Хотим поздравить с Днем рожденья
И счастья в жизни пожелать.
На жизнь не стоит обижаться,
Не стоит в жизни унывать.
Пусть будет все: гроза, метели,
Пусть будет радость и покой.
А если очень будет трудно,
То знай, что мы всегда с Тобой!!!
Умели бы мы творить чудеса
Томочку мы одарили б сполна:
Корзина успеха, пакетик везенья,
Мешочек веселья на твой День Рождения,
Здоровья рюкзак - на хрупкие плечи,
Тугой кошелек с пачкой баксов - при встрече!
От имени и по поручению нашего Клуба,позволь мне открыть бутылочку шампанского и провозгласить заздравный пост в честь нашей новорожденной - Томыовсянки,в миру Тамарочки,умной и прекрасной женщины,доброй подруги,любящей мамы и бабушки, автору многих постов в нашем сообществе и просто нашей дорогой подруги!Так поднимем бокалы!!!
Возвышенных слов не буду желать,
Желаний несбыточных тоже...
Здоровья и счастья хочу пожелать!
Я знаю, что нет их дороже!!!
День рожденья - хорошая дата,
Но немножко грустно всегда,
Потому что летят незаметно
Наши лучшие в жизни года.
День рожденья - особая дата,
Этот праздник ни с чем не сравнить,
Кто-то умный придумал когда-то:
Имениннику радость дарить.
Радость встречи, улыбки надежды,
Пожеланья здоровья, тепла,
Чтобы счастье безоблачным было,
Чтоб успешными были дела.

У тебя сегодня день рожденья -
Самый светлый день,
Так прими же поздравленья
От самых дорогих людей!
Мы готовы тебе в этот день подарить
Нежность роз поутру, свет, тепло, доброту
Много ласковых слов и земную любовь.
Все, что лучшего есть на земле и в судьбе
Мы от чистого сердца желаем тебе!

