[349x480]
Читатели, следящие за моим продвижением вперёд, должно быть, уже заметили, что я начал расшифровывать стихотворение Арсений Тарковского «Порой по улице бредёшь…». Вот две первые строфы. На данном этапе я приступил к трактовке стиха «Не то чтоб встал кентавр какой…»
Порой по улице бредёшь –
Нахлынет вдруг невесть откуда
И по спине пройдёт, как дрожь,
Бессмысленная жажда чуда.
Не то чтоб встал кентавр какой
У магазина под часами,
Не то чтоб на Серпуховской
Открылось море с парусами…
Итак, стихотворение – о чуде и его ожидании. Вот матрица стиха «Не то чтоб встал кентавр какой…» АБВЕЛНОСТЧШ+АВЕКНОРТ =АБВЕКЛНОРСТЧШ А вот трактовка:
А отчего бы не кентавр?
Эредиа, вот, переводчик
Нессом назвался, скифотавр,
Весёлый как водопроводчик:
- Мадам, у вас там не кадавр?
Не бойтесь, я же не наводчик
Ментовский, просто эпидавр
Болящих душ, в трубу заводчик
Стального троса… Точно труп
Туда частями не был сброшен,
Что отвечать, коль буду спрошен?
Вам… почесать ногою… круп?
Ну как какой, пятой, конечно !
Только извнутренно, не внешно…
[298x403]
ЖОЗЕ МАРИА ДЕ ЭРЕДИА
НЕСС
Меж братьев я не знал в родимом табуне
Ни страсти, ни любви, дитя свободы чистой,
Среди эпирских гор, где шепчет лес ручьистый,
Я гриву полоскал в студёной быстрине.
Я был красив и горд, и, радуясь весне,
Буграми сильных мышц играл мой торс плечистый,
Лишь запах кобылиц, душистый и лучистый
Пронизывал порой огнём меня во сне.
Так будь же проклят день, когда Стемфальский лучник,
Геракл безжалостный в тот полдень злополучный
Доверил мне жену – и страсть меня прожгла.
Ибо проклятый Зевс связал единой кровью
С жестокостью творца, и нету горше зла,
Хотенье жеребца с людской святой любовью.
Сонет Эредиа в моём переводе опубликован в «Album Romanum». Вычислите теперь вероятность того, что я из всего корпуса «Трофеев» выберу именно этот сонет (а их там более сотни), помножьте её на вероятность того, что я стану переводчиком французской поэзии (из всего студенческого состава факультета РГФ, учившегося при мне на всех курсах, я был единственным, кто профессионально занялся этим неблагодарным делом). Вы получите грубую пропорцию 1/10000. Но её ещё нужно умножить на вероятность того, что я самостоятельно начну изучать теорию стихотворного перевода, потому что учителя, к которому я мог бы обратиться по любому вопросу, у меня не было. Я самоучка. Можно добавить ещё условия, sine qua nоn, и пропорция, выражающая вероятность, вырастит ещё на несколько нулей. Важно, однако, то, что чудо имеет математическую интерпретацию, следовательно, оно… сугубо научно даже по самым строгим позитивистским критериям! Именно этим истинное чудо отличается от ложного – оно не требует веры, но само порождает её! Кстати, сонет Эредиа я перевёл при жизни Арсения Тарковского, ещё не читая его стихотворения. Представляю, как он был ошеломлён! Теперь читатель понимает, почему именно мне он адресовал своё литературное завещание.
Но в этом же фрагменте ещё два сонета.
Кентавр как велосипедист,
Велосипед как конь железный.
Наездник я его бесслезный,
Не скороход-автопедист,
Который жать на ту педь ист.
Скупой исток из неё, слезный,
Бег Автопеда* бесполезный…
Мне скажут: «Ты поэт-садист!»
Нет, отвечаю, но всего лишь
Чтец добросовестный. Изволишь
На место встать моё? – Смотри:
Есть правила стихов извода.
Виднее с места твоего, да?
Тогда молчи и не остри.
*Арсений Тарковский
Эпитафия скороходу
Царь Александр Македонский воздвиг усыпальницу эту –
Да упокоится в ней раб-скороход Автопед!
Триста три тысячи стадий отмерил он правой ногою,
Столько же стадий другой – левой ногою пройдя.
Если ты веришь Зенону, сложи эти числа, прохожий!
Молви: Хитрец Автопед бегал всегда босиком!
В контексте той эпохи речь может идти только об одной «усыпальнице» – саркофаге на Чернобыльской АЭС. Или есть другие трактовки? Вообще-то, я расшифровал всё послание, но поделюсь только одной трактовкой. Возьмём имя «Автопед»: АВДЕИМОПТУХЫ:
Автопед, Вадим, это петух.
Автопомпа в попе Автопеда…
Но пожар при этом не потух!
Ты не Автопед? Тогда – победа!
Вне всякого сомнения Тарковский уличает в анальной мастурбации Михаила Сергеевича Горбачева, который является вдохновителем и организатором Чернобыльской аферы. Наконец, ещё сонет. Не зря же Горби дал Вознесенскому Ленинскую премию за поэму "Лонжюмо" (при перестановке букв получается всего одна фраза: "Мюжюложно можно!")
Только ещё велосипедик
Прозрачный* есть из «Лонжюмо»,
Зовётся так, коль ты не педик,
На их жаргоне ющи жмо.
Не понял, не энциклопедик?
Ну, что течёт в ночи само?
Раз уж ты варвар и в толпе
Читать далее...