которой мы внезапно сорвались в Ниццу, никого не предупредив (родители до сих пор не знают, что мы были ТАМ), ошеломлённо сказала: «Ира, это теракт! Надо спасать детей!» Я схватила ладошку взрослой уже дочери, подруга, как маленького, взяла за руку своего 16-летнего сына, которому едва доходит до плеча, и мы кинулись в переулок, стараясь не потеряться в нервной толчее.

Ещё секунду назад такая уютная и безмятежная Ницца теперь превратилась в минное поле: не знаешь, где рванёт! Казалось, что город захвачен террористами: ведь на улицах не было ни одного стража порядка или военного! Не выли сирены полиции и скорой помощи: первые её кареты приехали на Английскую набережную спустя 40 минут – за это время многие из тех, кого можно было спасти, просто истекли кровью.

Невероятно, но факт: на сеющий смерть грузовик мы (как и большинство гуляющих) не обратили внимания, приняв его за фургон организаторов праздника. Раз для других машин шоссе вдоль Английской набережной перекрыто, а ему проезд разрешён, значит, он свой, – что можно было ещё подумать? Представить, что французская полиция пропустила на закрытую для транспорта набережную набитый оружием и взрывчаткой фургон имевшего судимость террориста, который прикинулся добрым мороженщиком, – такое точно не могло прийти в голову…

Последняя экскурсия

В Ниццу мы с дочкой собирались давно. Она окончила отделение художественного перевода с итальянского в Лит­институте и теперь учится в докторантуре в Генуе, откуда до Ниццы рукой подать. Мечтали пройтись по бунинским местам, прогуляться по Английской набережной, посмотреть Николаевский собор – самый большой православный храм за пределами России, но всё как-то не получалось. А уж когда во Франции начались теракты, и подавно оставили эту идею.

Но мечты иногда сбываются: за пару дней до 14 июля знакомые позвали нас с подругой на праздничный концерт, который в честь Дня взятия Бастилии давал оркестр легендарного оперного театра Ниццы. Это было абсолютно закрытое мероприятие для местной культурной элиты и официальных лиц. Вход только по приглашениям. И мы решили: надо ехать! Ведь шанс попасть на такой концерт и отметить 14 июля в Ницце, которая славится праздниками сказочной красоты, выпадает раз в жизни.

Забронировав апартаменты на ночь, утром 14 июля мы отправились из итальянской Лигурии на Лазурный Берег Франции. День был депрессивно серый, да ещё и вещи было деть некуда: приехали в Ниццу в час дня, а заселение в квартиру – только в пять вечера. Так и прошагали через весь город с чемоданом на колёсиках, забираясь всё выше и выше в горку до самого Николаевского храма.

Над собором сияло солнце, и такой он весь был радостно-прекрасный, такой былинно-сказочный, хоть и построенный по печальному поводу, что все мысли о плохом, все недобрые предчувствия мигом испарились. На ступенях усыпальницы старшего сына Александра Второго столкнулись со священником, пересказывавшим историю постройки церкви семейной паре: судя по всему, каким-то важным гостям, иностранцам с русскими корнями. Я им ещё позавидовала: вот бы нам тоже такую экскурсию провели! Как оказалось, жить им оставалось меньше семи часов…

По дороге к Английской набережной, в кафе, услышали английскую речь: две темноволосые и кареглазые девушки, очень красивые, объясняли официанту, что они армянки. Несколько часов спустя одна из них прикрыла своим телом детскую коляску…

84 погибших, сотни раненых – от этих цифр волосы встают дыбом. Утром 15 июля на Английской набережной, приведённой за ночь в порядок и огороженной красными лентами, взгляд то и дело натыкался на следы ночной трагедии. Тут пробитая пулей витрина, там – красный тапочек на асфальте. На подстриженных кустах – затоптанная кепка. Здесь совсем страшно – розовая пинетка. Детей на променаде было очень много, в том числе и совсем Читать далее...

[350x233]

Ливри Анатолий


Кто виноват в страшной трагедии с десятками убитых

Теракт в Ницце показал, что нынешняя Европа, одурманенная догмами о так называемых правах человека, гибнет из-за лжи и самообмана своих лидеров и равнодушия граждан.


