"Победителей не судят" приведен пример умелой и, увы, эффективной травли на работе. Прошу ни в коем случае не воспринимать прочитанное как руководство к действиям против неудобного человека. Прочитать и задуматься. Вот и всё.

[показать]

[показать]

дом кирпичный, новый, с хорошей звукоизоляцией. Так какого ж дохлого дементора я отлично слышу все визги, вопли и истерики у соседей?!

Вместо пролога. И все- таки он позвонил.
- Я в порядке, - раздраженно откликнулась Анжела на испуганные расспросы мужа. – Сейчас выйду.

Но только она сделала шаг к двери туалета, как новый сильный спазм в желудке заставил женщину опрометью вернуться к унитазу. Выворачивало ее еще сильнее, чем в первую брачную ночь. Тогда Миллер увидела дряблый отвисший живот супруга, заплывшие волосатые ноги с варикозными венами и то, что у других называлось мужским достоинством. Поцелуй в щеку она еще стерпела, но с супружеским сексом вышел облом, потому что ее вырвало от отвращения к Саймону прямо на пол, едва любящий муж попытался ее обнять. Тогда она, попросив прощения, списала конфуз на недавние сильные стрессы, но эта ситуация стала повторяться из раза в раз, стоило ей оказаться с мужем в постели. Да что там постель, Анжела была вынуждена мчаться в туалет после простых объятий! Как, например, сегодня, когда избежать тесного контакта с супругом было невозможно. Этим вечером у них состоялся важный прием, а до него – интервью для нескольких крупных изданий и фотосессия с участием всех членов семьи. Народу собралось много, люди приехали даже из–за границы, разместились все, естественно, в доме у политика. Анжела почти три месяца морально подготавливала себя к предстоящим праздникам, специально составила очень плотный рабочий график, чтобы даже в Рождество и Новый год как можно реже бывать дома. Но ряда мероприятий, таких, как обязательная в семье мужа церемония обмена подарками, домашний бал и совместная поездка на очередной благотворительный прием, избежать она не могла. Как и отказаться от танцев в обнимку с Саймоном. Музыканты вдохновенно играли танго, хозяева и гости радостно кружились по залу. А Миллер в те минуты, когда приходилось крепко прижиматься к мужу, чувствуя и его реакцию на их близость, его похожий на подушку живот (не говоря уже о тошнотворном для нее запахе его парфюма), думала лишь о том, сколько времени ей удастся продержаться на этот раз. Вытерпеть смогла чуть больше часа, причем она вынуждена была не просто танцевать, но еще и пробовать предлагаемые блюда. Из рук мужа. После семидесяти пяти минут подобного веселья Анжела, придумав срочный телефонный звонок, ушла на третий этаж, где располагались ее с Саймоном супружеские апартаменты, швырнула вечернюю сумочку в угол комнаты, скинула туфли на высоких каблуках и бросилась к туалету. Да, сегодня ей снова повезло: до унитаза добежать она успела. И сейчас Анжела Миллер содрогалась всем телом в ставших привычными приступах неукротимой рвоты, прекращавшейся лишь, когда желудок полностью пустел.

- Черт бы забрал эти праздники, - она с трудом встала и направилась к умывальнику.

Макияж, пусть и жаль потраченного времени, придется смывать, ибо Миллер случайно размазала стрелку на левом веке. Румяна тоже пострадали. Прическу, чуть растрепавшуюся, пока она танцевала, также следовало обновить.

Анжела вынула средство для удаления косметики, взяла спонж и уже начала водить им по лицу, снимая краску, когда в дверь супружеской спальни постучали. Громкий голос Пирса Ниванса (интересно, за каким лысым дьяволом Эшли Грехем вечно настаивает именно на его кандидатуре, едва речь зайдет об охране) хлестнул ее по ушам взрывной волной:

- Сенатор, пятнадцать минут.

Значит, всего четверть часа. Полежать после приступа она не успеет. Времени у нее осталось на душ, повторное нанесение грима и перемену наряда. Анжела вернулась в спальню, где ее муж все еще изображал истукана, аккуратно выскользнула из кремового атласного платья и снова ушла в ванную. На душ потратила три минуты, за следующие семь управилась с надеванием другого, черного шелкового ансамбля (платье в пол с глубоким декольте на груди и спине, дополненное палантином) и приведением лица в безупречный вид. Как ни противно было признавать, но сегодня придется наложить гораздо больше грима, чем позволяет ее положение. А также надеть купленные Саймоном драгоценности.

