Мрачную бездну раскрыл, устрашая несчастных бедою.

Но возмутилась Аврора безумьем Нептуна, и грозно –
Стала взывать к милосердию ветра и к милости Феба:
«О, помогите страдальцам! Спасите от бедствий несчастных!

Остановите безумца! Ведь к гневу его не причастны –
Не причинили злодею они никакого урона». –

И лишь успела промолвить Аврора, прояснилось небо.

Взором, сияющим, Фебу она улыбнулась любезно.

Хлынули солнца лучи, испарив в небе мрачные тучи.
Феб, в окруженьи летящих потоков весёлого бриза,

Рад потакать был богине Авроре в малейших капризах.
А в бирюзово-лиловых волнах море светом чудесным

Вновь заискрилось, играя их рябью и пеной кипучей.

Ошеломлённые вдруг наступившим затишьем и миром,
В дань поклоненья богам беглецы преклонили колени,
Жертвенный дар принося, всем богам фимиам воскурили,

И за спасенье в восторге они всех богов восхвалили.
День у богов на Олимпе закончился праздничным пиром.
А беглецы свой продолжили путь, вновь полны вдохновеньем.

Долго ли, коротко ль – путь продолжали, надеясь на счастье,
И огибая теченья проливов, угрозу таящих,
Вновь призывали на помощь богов и богинь, умоляя
Жизнь сохранить им, спасенье от шквалов и бурь посылая,
Жертву, суля принести всем богам, когда час тот настанет.

Боги, внимая мольбам беглецов, помогали несчастным.

Полную горечи чашу судьба преподносит нередко –
Вряд ли минует кого-то из смертных с лукавой усмешкой…

И вот, казалось бы, берег, желанный и девственно чистый,
Близок и радует взгляд красотой и цветеньем душистым…
(О, нелегка была доля, подчас роковая, у предков!) –
Ветер, собрав горы туч, вдруг примчался стремительный, крепкий.

Волны, огромной лавиной, исторг он из бездны