Уничтожая столь необходимые для выживания Запада режимы Хусейна, Каддафи, Асада, бездумно допуская в Европу гигантские чуждые племена, «толерантные» правители демонстрируют абсолютную безграмотность. Безграмотность и относительно ислама в целом, и отдельных его течений. Для правительства пятой республики шахид из Ниццы – это «французский террорист» или человек с двумя паспортами. Педалировать сразу на его происхождении оскорбительно для миллионов избирателей, приехавших из Африки и Азии и наскоро наделённых гражданством.

Единственное, что интересует находящихся у власти во Франции и во многих других европейских странах, – сохранение собственных привилегий. Ради получения голосов они ужесточают геноцид собственных народов, одновременно едва ли не узаконив во Франции проповеди экстремистских форм магометанства и пропаганду педерастии в качестве нормы поведения. Так создаются социальные группы, враждебные друг другу и абсолютно чуждые традиционному индоевропейскому обществу.

На мой взгляд, пока Запад не откажется от истерической «демократии», пока будущее нации каждого из государств Европы не станет мерилом добра и зла, до тех пор народы континента останутся беззащитны перед террором. Лишь подвергнув обструкции свои правительства, население материка перестанет быть жертвой массовых убийств.


ЛГ 20-07-2016

[350x226]

Кондрашов Александр

Канал «Россия 1» показал новый фильм выдающегося российского режиссёра Владимира Бортко «Душа шпиона», чем очень огорчил

Показал глубокой ночью, сразу же после бездарного проигрыша нашей футбольной сборной команде из Великобритании. Возможно, это сыграло свою роль. Возможно, странное название – шпионами у нас принято называть иностранных агентов, какая у этих коварных, безжалостных джеймсов бондов может быть душа? Но тут шпион – наш, воссозданный по мотивам романа «И ад следовал за ним» бывалого разведчика, когда-то в Лондоне познавшего, что такое провал, а с 80-х годов часто появляющегося на экране в качестве эксперта и писателя Михаила Любимова. Немногие, начав смотреть этот фильм, победили зевоту и сон. И я в том числе. Досмотрел на следующий день, потом пересмотрел весь фильм ещё раз. Хотелось понять: в чём причина провала? Не разведчика, а фильма. Почему многоопытный режиссёр вообще взялся за этот материал? Жанр шпионского триллера очень выигрышный, но почему-то было неинтересно – детектива, который ошеломляет, задаёт загадки, не было, напряжения, интриги, полнокровной жизни – тоже. А какая душа без сценарных мускулов, без образов, без мощных характеров, без сюжетного позвоночника? И ещё гораздо более важное: почему всенародно любимые режиссёры, к тому же говорящие правильные слова с высоких телетрибун, занимающие близкую большинству политическую позицию, обаятельные, патриотически настроенные, лучшие и талантливейшие, всё чаще снимают фильмы, которые проваливаются в прокате?

Однако о «Душе шпиона».

Тема-то в картине заявлена очень важная, богатая, злободневная, в последние лет тридцать одна из главных в России – предательство. Не все услышали в самом начале фильма ключевую фразу: «Мы работаем на тех, кто работает на них». Не услышали, может быть, потому, что её произносил Алексей Панин, за которым тянется стойкий шлейф алкогольных скандалов, и в кадре он, игравший русского разведчика, тоже очень достоверно пил. И подумалось, что наш шпион нервничает, потому что никак не может выйти из запоя, а не потому, что чувствует скорую гибель (его предал «крот», поиском которого всю картину и занимается главный герой Алекс (Андрей Чернышов). Так что многозначная завязка была смазана. Но и в финале уже «крот» (Фёдор Бондарчук) говорит, оправдывая своё предательство, что разведчики теперь служат не Родине, а «Абрамовичам и Чубайсам», которых, разумеется, грех не предать.

