[603x335]
ЭЛЛАДА
У философов перипатетиков
Все учителя слушали стоя.
Колоннада (по-гречески «стоя»)
Была местом прогулок. Рост этиков,
Этих самоубийства эстетиков
Породил стоицизм, так что Стоя
Стала, в чём убеждён на все сто я,
Ещё местом собранья патетиков,
Ну а «пафос» есть псевдострадание,
Что украшено речетативом,
Часто переходящим в рыдание,
Да с пластическим декоративом
Жеста… Преподавал в Симферополе
Культуролог… Пучок с ним укропа ли?
Философы желали больше славы,
Чем истины. Профессия витии
Ценилась выше кузнеца, что сплавы
Сплавлять умел. Вот корни Византии!
А где ещё трёх, двух и одноглавы
Орлы? Полностью Библию прочти и
Узнаешь про орла перипетии.
Не сами ли себе искали зла вы?
Философы желали славы больше,
Чем истину в вине волхвы в дни наши
Вот, в кабаке мерещится она ж, и
Нет славы никогда ведь перебольши.
Профессия же ритора, софиста
Ценилась больше мастерства арфиста.
Закон моральный в моём сердце:
«Бога любить должно усердце!»
И Млечный Путь над головой
Жить заставляют не в осердце
На ближнего. Просто на свой
Круг возвратился ближний твой…
И у него ж есть то посердце,
Что пахнет скошенной травой.
В Афинах, а их знать спесива,
Я поместил бы на фронтон
Ученье: «Поступи красиво!»,
Но дорог грекам сладкий стон.
У эллинов я как философ
Стал бы малейшим средь колоссов…
Геометра Евклида однажды спросили:
«Прокормить сам себя, числовед, ты хоть в силе?»
Вопросившему выдал обол грек лукавый:
«Ибо ты ищешь пользы». Слова всех взбесили.
Что сказать хотел этот в пространствах блукавый?
То-то вид у него не просильно-ласкавый!
Чтоб тебя на пиру всякий раз обносили!
Хитрецу подмигнул лишь бродяга клюкавый.
Афиняне топой обступили Евклида:
"Научился считать, и стал пупом земли, да?"
Ничего математик уже не ответил.
Зато скульптор Мирон грекам не инвалида
Изваял - эллинизм, он телесностью светел...
Дискобола! - Красив, правда? Как вы просили!
Милет, трагический поэт!
Не вышел у тебя дуэт
С Сократом, вот ты и взбесился:
«За что бесплатно статуэт
Исстукать Фидий согласился
Сего Сократа? – Напросился!
Не глядя на пескоструэт,
Как с вазой писаной носился
С ним, пустобрехом! Уж так рад,
Что нищий посетил Сократ
Стены его – слуга всё видел! –
Тогда как я, аристократ,
Впрочем, его возненавидел
За то, что он не наш собрат!»
Либерализм и демократия –
Слова, приятные для всех,
И я как мёд душистый, братия.
Смакую с вами их здесь – эх,
Как бы скорбел об их утрате я!
Я б разорвал от сих до сех
Хитон свой, в пепел без отвратия
Сел бы, скорбей аки носех…
Но процветает в нашем обществе
Народовластие, а с ним –
Нестрогость нравов, и, в обобществе,
Ими мир классовый храним.
На театральной лягу сценности
Костьми за обе эти ценности!
Я рос садовым вором. Мне
Как в Спарте дали воспитанье:
Помня о папином ремне,
Сам позаботься о питанье!
Мальчишке нужен риск. Он не
Девчонка, чтобы испытанье
Страхом не выдержать вполне,
Словно герой – врага пытанье.
Со временем я стал хитёр:
Добычей, папа чтоб не злился,
Ворованной с сестрой делился
И с мамой, быв уже матёр,
И очень редко попадался –
Черешней с мая объедался!
Одиссей, царь Итаки
Не танцует сиртаки?
Быть не может. Скандал.
Как же это, вот таки и
Не танцует? Вандал,
А не Еллин! Зевс дал
Меч с копьём для атаки,
Чреслам - танец удал!
Почему не танцует
И конём не гарцует
Разве плохо вино?
Всяк, испив, молодцует!
Как же, пьёт, и давно,
Но сидит всё равно!
Не наступи на скорпиона,
А наступил, так берегись,
И только Беня, сын Сиона
Их топчет с криком: «Не едись!»
Изобразил Лаокоона
Античный скульптор. Приглядись,
Что древний грек во время оно
Явил? – Мозгами потрудись!
Туманного то Альбиона
Конец трагичный. Не влюбись
В статую и Пигмалиона
Грех повторять не торопись!
Экскурс в античность Бенциона
Закончен… На себя сердись!
Дионисийство, значит, очищает
Кровь от застоя? Но сводит с ума
Дионис тех, кто пол свой превращает,
Как Зевс и Ганимед, да хоть сама
Сапфо, стихи которой посвящает
Алкей напрасно – гордая весьма
Ценительница девушек. Смущает
Любовного одной из них письма
И до сих пор гречанок содержанье...
Изнеженной Эллады больше нет,
А поэтессы чувств неудержанье
Осталось, в темноте как липь тенет,
Всё новых жертв, как мошек, уловляя
И девушек бесстыдством удивляя.
Я – девственная пифия, оракулы
Европе изрекающая в Дельфах:
«Пожрёт вас Голливуд с клыками Дракулы…
Как выродился волк – метит сад эльф, ах…»
Я – Клото, судьбы жизненные ткущая,
Лахесис, направляющая нити.
И Атропос, к ним ножницы влекущая…
Со мною рядом Путин, извините…
Я тонкой обладательница талии,
Вокруг меня такие кавалеры,
На мне платья из Франции, Италии…
Поэмы посвящают мне Бодлеры!
Один жить будет в веке девятнадцатом,
Второй – в
Читать далее...