- Сделай мне одолжение, дорогой, - стараясь говорить ласковым тоном, попросила Миллер. – Подожди снаружи. Помощь мне не нужна.

- Ты уверена?

Анжела ответила мужу изничтожающим взглядом и уставилась на свое отражение, заканчивая макияж.

- Абсолютно. И скажи своей дочери, что сегодня она обязана поехать с нами. На этот раз я не потерплю ее капризов.

- Минни уже ждет.

Анжела гневно оглянулась:

- Она не переоделась?

- Прости, любимая, - муж виновато заморгал, - не успеет.

Анжела швырнула кисточку для румян на туалетный столик:

- Опять. Сколько раз можно говорить об одном и том же?! Хорошо, если твоей дочери безразлична я, она презирает собственных родителей, но хотя бы о своей репутации она могла подумать? Не обижайся, Саймон, сегодня твой маленький бастард смахивает на одну из проституток в «Братстве волка». Но она член семьи сенатора и не имеет права разрешать себе подобные вольности.

Саймон жалобным голосом принялся оправдывать поступки дочери:

- Вечер тематический. Там же устраивают костюмированный бал, Читать далее...

Ступенька первая. 22 июня 2009 года. «Не подставляйся, милочка».
— Не ожидал от тебя, Анжела, подобной жестокости… — оторопело выдохнул Леон. — Ты же просто растоптала ее работу.

Они с Кеннеди сидели в ее рабочем кабинете, и пили вечерний чай, попутно обсуждая прошедший экзамен на получение сотрудниками «убойного отдела» профессиональных степеней. Крови на сей раз пролилось много: из десятерых претендентов только половине удалось доказать свое право на третью категорию, вторую, первую и высшую Анжела не дала никому, одну сотрудницу она вообще выгнала с защиты, поскольку девушка, вызубрив материал, не понимала его сути.

— Здесь нет никаких личных счетов, Леон, — ответила она, включая чайник еще раз. — Санса Ланнистер не заслужила ни степень, на которую она претендовала, ни права носить полицейскую форму. В нашей профессии недопустим дилетантизм. Санса отличная дочка политика, она красиво говорит, умеет выгодно подать себя и влиятельного папу, ладит с самыми злобными писаками, хорошо смотрится на фотографиях возле детей из приютов, когда занимается благотворительностью, но качеств, необходимых для работы в полиции, у нее нет. Она не компетентна. Что я ей и сказала.

— Да, причем публично, и в бестактной форме, — нахмурился Леон. — Твое мнение об аттестационном деле Сансы Ланнистер недопустимо высказывать даже наедине с соискателем степени. Извини, конечно. Будь на ее месте я, ты бы вела себя куда более деликатно.

— В случае с тобой мне бы не пришлось устраивать критический разбор твоей работы, — Анжела сейчас мечтала нежным прикосновением разгладить эту сердитую морщинку, пролегающую между густыми бровями мужчины. — Потому что ты, не в пример этой великосветской бесталанной дурочке, обладаешь всеми навыками, знаниями и умениями, необходимыми для офицера полиции. И не надо обвинять меня в трусости либо подлости, давая мне понять, что я жестко разговариваю только с теми, кто по умолчанию не может дать отпор. Или с кем я не нахожусь в дружеских отношениях.

— Ну — у - у, во- первых, ты зря считаешь меня безупречным, — фыркнул Леон, вспоминая свой первый и последний рабочий день в качестве полицейского. — Я не очень- то пунктуальная личность, госпожа начальник «убойного» отдела. Знаешь, почему я пережил Раккун — сити? Да проспал утром, прилично так опоздав. Это в первый- то день работы! Когда, наконец, я, весь в мыле, прибежал к месту службы, живых людей там уже не было. Пришлось срочно уделывать всех, кто хотел нами с Клэр, Шерри и Эйдой закусить, а потом рвать когти из города, пока его не сожгли напалмом к чертовой матери. Второе, дорогая моя Анжела — я вовсе не считаю тебя трусихой. Другие люди, наоборот, боятся трогать детей высокопоставленных родителей, всячески, перед ними заискивая и ища возможность заслужить их расположение. Ты же не даешь им спуску, привлекая к ответственности наряду с теми, у кого нет папы- президента или матушки- министра. В глазах правосудия у тебя все равны. И ты на редкость честный шеф, не позволяющий себе иметь фаворитов.

