Вспышки этой самой злости преследующий меня изо дня в день, стали сущей мукой. Я понимаю что не права, но все равно злюсь и кричу. Вывод, надо к врачу!
Мне сегодня все все равно. Мне плевать на то что и кто скажет или подумает, на то что жопа растет от такого количества пищи, на то что он не вспоминает меня, на то что кому то хуже чем мне, на то что надо помыть посуду. Мне просто плевать на все и сразу. И от этого еще хуже...
Мне просто необходимо кого-то любить. Я не в силах жить без этого чувства. А когда не любовь...я становлюсь далекой и безразличчной, как скала на горизонте, вершина присыпана снегом, а внутри кипит кровь земли...
Не любовь это не боль-это пустота
Все самые интересные книги попадают ко мне в руки случайно. Вербера я купила в книжном магазине потому, что у этой дешовой книге в мягком переплете была необычная обложка, на которой была написанна весьма интригующая анатация. Да и просто хотелось чего-то нового. Это были "Муравьи". Устроившись на диване с кружкой чая я начала читать, а утром закрыла книгу и пошла на работу. А в перерыв сходила и купила "День муровья" и "Революцию муравьев". Все три книги я просто сожрала, причем совершенно не соблюдая правил этикета и исходя слюной на каждую страницу. Они были так вкусны, что я до сих пор помню это ощущение.
И как-то так вышло, что Вербер стал моим любимчиком, его книги я ставлю на видное место и мечтаю что когда выростит моя дочь, то захочет их прочесть. Сам Вербер для меня - шикарный мужчина в эротичных очках, с ним я на Вы, беседы ведутся в благородной обстановке за чаем. Я уже прочла почти все его книги и три раза перечитала "Энцелопедию относительного и абсалютного знания". Так что его место в моей голове вполне заслуженно и непоколебимо.
Виктора Пелевина мне принес почитать друг. Это была книга "Чапаев и пустота". Сказать честно,я не сразу увидила в этом словестном бреду тот глубокий смысл,что безсомнения там заложен. Да и оценила я не сразу. Прочитав пол книги, я закинула ее на полку и на месяц забыла. Ну не пошло, что тут сделаешь. А через месяц зачем-то достала и начала читать с самого начала. И тут-то и случилась метаморфоза. С первых строк мне стал понятен и ясен смысл, каждая прочтенна фраза была им наполнена. Все стало так отчетлево ясно, что я была очень удивлена, как не поняла все сразу. Эта книга для меня не имела вкуса, она просто имела смысл. Потом была "Жизнь насекомых", "Поколение-П", "Священная книга оборотня", "Числа", "Акико" и многое другое, включая раннии произведения. Но еще есть к чему стримится, я прочла не все книги. Пелевин, в сущности - это целая философия. Я его место в своей голове обнисла забором, чтоб не смешивать ни с чем, а то шут знает, какую цепную реакцию это может вызвать. С Пелевиным беседы на Ты, под текилу или темное пиво, с разговорами, которые лучше не подслушивать верующим, слабонервным и научно подкованным гражданам. Его книги тоже стоит на видном месте. И я их тоже однажды подсуну дочке, только на мой взгляд, лучше это следать тогда, когда переходный возрат уже перестанет насыщать мозг гармонами самоуверенности, а то может не правильно понять.
Круглый стол,расставлены тарелки.
Ужин стынет, а его все нет.
На часах живые белки-стрелки,
Приблежают горестный рассвет.
Сложный выбор,верить и не верить.
Сердце боль поймало как в капкан.
У соседей заскрипели двери,
И прополз по стенке таракан.
Все сидит,надеестся,томится,
Что изменит эта маята.
Сердцу женщины совсем легко разбится,
Раз,и дальше только пустота.
Вкрадчиво и без особой спешки
Льдинки слез растаяли в тепле.
Проложив две тонкие дорожки
На щеках,как шины на земле.
Круглый стол, расставлены тарелки
И остыла вкусная еда.
До чего же глупо было верить
В то,что что возвратится он сюда.
Читать книги меня научил отец. Он читал всегда и везде и все вподряд. В нашей маленькой комнатке в хрушевке были две большие книжные полки, которые папа проэктировал и изготовил лично. Ведь сделаная рукой отца колыбель, лучшее местечко для любимого детя. А свои книги он любил именно так, как любят ребенка, то есть не за что-то, а просто потому что он есть. Книг было великое множество, а некоторые даже в нескольких экземплярах. Из командоровок мама везла книги для папы, папа книги для мамы, и строго раз в неделю мне к ночному сну выдавалась новая книга-сказка, сначала я смотрела картинки, а потом кто-то из родителей мне ее читал. Для неугамонной меня этой одной новой книги тогда было вполне достаточно, ведь она теперь была всегда и навсегда моя. За годы моего детства этих моих книг-сказок скопилось огромное количество, и они дожили до сегодняшнего дня. И то, что когда "недочитала" я, теперь убивает моя дочь.