Привет, мои дорогие! Я хочу предложить вам посмотреть гардероб леди конца 19 века.
Девочки делали такие подборки не раз, но давайте полюбуемся этой красотой еще)
Теплые дамские жакеты 1890 год
В 50-х годах 19 века модный силуэт женского костюма определялся естественной линией талии и огромной юбкой — кринолином.
[показать] Корпус песен, связанных с Великой Отечественной войной, во многом сложился уже после 9 мая 1945 года — большая часть военных хитов вообще была написана спустя десятилетия после этого дня. Но были и другие, те, которые действительно слушали на линии фронта.
К 230-летию со дня рождения Марселины Деборд-Вальмор
Начало здесь
памятник Марселине Деборд-Вальмор
в её родном городе Дуэ
Слава
Имя Деборд–Вальмор становится знаменитым. Сборники её стихов продаются не только в книжных лавках Парижа, но и в провинции. Уже в 1832 году скульптор Пьер Жан Давид (Давид из Анжера, а не знаменитый Луи Давид), задумав создать серию медальонов самых знаменитых современников, включает в неё изображение профиля Марселины.
Молодой начинающий издатель с большим будущим Шарпантье в 1833 году подписывает с ней контракт на издание сборника «Плач» с предисловием Александра Дюма и нескольких романов.
За сборник сказок для детей в стихах и прозе «Ангелы семьи» в 1850-м году Марселина Деборд-Вальмор удостаивается академической награды.
В 1854 году талантливый, но ещё мало кому известный фотограф Надар уговаривает 68-летнюю Марселину придти к нему в ателье, ибо фото знаменитой писательницы привлечёт к нему клиентов и принесёт удачу. Марселина по доброте душевной не может не помочь молодому человеку. На фотопортрете перед нами не прославленная дама высшего света, а пожилая многострадальная женщина, не утратившая своей доброты и внимания к людям.
(Вторично Надар запечатлеет Марселину уже на её смертном ложе. Но это случится ещё пять лет спустя).
Уход в бессмертие
И вот она, старая женщина, одна на свете. Бедность и и печаль обводят её тесный удел чёрной каймой. Одна последняя подруга осталась ещё у неё, и она пишет ей о тайне своего одиночества: «Вот послушай, сегодня я пошла в церковь и зажгла там восемь свечей, таких же бедных, как я сама. Эти свечи за восемь душ — за мою душу, за отца, мать, брат, сестёр и детей. Я видела, как огни горели и сгорали, и казалось мне, - я должна умереть. Скажу только тебе — это было посещением Бога... Я живу в невозможном. Ничего уже не знаю о действительной жизни, если только это жизнь. Дорогая моя душа, я могу только обнять тебя и набросать беспорядочно о том неизменном чувстве, которое привязывает меня к тебе...»
Но вскоре ей уже некому сказать задушевного слова: и эта, последняя подруга, опережает её.
Только к тому, кто не отвечает, но всё слышит, устремлены её сетования. Все стихи, что ещё напишет Марселина Деборд-Вальмор — это беседы с Богом. Она поднимает к небу залитое слезами лицо, чтобы не видеть больше земли, которая отняла у неё то, что было жизнью. Она уже давно простилась со всем.
Всем изумлениям моим пришёл конец.
Готова взмыть душа, со всем земным простившись.
Никому уже не нужна её бесконечная любовь, и поэтому она не видит смысла жить. Последние её стихи удалены ото всего земного и пронизаны
К 230-летию со дня рождения Марселины Деборд-Вальмор
Начало здесь
Рождение поэта
В 1818 году издатель Франсуа Луи предлагает Марселине издать однотомник всех её романсов и стихов, рассеянных по разным альбомам. Первый сборник, вышедший в 1819 году под названием «Элегии и романсы», имел большой успех у публики и у критиков. Так родился новый поэт – Марселина Деборд–Вальмор.
Король Луи-Филипп назначил ей пожизненную королевскую стипендию. Поэтесса была отмечена многими литературными премиями. Впоследствии вышли ещё несколько её поэтических сборников («Мария, элегии и романсы» («Marie, élégies et romances», 1819), «Элегии и новые стихи» («Élégies et poésies nouvelles», 1825), «Плачи» («Les pleurs», 1833), «Бедные цветы» («Pauvres fleurs», 1839), «Букеты и молитвы» («Bouquets et prières», 1843) и автобиографический роман «Мастерская художника» («L’atelier d’un peintre», 1833). Пользовались популярностью содержащая воспоминания детства повесть Деборд-Вальмор «Антильские бдения» («Les veillées des Antilles», vol. 1-2, 1821) и произведения для детей.
В молодости актриса, певица, выступавшая и в Париже, и по провинциальным городам, но покинувшая подмостки после замужества, Марселина Деборд-Вальмор потянулась к перу и бумаге как к отдушине в своём трудном семейном житье, заполненном хлопотами по хозяйству, переездами с места на место, болезнями родных, утратами детей. Но именно будничная непритязательность, милое чистосердечие ее исповеди кому-то очень близкому, родственнице или подруге, прозвучали разительно свежо посреди процветавшего в те годы трескучего велеречия, да и позже вспоминались как родниковое откровение.
В 20-е годы 19 столетия эти стихи стали известны и в России. Два тома 23-го и 25-го годов оказались на полках Пушкина. Критики пишут, что источником письма Татьяны к Онегину послужила одна из элегий Марселины:
Я, не видав тебя, уже была твоя.
Я родилась тебе обещанной заране.
При имени твоем как содрогнулась я!
Твоя душа меня окликнула в тумане.
Оно раздалось вдруг, и свет в очах погас;
Я долго слушала, и долго я молчала:
Нас в этот миг судьба таинственно венчала,
Как будто нарекли мне имя в первый раз.
Скажи, не чудо ли? Еще тебя не зная,
Я угадала в нем, кому обречена я,
Его узнала я и в голосе твоем,
Когда ты озарить пришел мой юный дом.
Услышав голос твой, я опустила веки;
Один безмолвный взгляд нас обручил навеки;
Тот взгляд с тем именем казались мне слиты,
И, не спросив о нем, я знала: это ты!
И с той поры мой слух им словно околдован,
Он покорен ему, к нему навеки прикован.
Я выражала им весь мир моей души;
Связав его с моим, я им клялась в тиши.
Оно мерещилось мне всюду, в дымке грезы,