Темы предательства наших разведчиков не было в советских «шпионских» лентах: ни в «17 мгновениях», ни в «Мёртвом сезоне», ни в «Ошибке резидента». На теле­экране она мощно зазвучала лишь недавно – не могла не зазвучать, потому что, повторяю, животрепещуще современна, мы тридцать лет уже живём в эпоху предательств. Предали СССР, идеалы юности, предаём друзей, страны, людей (бизнес, ничего личного!), вкладываем деньги не в отечественное производство, а в покупку зарубежных акций, футбольных клубов, яхт – предаём Россию, предаём самих себя.


В сериале «С чего начинается Родина», где действие происходит во второй половине 80-х, генерала-предателя очень убедительно сыграл Георгий Тараторкин. Звучала эта тема и в сериале «Неподсудные», в котором всё происходит уже совсем близко к нашему времени, а переметнувшегося к англичанам фээсбэшника сыграл Кирилл Плетнёв. И мотивы предателей, и их «души» были выявлены. Сребролюбие, гордыня, себялюбие, приоритет интересов личности над интересами государства – либерализм в последней стадии. Многие наши прозападные публицисты с жаром оправдывали иностранных шпионов, провалившихся в России, а также русских перебежчиков вроде Суворова-Резуна, Гордиевского, Калугина и прочих. Для них предательство России – доблесть. Такой тренд.

А что нового внесла «Душа шпиона» в раскрытие этой темы и в российскую «бондиану»? Ничего. «Крота» Засухина играет Фёдор Бондарчук. «Кинобарчук», как его называют едкие критики, актёрскими данными, в отличие от конъюнктурно-коммерческо-продюсерских, явно обделён, в его актёрской палитре пара красок, да и те серые, крайне неприятных оттенков. Никакой сложности и тем более обаяния в его персонаже нет. Говорят, что любой актёр работает на штампах, только у хорошего их пятьсот, а у кого-то пять. Предатель Бондарчука так же прямолинеен и одномерен, как и его борец с предателями из сериала «Шпион» (в «Душе» зачем-то процитирован танец Октябрьского из «Шпиона»). Играешь плохого – ищи, где он хороший. Засухин у него только плохой. Предаёт всех: Родину, своего агента, друга, уводит у него жену, убивает его возлюбленную, всё из-за денег, – в Читать далее...

[350x199]
Появятся ли у нас игроки, достойные звёзд советского прошлого?

Мы опять опозорились на футбольном Евро. Любопытно, что футбол – один из самых любимых видов спорта в России. Но именно на зелёной траве мировых стадионов отечественные футболисты из турнира в турнир демонстрируют игру, у миллионов людей вызывающую отвращение и стыд. В советские времена такого не было. Тогда великого Бескова увольняли за второе место на чемпионате Европы, а Лобановского за такое же место поругивали. А нынешнего заявившего об отставке горе-рулевого Слуцкого после чудовищного провала уговаривают подумать. Если остынет и захочет, пусть работает! Руководить сборной зовут, будто замуж, подразумевая, что жених неказист. Как мы дошли до жизни такой? В советские времена комментаторы готовы были выбежать на поле, а теперешние жалеют, что не могли покинуть комментаторский пост до конца матча. Почему так? Ведь спортивное руководство и руководство страны делает всё необходимое, чтобы футбол развивался. 80% бюджета российских футбольных клубов – это в том или ином виде государственные деньги. Уже не услышишь от тренеров нытья, как в 90-е годы, что мы в разы проигрываем соперникам по деньгам. Теперь у многих по деньгам выигрываем с большим отрывом. Только не на поле. Оказалось, что не деньги играют в футбол, а люди… Люди избалованные и безответственные. Советская система, при всей её небесспорности, вырабатывала в игроках ответственность перед страной, перед партнёрами и зрителями лучше, чем какая-либо другая. Ответственность была частью морального кодекса советского человека. И как мы громили фашистские полчища с криками «За Родину!», так в 1945 году футболисты из дотла разорённой войной страны СССР «порвали» сытых и не знавших военных действий на своей территории англичан на их хвалёных стадионах. А теперь наши игроки рвут только не устраивающие их контракты…

Патриотизм недостаточно только финансировать. Патриотизм надо воспитывать. И воспитывать на примере той великой команды, что обыграла гитлеровцев в оккупации, а не на сборище миллионеров, ходящих по полю, как по пляжу после вечеринки. Патриотизм – это не когда спорт превращают в идеологию, а когда не стыдно за своих спортсменов.