Я никогда не противилась желанию дружить с книгами и не скрывала любви к ним, даже тогда, когда большенство друзей в силу возроста, считали это тупейшим занятием. Но я точно знала что мой отец не станет тратить время на что-то неимеющее смысла.
Отца убили...остались его книги...
Я довно уже читала сама, но к этому вопросу подхожу избирательнее отца. Он считал что всякая книга достойна прочтения, я так не думаю и теперь. Делится мнением о прочитанной книге мне не с кем, кроме папы, но он может лишь слушать, а хочется диалога. Ведь гараздо приятнее делится чем-то, чем оставлять все только для себя.
Все как обычно, нет причин для слез,
Уносит ветер запах твой и вкус.
Но пальцы помнят путь волны волос,
И пива с персиками горько-липкий плюс.
И как рубашка словно два крыла,
Распахивалась будто для полета.
И как к себе поближе позвала,
Пугаясь в телевизоре кого-то.
И как читала грустные стихи,
В глаза смотрела, целовала губы,
Простит нам Бог обиды и грехи,
Игра была... Невесты- женихи,
Но оба всущности мы безответно любим...
Одиночество для каждого человека, это что-то свое. Одиноким можно быть и в пустой квартире и в доме полном родных тебе людей. Я чаще всего ощущаю свое одиночество когда мою посуду. Странно что оно приходит именно в этот момент. Дочь дергает за шорты и лапочет что-то на своем русско-детском, муж бубнит что-то о колбасе или вчерашнем футболе, а я умываю тарелку за тарелкой и ощущаю как ОНО приходит, сначала тихо стоит и смотрет из-за плеча за движением моих рук, потом мякго обнимает за талию и зарывается носом в волосах, обдавая меня свои холодным дыханием, и вот я уже совершенно отчетливо понимаю как мне одиноко, как я устала мыть эту посуду, как я хочу сказки и тепла. Но муж бубнит, дочь капризничает и я им нужна. хотя бы для того, чтобы кто-то мыл за ними тарелки...
[604x401]
Первая, последняя, забыватая,
Ты сидишь в обнимку с унитазом.
Пьяная, усталая, разбита,
Водка теплая и горькая зараза.
Все что пройдено, забудится, расплавится,
Ты проспишься и наступит пустота.
Полу счастье, полу праздник, полу помнится,
Но за новым днем уже не та...
P.S. Все посты с таким названием будут содержать в себе визуальное выражение моей шизофринии.
[407x480]
в клубе "Третий рим" я до этого дня никогда не была. Бар (кстати, нечеловечески дорогое удовольствие), диванчики, шесты для стриптиза и огромный танц-пол. стены расписаные графити, свето-музыка, все напиминает что то среднее между клубом для гопников и электронщиков. и во всем этом благолепии ПАНКИ )))))))) куча всяких разных людей. кто чисто панк с виду, кто просто на шмотье, кто ну просто Ынтилигентище. панки, скашники, хулиганье и эмики...все в одной большой куче адового слема. было весело. жгли как могли. лично меня из всех выступавших интересовал только Кожаный олень. все остальные были мягко говоря никакие... но в целом впечатление супер! почаще бы так отжигать..
[441x480]
Как становится грустно и тяжело, когда понимаешь, что все то во что ты искренне верил, полное дерьмо. а когда этим дерьмом оказывается человек, становится совсем нелегко. мир будто выворачивается наизнанку, выблевывая в пустоту все твои надежды и мечты. становится скучно наблюдать время. хочется забыть, причем совсем, навсегда и без следа. как в людях в черном, вспышка... и ты чистый лист, без памяти утрат и боли обид.
а я ведь писала ему стихи....открывала дверь в сердце и прощала ошибки.
как же банально, глупо и по детски наивно звучат эти слова из уст взрослой женщины, из уст матери в конце концов...
и ведь не я одна такая. мы всю жизнь делаем одни и те же глупости. сшибаем лбы о те же стены что и наши родители. плачем о тех же печалях. задаемся тем же неразрешимыми вопросами. но, при этом не слушаем ни чьих советов и думаем что мы самые умные.
вот уж точно идиотизм. но в нем вся наша жизнь.