И я роняла слезы.
Пленительной хвалой всегда окружено,
Светло увенчанным являлось мне оно.
Его писала я... Потом писать не стала
И мысленно его в улыбку
К 230-летию со дня рождения Марселины Деборд-Вальмор
Начало здесь
Покинутая
В тот день, когда возлюбленный её покинул, Марселина покидает Париж. Надеясь, что вдали легче перенесёт разлуку с ним, она бежит в Брюссель, где получает в Theatre de la Monnaie превосходный ангажемент.
Её искусство созрело в испытаниях. Лишь теперь она становится героиней. Её облик, когда-то умевший воплощать только детскую застенчивость, простодушие и робость, теперь трепещет чувственностью и страстью, её скорбный голос, отзываясь в глубинах сердца, приобрёл удивительную звучность, а произносимые стихи одушевляет мелодический ритм её поэзии.
Расставание с любимым – глубокая рана. Заглушить боль! Излить тоску в стихах, в письмах... Творчество – вот спасение. Она пишет письма возлюбленному ежедневно.
Стихи о разлуке, об одиночестве, воспоминания о счастливых днях, размышления о своей судьбе... Стихи она записывает в тетради, украшая их рисунками и засушенными цветами.
Оливье не отвечает на письма. Он холоден, равнодушен, жесток. Но она защищена своей любовью, и её оружие — прощение.
Я гибну, я нести не силах больше муку,
о дай мне в смертный час забыться в тишине.
Приди и положи безжалостную руку
на сердце мне.
Когда оно гореть устанет и бороться,
в тебе раскаянье уже не вспыхнет вновь;
ты скажешь: «Нежное, в нём больше не проснётся
его любовь».
Смотри: она из ран струится, иссякая.
Но ты без ужаса вглядись в мои черты;
Смерть у меня в груди, и всё же холодна я
не так, как ты.
Вынь сердце у меня, - подарок неценимый,
подарок женщины, прожившей страстный сон, -
и, разорвав его, ты в нём прочтёшь, любимый,
что ты прощён.
(«Прощение»)
Всё было бессильно перед факелом этой любви, который неугасимым огнём горел в её сердце всю жизнь.
Позже другой человек будет рядом с нею, она станет ему верной женой, но и в его объятиях вынуждена будет признаться: «Как забывают — неизвестно мне».
И спустя годы, уже старой женщиной, Марселина в иные минуты чувствует, что принадлежит не избранному ею мужу, а тому, созданному мечтой. Словно зарницами, мерцающими из тех далей, это очарование вновь и вновь озаряет её давно успокоенную жизнь. В пятьдесят лет, во время актёрских странствий с мужем по Италии, она испытает перед новыми местами одно лишь трепетное чувство: что 30 лет тому назад здесь звучали его шаги...
20 июня — 230 лет со дня рождения Марселины Деборд-Вальмор, крупнейшей поэтессы французского романтизма.
Марселина Деборд-Вальмор (1786–1859) прожила трудную, полную утрат, скитаний и каждодневных забот жизнь актрисы, поэта, жены неудачливого актера, матери многочисленного семейства. Но в этой жизни была и великая страсть, которой французская поэзия обязана проникновенной любовной исповедью. Боль неразделенного чувства, материнские тревоги и радости, живое сострадание к чужому горю, надежды на утешение в ином мире составляют содержание безыскусных, но отмеченных удивительной выразительностью и музыкальностью стихов этой поэтессы. Ей принадлежат поэтические сборники («Мария. Элегии и романсы», 1819; «Элегии и новые стихи», 1825; «Слезы», 1833), а также несколько популярных в свое время романов («Мастерская художника», 1833, и др.).
Поль Верлен назвал ее «единственной талантливой женщиной века и всех времен» и даже включил стихи Марселины Деборд-Вальмор в антологию «Проклятые поэты», опубликовав своё эссе о ней. Два томика поэтессы находились в библиотеке Пушкина, о ней писали Луи Арагон и Стефан Цвейг, ею интересовался Ницше, высоко ценили Волошин и Пастернак.
Имя Марселины Деборд-Вальмор заслуживает своего места и в памяти русскоязычных читателей, хотя бы потому, что её стихи читал Пушкин и одна из её элегий послужила моделью для пушкинского письма Татьяны к Онегину.
Хорошо знали её творчество и русские поэты-символисты. Пастернак в письме к Рильке (1926), желая познакомить поэта с творчеством Цветаевой, писал, что Марина для России – то же, что Марселина для Франции. А вот слова самой М. Цветаевой о глубинном родстве их душ:
В ЗЕРКАЛЕ КНИГИ
М. Д.-В.
Это сердце -- мое! Эти строки -- мои!
Ты живешь, ты во мне, Марселина!
Уж испуганный стих не молчит в забытьи,
И слезами растаяла льдина.
Мы вдвоем отдались, мы страдали вдвоём,
Мы, любя, полюбили на муку!
Та же скорбь нас пронзила и тем же копьём,
И на лбу утомленно-горячем своём
Я прохладную чувствую руку.
Я, лобзанья прося, получила копьё!
Я, как ты, не нашла властелина!..
Эти строки - мои! Это сердце - мое!
Кто же, ты или я — Марселина?
Позже Борис Пастернак в письме к Марине, вторично сравнивая её творчество с французской поэтессой, отдаст ей пальму первенства как поэту.
Во Франции стихи Марселины Деборд-Вальмор пользовались большой популярностью в 20-е – 30-е годы 19 века. Ею восхищались великие современники В. Гюго и его друг, знаменитый литературный критик Сент- Бёв, поэт Альфред де Виньи, Беранже, Бальзак, позже – Поль Верлен и Артюр Рембо. Композиторы М. Малибран, Ж. Бизе, С. Франк создавали песни и романсы на её стихи.
Фибула де Браганса
Брошь — это ювелирное украшение с историей, практически равной истории человечества. Впервые аналог броши стал известен в бронзовом веке, более 5 тысяч лет назад.
Шикарное бохо от латиноамериканского бренда Rapsodia

Уютный гламурно-элегантный мир Megan Hess
Megan Hess illustration

⊰✿ Красавицы в платьицах бохо ✿⊱
Давно делаю посты про текстильных кукол и заметила,что куклы становятся все красивее и красивее.Мастерицы шьют не просто куколок,а создают настоящие шедевры.К таким я отношу и этих очаровашек от Ариши.Эти куклы очень хорошо будут смотреться в интерьере в стиле шебби-шик.

Портрет балерины Анны Павловой - неизвестный художник.

Александр Евгеньевич Яковлев (1887-1938) Портрет Анны Павловой.