За футболистов уже давно стыдно…


ЛГ 29-06-2016

Коростелёва Валентина

Об этом легендарном лётчике Великой Отечественной войны ещё лет 20 назад знали почти все – от подростков до пенсионеров. А послужили этому и книга «Повесть о настоящем человеке» Бориса Полевого, и фильм с таким же названием, где главную роль исполнил замечательный советский актёр Павел Кадочников. И поскольку в книге почти документально было рассказано о герое и его подвиге, то и большинство людей в нашей стране не разделяли литературного героя и самого Алексея Маресьева.

[350x220]
Так случилось, что мечта стать лётчиком завладела Алексеем очень рано. Но рос он в Камышине, что на Волге, довольно слабым ребёнком, а после и подростком постоянно болел, в том числе ревматизмом, не дававшим покоя суставам. И когда решился поступить в лётную школу, был решительно отвергнут по этой причине. Но Алексей оказался не из тех, кто предаёт свою мечту. Уехав по комсомольской путёвке на Дальний Восток, он всё-таки поступил там в аэроклуб и начал учиться лётным азам, не забывая укреплять здоровье.

А в Европе уже разгоралась Вторая мировая война. Маресьева призвали в армию и вскоре направили на учёбу в Батайское авиационное училище, что в Ростовской области. Получив звание младшего лейтенанта, он стал работать инструктором, однако война повернула круто и его жизнь, и в конце августа 1941 года он совершил первые боевые вылеты на территории Украины, а через полгода был переведён на Северо-Западный фронт. К этому времени на его счету было уже четыре сбитых самолёта.

И вот 4 апреля 1942 года, во время боя в новгородском небе, немцы подбили бомбардировщик Маресьева… Удар о землю только чуть смягчили деревья. Тяжело раненный лётчик потерял сознание. Очнувшись, ещё не зная, что его ждёт, Маресьев мысленно воскликнул: «Жив, жив, жив!» А значит, есть надежда выбраться к своим и снова бить врага! Он тут же поспешил встать на ноги и вскрикнул от боли: обе ноги были серьёзно покалечены. Что делать, как жить дальше?

«И вдруг он живо представил себе немцев на улицах родного Камышина. Они жгут костры из деревьев, с такой любовью выращенных камышинцами. Окутан дымом родной городок, и на месте, где был домик, в котором вырос Алексей, где жила его мать, торчит закоптелая и уродливая труба».

18 суток метр за метром, шаг за шагом, голодая, изнемогая от холода и дикой боли при каждом шаге, Алексей упорно продвигался на восток, к своим.

Когда ноги перестали хоть как-то ему повиноваться, он стал перекатываться – со спины на живот, затем снова на спину, оставляя позади метр за метром… И кто знает, хватило ли бы у него сил, если бы стояла перед ним одна-единственная задача: выжить…

Обнаружили еле живого Маресьева деревенские мальчишки, а после заботливо ухаживали за ним колхозники. Наконец недалеко от села приземлился самолёт, и Маресьева отправили в московский госпиталь. И начался новый период его жизни, а вернее, подвига, ибо болезнь отняла обе ноги, и предстояло научиться не только жить инвалидом, но и продолжать упорно двигаться к намеченной цели – снова встать в боевой строй и управлять самолётом, сражаться в родном русском небе… И в госпитале он продолжал удивлять уже немало повидавших врачей. Во время сложнейшей операции, когда организм его не дал применить общий наркоз, Маресьев не издал ни стона, ни крика. Главный хирург то и дело просил сестёр смотреть, не умер ли пациент.

А пациент, вынужденный смириться с потерей, уже вскоре упорно заставлял новые ноги-протезы подчиняться своей воле.

«Гимнастика ног причиняла острую боль, но Мересьев с каждым днём отводил ей на минуту больше, чем вчера. Это были страшные минуты – минуты, когда слёзы сами лились из глаз и приходилось до крови кусать губы, чтобы сдержать невольный стон. Но он заставлял себя проделывать упражнения сначала один, потом два раза в день, с каждым разом увеличивая их продолжительность. После каждого такого упражнения он бессильно падал на подушку с мыслью: сумеет ли он снова возобновить их? Но приходило положенное время, и он принимался за своё».

