Рабы ОМОНа. В элитном Отряде милиции особого назначения ГУВД
Москвы — нештатная ситуация. В подразделении, главная задача которого —
подавлять уличные протесты граждан, зреет бунт. Письма-разоблачения уже ушли в
администрацию президента и Генпрокуратуру. А бойцы 2-го батальона пришли в
редакцию — рассказали, как зарабатывает милицейское начальство, в чем суть
бизнеса под названием «охрана общественного порядка» и как разгоняются «марши
несогласных»
«Если уж завелась крыса, то она завелась» — так прокомментировал ситуацию,
сложившуюся во 2-м батальоне, начальник московского ОМОНа генерал Вячеслав
Хаустов (его слова The New Times передали через пресс-службу — от официальных
заявлений ГУВД отказалось).
А ситуация следующая. «Крысы», то есть бойцы 2-го батальона ОМОН ГУВД Москвы,
обратились к Дмитрию Медведеву с письмом: «Мы можем работать по 10–15 дней
подряд, по 17–20 часов в день без обеда. (...) Командир батальона полковник
милиции Евтиков С.А. с одного сотрудника требует в конце смены трех
задержанных, если их нет, то сотрудник лишается премии или мэровской надбавки к
зарплате. (...) Полковник Евтиков создал в батальоне свою незаконную
подработку. (...) Как часто выражается полковник Евтиков, «вы рабы и должны
делать то, что я хочу». Список претензий можно перечислять еще долго. Письмо
подписали Алексей Волнушкин, Андрей Стручков, Алексей Попов, Сергей Таран,
Михаил Потехин. Всего около десятка человек, прапорщики и старшие сержанты.
Копии письма направили также в Департамент собственной безопасности МВД,
Генпрокуратуру, администрацию президента, начальнику ГУВД Москвы Владимиру
Колокольцеву, командиру отряда генерал-майору Вячеславу Хаустову, начальнику
МОБ ГУВД генералу Вячеславу Козлову. В ответ — тишина.
Но бойцы ОМОНа молчать более не намерены. Вот их рассказ, который был
записан в редакции The New Times:
ОМОН как работа
Отряд милиции особого назначения (ОМОН) создавался для выполнения опасных
заданий в городских условиях. Для захвата и ликвидации особо опасных преступников.
Но операции по захвату преступников ушли в историю вместе с 90-ми годами.
Приоритетные задачи бойцов изменились. Как? Вот пара примеров. В конце прошлого
года в ресторане неподалеку от ЦУМа Дмитрий Медведев решил устроить
неформальный обед для высокопоставленного иностранного гостя. Нам тот обед
обошелся в четыре дня, ровно столько мы дежурили возле ресторана. ОМОН снизу,
ФСО — по крышам. По телевизору обед показали, а наши четыре «Урала»,
припаркованные тут же, нет. Прокляли мы тогда этот его обед. А он (президент) —
довольный. Видели его, как эту стенку. Мы стояли на другой стороне дороги. Но
перекрытия по случаю приезда высоких гостей для нас все же редкость. Три наших
наряда постоянно стоят у Кремля, один — на площади у мэрии на Тверской, 13.
Один всегда в резерве — на случай чего-то непредвиденного. Постоянный патруль
дежурит на Манежной площади. Если человек что-то нарушил, совершил мелкое
хулиганство или преступление, его надо задержать, доставить в УВД
«Китай-город», оформить. А если человек ничего не сделал, за что его оформлять?
Но один сотрудник должен за смену троих задержать. Если их нет, нарисуй, но
чтобы отчет в ГУВД выглядел красиво. В итоге в УВД «Китай-город» бомжи
оказываются по 12 раз за неделю — за мелкое хулиганство. И никакие слова об
отмене «палочной системы» ситуации не меняют. В 2008 году московский ОМОН якобы
задержал, доставил и выписал штрафы 40 тыс. граждан. Это небольшой город в
провинции! В начале 2009 года было селекторное совещание, где сказали: «В этом
году должны оформить никак не меньше 40 тыс.» Лет через 10 пол-Москвы оформим.
Не выполняешь план, отказываешься делать приписки — теряешь часть зарплаты. Наш
командир батальона полковник Сергей Евтиков говорит: «Если у вас не будет
задержанных, вы не будете получать полноценную зарплату». Зарплата сотрудника
ОМОНа — 15–16 тыс. рублей. Плюс надбавка от мэра Москвы 10 тыс. рублей. Вот
этой надбавки и лишают. Для приезжих 26 тыс. — деньги весьма приличные, а
москвичей у нас очень мало. Полковник Евтиков еще в 2005 году сказал: «Нам не
нужны москвичи, они задают слишком много вопросов. Нам нужны иногородние,
верные и тупые». Иногородние послушнее, они живут в общежитии, то есть зависимы
от начальства, а значит, лишних вопросов задавать не будут.
Тупыми, тут полковник прав, руководить проще. Да и много ли надо ума, чтобы
махать резиновой палкой? Что нам — бомбу разминировать или террористов
захватывать? Две тысячи человек (бойцов ОМОНа. — The New Times) в Москве,
основная задача которых — махать дубинкой. К нам приезжают французы опыт
перенимать — они так не могут арабов разогнать в Париже, как мы здесь, — и
удивляются: 2 тыс.— это же целая воинская часть, куда вам столько? А есть ведь
еще подмосковные части: подольский ОМОН, щелковский, которые курирует лично
министр внутренних дел.
ОМОН как бизнес
Наш командир и его
Читать далее...