Решив устроить пышное застолье или скромную домашнюю трапезу, почему бы не украсить блюда настоящим итальянским соусом домашнего приготовления? Предлагаем вашему вниманию простой рецепт пышного соуса песто из зелени петрушки. Ваши члены семьи и гости будут очень довольны таким дополнением угощений.

Предлагаемый соус песто готовится из доступных ингредиентов с минимальными временными затратами. Он имеет яркий цвет и насыщенный вкус, который выгодно дополнит блюда из макарон или мяса, салаты, пиццу. Используемая зелень – обычная петрушка, орехи – грецкие, сыр – лучше пармезан, масло – конечно же, оливковое.

Ингредиенты:

• зелень петрушки – 70 г
• сыр пармезан – 50 г
• грецкие орехи (или кедровые) – 30 г
• чеснок – 3 зубчика
• масло оливковое – 100 мл

Приготовление:

Интервью с Бертом Хеллингером: «Вокруг нас есть что-то большее, во что мы все вплетены» [показать]

Немецкий философ, психотерапевт и богослов Берт Хеллингер, опираясь на результаты многолетних исследований, пришел к выводу, что наши родители, бабушки и дедушки передают нам судьбу по наены. В момент рождения мы становимся частью взаимосвязей, сложившихся в роду.

По мнению Хеллингера методы, которые ограничиваются исследованием текущей жизненной ситуации человека, в большинстве случаев неэффективны. При работе с методом семейных расстановок, проблемы изучаются шире, определяются и устраняются их источники, которые могут крыться в предыдущих поколениях.

Мы предлагаем ближе познакомиться с Бертом Хеллингером, и приводим фрагменты беседы психиатра с Вилфридом Неллесом.

В. Н.: Господин Хеллингер, Вы ведете себя как терапевт и все же Вы не терапевт. Кем видите себя Вы сами?

Б. X: С одной стороны, я вижу себя учителем. Но прежде я вижу себя, по сути, ближним, тем, кто на общечеловеческом уровне резонирует с другими и, может быть, что-то приводит в действие. Я — тот, кто ищет гармонии, кто помогает, когда что-то показывается из скрытого. Чему способствуют семейные расстановки, так это тому, что сразу выводят что-то на свет. Но и это на самом деле не то. В принципе я чувствую себя тем, кто взят на службу для чего-то, чего он не понимает.

В. Н.: Но Вы ведь еще и учите. Например, правильно обращаться с экзистенциальными жизненными ситуациями, Вы учите правильной позиции и образу действий для терапевтов и помощников. Откуда Вы это черпаете? Из непонимания?

Б. X.: Да. И для меня тут есть один очень простой ориентир: я чувствую, куда течет поток у меня самого, и в принципе я просто иду с ним туда, куда он течет. И если вдруг это движение прекращается, если я не могу двигаться дальше или замечаю, что я на ложном пути, я просто останавливаюсь. И тогда я могу долго, очень долго, целые месяцы просто ничего не делать и оставаться в этом покое, пока откуда-то извне, часто совершенно неожиданно, ко мне не придет что-то, что даст мне новое направление. Это и есть подлинное. Я совершенно не думаю о том, чтобы кому-то помочь, об экзистенциальных вопросах или чтобы кого-то чему-то научить… Для меня это вообще не вопросы.

В. Н.: В принципе это духовное исполнение Вашей собственной жизни.

Б. X.: Его можно было бы назвать духовным, но я очень сдержан при обращении с такими понятиями. Тут ко мне подошел один человек заговорил о моем вчерашнем докладе («Психотерапия и религия»). Он спросил меня, является ли для меня чем-то важным самоотдача. Я сказал: «Нет, это опять же представление о том, что «я что-то делаю». А тут просто ведет или несет некое поле». Тогда он сказал: «Но разве это тогда не что-то абсолютно естественное, где за этим совершенно ничего не стоит? Когда просто находишься на одной волне с этим естественным?» Я ответил: «Да, это мне созвучно». То есть это последний отказ, отказ от духовного, божественного. Который более всего сообразен таинственному, тому, что есть. И который есть то, что ведет в пустоту.

В. Н.: Долгий же это путь — от священника к этому последнему отказу!