После госпиталя Алексея отправили в санаторий. «По санаторию распространилась весть, казавшаяся нелепой: безногий летчик… увлёкся танцами». А Маресьев решил про себя, что никакая комиссия не устоит, когда увидит, как он лихо отплясывает «Барыню» или кружится в вальсе с медсестрой.

«С улыбкой на разгорячённом лице выходил он на улицу, небрежно обмахиваясь платком, но, как только переступал порог и вступал в полутьму ночного леса, улыбка тотчас же сменялась гримасой боли. Цепляясь за перила, шатаясь, со стоном сходил он со ступенек крыльца, бросался в мокрую, росистую Читать далее...

Ермаков Дмитрий


Был 1989, зима или ранняя весна… До окончания моей срочной службы оставалось меньше года. Поэтому-то и была возможность иногда посидеть в комнате, называвшейся в то время «Ленинской», полистать журналы. О!- журналы того времени: разрешённая «запрещённая» литература, разоблачения «сталинизма» и «застоя»… Не сразу, через пятые руки, но доходили те журналы («Огонёк», «Юность», «Смена» и т. д.) и до нашей казармы.
Наверное, один из таких журналов и читал я в тот день и час, когда мой земляк Олег Малинин сказал: «Вот, посмотри стихи…»
А я уже сам писал вовсю. Малинин-то и был первым терпеливым читателем и слушателем моих опусов.
И вот я читаю то, что он мне подал… «Грибоедовский вальс».
«В отдалённом совхозе «Победа»
Был потрёпанный старенький «ЗиЛ»,
А при нём был Степан Грибоедов,
И на «ЗиЛе» он воду возил…» и т. д.
Тут же, помнится, были «Петербургская свадьба», «Подвиг разведчика», ещё что-то…
Башлачёв!
Да-да не песнями – рвущими душу, а стихами, напечатанными строчками пришёл он ко мне. И он для меня был и есть, прежде всего – поэт (ну, какой уж он там, честно говоря, музыкант…), не «рок-поэт», не «бард»… Поэт.
В журналах, в одном за другим, появлялись подборки его стихов и первые статьи о нём. Я читал стихи, твердил их, переживал их как свои («но я с детских лет не приучен стоять в строю, меня слепит солнце, когда я смотрю на флаг…» - бормотал, в ожидании дембеля), тайком вырывал страницы со стихами и статьями.
А Малинин ещё рассказывал, что знал его, видел: Башлачёв бывал в Вологде, в общей компании с его старшей сестрой, и приходил к ним домой… И это казалось совсем уж несправедливо обидным – я мог бы с ним познакомиться, если бы он был жив, этот длинноволосый ангелоподобный парень, писавший: «Рука на плече, печать на крыле, в казарме – проблем, банный день, промокла тетрадь…» (Казалось бы, ну что такого в этих строчках? – а они завораживали).
В те дни я даже написал и отправил письмо в «Огонёк» с предложением поставить памятник Башлачёву. Тогда редакции журналов ещё отвечали на письма читателей. И надо было видеть лицо ефрейтора «почтаря», подававшего мне фирменный огоньковский конверт. А в нём бланк с печатными буквами: «Уважаемый… благодарим Вас за внимание к нашему журналу…»
Не верится, что это было со мной: и смешно, и грустно…
Потом, уже после армии, купил где-то (наверное, в магазине «Мелодия» в Вологде) пластинку «Время колокольчиков», слушал её на проигрывателе-инвалиде, и это было ещё одно потрясение…
В Питере купил книжку «Посошок» (в зелёно-чёрно-голубой бумажной обложке»). Сводила жизнь и с людьми, знавшими его…
В то время Василий Иванович Белов написал статью «против рока». Ну а ведь Башлачёв (как узнали никогда и не слышавшие его, почитатели-последователи Белова) – это же рок!
«Вот, посмотрите какие стихи…», - говорил я писателю, читавшему тогда все мои первые рассказы. «Нет, это плохо, это рок», - отвечал он.
«А деньги, что ж, это те же гвозди, и так же тянутся к нашим рукам», - читал я ему. «А почему деньги это гвозди-то?» - нарочито простецки спросил писатель. И я указал на распятие на стене его кабинета – вот гвозди!
Многое забылось, ушло… А Башлачёв всё рядом. И также вдруг обожжёт досадой – вот по этим ступеням он поднимался в квартиру моего друга, вот по этой набережной Шексны или Фонтанки гнал его снеговой ветер («…скатертью тревога!»)… А уже всё – не встретить, не повстречаться.
Я вот думаю, прочитал бы Василий Иванович его стихи, и сказал бы – да это же прекрасный поэт! Обязательно сказал бы, понял бы его. Белов на таланты и творческую дерзость был отзывчив…
А впрочем, что мне чужие мнения, если и сейчас волосы дыбом встают от этих слов:
«… Пуст карман. Да за подкладкою
Найду я три последних зёрнышка.
Брошу в землю, брошу в борозду –
К полудню срежу три высоких колоса.
Разотру зерно ладонями
Да разведу огонь да испеку хлеба.
Преломлю хлеба румяные
Да накормлю я всех,
Тех, кто придёт сюда
Рассеять чёрный дым…»
То ли это заговор-волхование, то ли молитва, я не знаю…
Вот если бы я сегодня встретил его, я бы, может, и сказал: «Ты подожди, потерпи… Сходи в церковь…»
А тогда я просто шептал вслед за ним: « тут дело такое… нет тех, кто не стоит, нет тех, кто не стоит любви…» И эти слова когда-то спасли меня. Я это точно знаю, я помню…

