[400x526]
34.4.
Разве много радостей к годам
Старости? И вот, те кто ответят:
"Нету их!" - на старость зря наветят,
Я за год два юности отдам.
Интеллектуальным гимн трудам!
По ночам светильники мне светят,
Меня утром первого приветят
Крики птиц. Я стар не ко вредам.
Зверь не то что мёртв, но он уже
Выдрессирован и не мешает
Думать, а хозяин разрешает
Ночью ему быть настороже.
Иногда пёс даже ещё лает.
Глуп, кто жить до ста лет не желает!
Горько вот что: Землю извращенцы,
Видимо, погубят скоро. Зря
Утренняя брезжит мне заря.
И себе морали опрощенцы,
И другим сосущие как щенцы,
Что слепы и без поводыря
Сладко лгут, напрасно говоря:
"Брахма, Вишну, Шива - всепрощенцы!"
Это заблуждение, оно
Приведёт к глобальной катастрофе,
Только им, похоже всё равно,
После них потоп хоть. Пьёте кровь и
Сквозь огонь проводите детей...
К истине не знаете путей.
Так что приготовьтесь умереть,
Потому что страшен он, гнев Брахмы.
К смерти мчимся, да на всех ветрах мы
И уже бессмысленно стареть.
Жизни на Земле не будет впредь.
Женщина, метя, находке драхмы,
Канувшей вдруг как в трахтарарахмы
В радости не кликнет посмотреть
На монету всех своих соседок,
Чтобы объявить им: "Я нашла,
Что искала, ибо пол мела!"
К зависти всегдашних собеседок,
Ибо драхма - это же сто лепт!
Их не пропил старый лептоклепт!
Апофис приближается к вам. Скоро
На Землю упадёт метеорит
И всё на ней, разрушившись, сгорит.
Там крови жаждет Кали, а здесь - Кора.
Но действуете вы наперекор, а
Не слушая, что сердце говорит
Как Павлу - он просил к острову Крит
Пристать, а заслужил кроме укора
Брань кормчего, и что же? - непокора
Остался посрамлённым! В вас царит
Дух противленья, но благодарит
Сам сотник Юлий Павла. Без декора
Звёздного небо и бог далеко Ра!
Один лишь мрак кромешный око зрит...
Когда б не согласился Господь Шива
Сойти на Землю, гнев чтобы излить
На этих, а тех смехом исцелить,
Куда бы завела людей нажива?
Ты, папа Римский, крыса шебуршива,
Умеешь ты зубами лишь пилить.
Что, патриарх Московский, пошалить? -
Отодран третий Рим, аки нашива
Из небелёной ткани, и теперь
Я делаю славян столицей Киев:
Левиафан, добро с его руки ев,
Служит ему, как старцу та подперь,
Которая ногой третьей слывётся,
Доколе ему всё ещё живётся!