Сегодня я случайно наткнулась на одну старую фотографию родителей. На ней они в компании друзей, отмечают какой-то праздник. В центре композиции – плюшевый бык. Я его помню. Это подарок одного из друзей.
Скорей всего, быка дарили в год быка (что логично) Кто именно его принёс – не знаю, но сам факт его появления в моей памяти существует, хотя и довольно смутно.
Год быка был 97-м годом, а это значит, что на момент этого воспоминания мне было 4 года.
То есть, из того, что я могу прикинуть по хронологии – это моё самое раннее воспоминание.

Бык. Прямо как в том сне.

иногда я очень скучаю по Рико – Рико всё время занят
но я в его мыслях, и знаю это. знаю, что где-то на подкорке Рико держит меня в уме, как таблицу умножения, как строчку из Пушкина – как существующее в пол силы, но, всё же, существующее всегда, на уровне постулата

как то, что никогда-никогда не забывается

иногда я думаю – почему я так хорошо знаю Рико? откуда берутся понятные нам обоим картины, откуда ноунеймовые мелодии, откуда всё это и почему с ним тепло так, как не бывает вообще ни с кем

Рико похож на того парня с великом из моего прошлого. парня по имени Санёк – он гонял на своём старом лясике, вечно перекрашивал раму, подарил мне эмалевую брошку с розой – которую я выкинула
Санёк приезжал повидаться – и сразу куда-нибудь исчезал, у него вечно были дела во вне

Рико тоже гоняет на лясике, приезжает повидаться, и постоянно торчит в недосягаемых каких-то делах
И, хотя сходство очевидное (ржавое, застаревшее) – я знаю Рико не поэтому

А почему?

Но почему?

спишь ли среди этой ночи
и о чём твои мысли свернулись в комочек
завтра распахнут крылья
а сегодня – до сыта
сиропа в брюшках и позолота
цветов, что уже скрыла опавшими листьями
осень

вечность это обязательно лето

мой патронус, это курсы "мастер текста" в 2016ом
это магический реализм, постмодернизм и метапроза

это прозрения, которые освещают душу вспышкой, с которой на долю секунды вещам позволено утратить их значение – вещественности отделится от теней, и, как под хиросимой, зависнуть во времени

я думаю, в такие секунды, всё что ни есть внутри становится частью взрыва, и существует уже на ином уровне. это дверь, в которую можно войти, а потом она исчезает. это место существующее однажды – из него не вернуться

отматывая каледоскоп (абстракций, потому что время тут, что ли, бессильно) к 200..ому? мне было приблизительно 14 или 15 лет, когда случилась та вспышка. и я вошла, и дверь исчезла, и теперь мои попытки жить в том, утраченном мире, тщетны
но с точки зрения мира, потеряна, разумеется, я
он называет это энергией
он говорит "она разрушительна"

Пелевин гений, читайте у него всё

избирательно: я бы стёр себе память. как в вечном сиянии чистого разума
точнее: эмоциональную память

лучше нежность иллюзий или огрубевшие ныне реалии?

каждый день смотришь в лицо тому, чем не получается обмануться. и каждый раз чувствуешь неприятную такую тоску по этому поводу.

никогда в жизни такого не было, чтобы книга понравилась мне н а с т о л ь к о.
четвёртый день кряду состояние, словно я по уши влюблён, и при этом – связь с предметом моих мечтаний невозможна.
четвёртый день я словно пустил по вене концентрированный краш и теперь переламываюсь, как могу, потому что доза была одна – и теперь всё.
у меня поднялась температура, полезли зубы мудрости и пропал аппетит.

"зачем так ждать чего-то так сильно, желать чего то так сильно?"

обливать сердце кровью.

мне не страшно, мне только круто

срань господня, да как справляться с этим всепоглощающим раздражением
без понятия, как это сублимировать

может рассказ написать, о том какое всё дерьмовое?

зачастую информация меня просто нокаутирует. я сижу, и не могу прийти в себя, не могу оправится
часто спрашиваю "ну и что мне с этим делать?" - чем больше узнаю о себе, тем больше спрашиваю.

я закрытое здание, государственный объект.
я всё время скучаю.
я ничего не доделываю, не досматриваю, не дочитываю.
я люблю только утро, я люблю свой кофе и овсянку с орешками. я знаю, как и что работает в моей голове – а смысл?
до конца моих дней я так и буду обделён дофамином. в тисках между стимуляторами и успокоительными.
потрясающий энергоресурс. компактный, под давлением. копится, копится, копится – если бы я только умел здраво его расходовать.

говорят, у этого есть сильные стороны. и я разберусь с этим. но не сейчас – сейчас я парализован