21-22. 06. 2016 ЛГ

Замостьянов Арсений


Если перелистать ведущие газеты 90-х, пересмотреть документальные фильмы и телевизионную аналитику, может возникнуть впечатление, что творческая и научная интеллигенция сплошь поддерживала распад СССР и суицидальные реформы в духе трёх толстяков. Конечно, это всего лишь пропагандистский фокус. Большинство учёных, литераторов, инженеров, учителей не сочувствовало политическому курсу 90-х, но растерянность от наступившей смуты мешала найти слова, мешала поставить диагноз обманутому обществу.

Тем ценнее позиция таких мыслителей, как историк Игорь Яковлевич Фроянов. Когда дело шло к уничтожению страны, профессор не закрылся в университетских стенах. В 1993 году он выступил на стороне оппозиции, оказался в народно-патриотическом стане, добавил к исследовательской основательности темперамент публициста. Когда временщики сводили счёты с советской эпохой – Игорь Яковлевич обратился к истории ХХ века. И показал созидательный смысл непростого времени. Ведь история дана нам не для проклятий, а для уроков.

Работы Игоря Яковлевича Фроянова уже в первой половине 1980-х вышли за пределы научных аудиторий и стали открытием для всех, кто интересуется историей Отечества. Это – «Киевская Русь. Очерки социально-экономической истории» (1974), «Киевская Русь. Очерки социально-политической истории» (1980), «Киевская Русь. Очерки отечественной историографии» (1990) – книги, обязательные к изучению для каждого гуманитария. Столь проницательного и подробного анализа вечевой демократии у нас не было… Фроянов открывает доклассовый характер Древнерусского государства. Его обвиняли в отступлении от марксизма, потом, разумеется, оказалось, что марксизм сложнее, чем это представлялось догматикам...

«ЛГ» присоединяется к поздравлениям в адрес юбиляра.

ЛГ 22-06-2016

[350x210]

Шульгин Владимир


Реваншизм по-калининградски: место русских героев занимают тевтоны?

Об интервенции чужестранного в Калининграде писано-переписано. И кажется, нечем уже удивить. Но всё-таки местные германофилы умудряются превзойти даже самих себя.

В Балтийском федеральном университете им. Канта – новость. Объявлено, что командовать новым физико-математическим институтом будет – вы не поверите – немец. Из Германии. С высоким индексом цитируемости.

