взглянуть бы на космос пустынь
и душой отдохнуть.
твоя красота - молочаевый взгляд зелёный;
надломленный лист - бросается в слёзы, и вот
звезда,
на которую ты сквозь них смотришь -
становится ярче.

*

а вот, как звезда - тубероза.

и руки с мороза
срывают её, ничего уже не ощущая.

опускаясь на дно, я всегда говорю себе: ещё раз
мы сделаем это ещё раз

в грязи в пыли и в дерьме, я всегда сделаю это ещё раз

и я встаю: вот так.

не точка упора, а точка освобождения.

блядь блядь блядь блядь блядь блядь блядь

ты отвечаешь: тебе понятно, и мне понятно.

я впервые ощущаю, как вновь натягиваются нити. как время пространство и расстояние на их пути взрезано, словно ножом.
края расходятся: с неумолимой силой двух существ тянет друг к другу.

ты ещё не знаешь меня, но зовёшь. всю свою жизнь.

и что же я увижу

если ты следуешь за мной по пятам, значит, мы всё равно вместе

ничего. логически - ничего не меняется, но всё такое дерьмище, что переваривать трудно.
и так каждый ебучий раз, каждый ебучий раз - я на это не злюсь, я просто повторяю - каждый раз (ебучий) пока оно не обнулится, не сотрётся, не смешается в вечном приумножении, в своём сиятельном изобилии

проблема: такие дни, а тоже нужно... делать хотя бы что-то?

мне понравилась информация про римские фрески, о том как краска в них каменеет.
мне трудно сосредоточиться. удерживать внимание - бля, это пиздец.

как и прежде сладкие и ядовитые - любые - мне не хочется делить свои дни с другими.
чувствую, как время этого дня давит на лоб и щёки
чувствую... что я действительно чувствую? скажи мне, а?