Главный вопрос: у нас что, своих физиков и математиков не хватает? Конечно, за последние четверть века какие-то позиции в науке Россией были утеряны, но не до такой же степени. Если, предположим, не нашлось специалиста нужной квалификации в Калининграде, почему не пригласить из других городов России? Или, к примеру, из Донбасса – там ведь наши люди и среди них есть профессионалы высочайшей квалификации. Почему не трудоустроить своих, почему бюджетные деньги будут тратиться на чужака? Да к тому же из страны, правительство которой последовательно демонстрирует враждебность к России. То санкции оттуда, то бездоказательные обвинения наших спортсменов в допинге. Германия поддержала переворот на Украине, по сути, системно работает против нас, активно ведёт информационную войну. А мы почему-то отвечаем на русофобию… хлебом-солью.

Если руководству университета нужен обязательно специалист, встроенный в западную образовательную систему, почему не ищут нашего, которые имеет опыт работы за границей? Ведь таковых сотни. И немалое число уже вернулось домой, теперь занимают престижные посты и вузах, и в НИИ. Однако в Калининграде выбирают именно немца – для рейтинга, для статуса? Но ведь это не просто унизительно, но и, мягко говоря, недальновидно…

Университетские новации продолжают многолетнюю традицию онемечивания города. Такая практика хорошо оплачивалась Западом. Средства, обильно дававшиеся «новым кёнигсбержцам», пропагандистам немецкой культуры со временем конвертировались в должности и влияние. В результате в русском балтийском Поморье пропаганда германизма стала едва ли не тотальной.

На почте и в киосках вам продадут открытки с видами Кёнигсберга 1930-х годов, сопровождаемые изображением германского герба. Там же предложат записную книжку на магните с видом «Замка Кёнигсберг» и с тем же гордым орлом. В гастрономе продадут местное пиво «Остмарк» (бывшее «Жигулёвское») и Königsberg. Этикетка первого, хоть и русскими буквами, обозначает эту землю как «вооружённую немецкую окраину», нацеленную на покорение Востока. На другой этикетке уже нет ни одного русского слова. В том же магазине у касс можно увидеть выставочные стенды с пропагандистской литературой о «прекрасном Кёнигсберге». В отделе посуды, конечно, в обилии тарелки и кружки с кёнигсбергской символикой. В магазине для садоводов найдёте даже мангал «Кёнигсберг»…

Если включите местную радиостанцию, телеканал, откроете страницу в Сети, то непременно услышите и прочтёте о краеведческих «рыцарско-тевтонских» мероприятиях. Вас пригласят на «Аэродром Девау», который ещё недавно был досаафовским, или позовут в «Макс Ашманн Парк»…

А на День России в регионе прошёл рыцарский фестиваль. Если кто-то решил, что там гостей ожидала реконструкция героических подвигов русских во время Ледового побоища, – ошибаетесь. Главными героями праздника стали ряженые «тевтоны», «робин гуды», «католические монахи».

Нас упорно приучают к кёнигсбергским «звукам» и статусу. Десять лет назад, несмотря на протесты общественности, местный минкульт «возродил» немецкий праздник «День селёдки», хотя издавна существует русский День рыбака. Один за другим создаются прогерманские «очаги культуры», в том числе и на бюджетные средства. Например, «Артплатформа Закхаймские ворота». Там вас не только «отформатируют» «современным искусством», но и предложат купить переводную книгу германского гражданина М. Вика, клевещущего на Россию (якобы Сталин приказал уничтожить мирное немецкое население Кёнигсберга). Ту же книгу с предисловием заведующего кафедрой философии БФУ предложат и в частном музее (стилизованной «душевной немецкой квартире») «Альтес Хаус».

Если вы захотите посетить спортивное мероприятие, пожалуйста, поучаствуйте в «Тур де Кранц» в Светлогорске, который «эволюционно» переименовывается в «старый добрый Кранц», столь ценимый некогда руководством Третьего рейха. «Реставрация немецких имён», актуализация германского прошлого Калининграда происходит повсеместно и к великой радости «смотрящих» вроде Герфрида Хорста, главы Общества любителей Канта и Кёнигсберга (столь любимого ректоратом Читать далее...