— Спасибо, Леон… — восхищенно выдохнула она, будто случайно трогая запястье собеседника.

— Всегда, пожалуйста, как любит отвечать Эйда, — Кеннеди не стал высвобождать руку. — Но ты, извини, ударилась в иную крайность. На примере Сансы я вижу, как ты не упускаешь случая доказать человеку из высшего общества, что он не представляет никакой ценности без папы и мамы. Он или она, по твоему мнению, ничтожество, если отнять у человека отца-президента и маму, работающую в министерстве на серьезной должности. Знаешь, почему Ингрид Ханниган носит девичью фамилию своей бабушки по отцовской линии и никогда не появляется на торжественных мероприятиях в Белом Доме, игнорируя даже рождественские приемы? Она дочь министра обороны. И ей до сих пор приходится терпеть выходки вроде тех, что позволила себе ты по отношению к Сансе. Поверь мне, очень трудно и жить, и работать, зная, что все твои достижения люди приписывают высокопоставленному папе, а в тебе видят только чью-то глупенькую дочку. Поэтому Ингрид пришлось сменить несколько мест службы, прежде чем она оказалась у нас. Ты вот упомянула умение Сансы общаться с журналистами, сказала, что дочка бывшего президента может выставить и себя, и других в выгодном положении, а также признала наличие у нее дара слова. Неужели тебе оказалось мало этих ее сильных качеств? Им нашлось бы применение в вашей пресс-службе, давно уже конфликтующей с репортерами.

— Ладно, Леон, — Анжела состроила покаянную рожицу, — признаю, я обошлась с Ланнистер несправедливо. Завтра же при всех сотрудниках попрошу прощения и предложу ей перевод в отдел по связям с общественностью.

— Поздно, — Леон встал. — Санса уже уволилась. Шеф ее заявление подписал, и отрабатывать она не станет.

— Детский сад, — Анжела тоже поднялась, чтобы проводить гостя. — Теперь ты видишь, что я не так уж и не права, когда речь заходит о сынках и дочках высокопоставленных родителей, выращенных в тепличных условиях и не умеющих держать удар?

— Вижу, но Читать далее...

За глупость надо платить.
- Добрый вечер, госпожа Миллер,- от тона Криса Рэдфилда веяло февральской вьюгой. - Влад уже на подготовке пресс- конференции. Вам придется подождать, потому что откладывать ее из - за вашего приезда мы не намерены.

Анжела бесстрашно встретила его враждебный взгляд:

- Благодарю, капитан Рэдфилд. Кстати, вам стоит хоть изредка пользоваться бритвой, сэр.

- Учту ваши пожелания, мадам,- дернул плечом щеголявший привычной трехдневной щетиной военный, и тут же потерял к ней всякий интерес.

Анжела двинулась по ярко освещенной дороге к стилизованному под готический замок элитному дому, выполнявшему тут роль офиса и гостиницы одновременно. Левое крыло Цепеши отдали под жилые помещения, в правом расположились собственно учебный центр, администрация и библиотека. А огромный, величиной со школьный стадион, холл, соединявший корпуса, выполнял, в зависимости от пожеланий хозяев, роль конференц-зала и танцплощадки. Был тут и кинотеатр, но сегодня он не мог вместить всех приехавших на «учебу». Впрочем, учебой данное мероприятие называли для удобства, на самом деле Цепеш проводил тут ролевые игры. Летом на военную тематику, зимой Влад имитировал различные техногенные катастрофы. Пять лет назад, когда Цепеш открыл свой «полигон», мало кто верил в успех такого начинания. Ну, какой подросток захочет проводить каникулы лето в казарме, выполняя приказы генеральского сыночка? И найдется ли та безумная девица, готовая променять веселые тусовки с подружками на «миссии спасателей»? Много было насмешек, подковырок и откровенных издевательств над идеей младшего Цепеша. Но уже после первого зимнего заезда, когда на Острове проводили эвакуацию из зоны военного конфликта, всем злопыхателям пришлось заткнуться. Во- первых, потому, что учеба выявила полную беспомощность курсантов и их неумение правильно реагировать на экстремальные ситуации. Влад весь месяц учил детишек оказывать доврачебную помощь, дал список жизненно важных лекарств, которые надо иметь в каждой домашней аптечке (иногда даже сумочке), терпеливо разъяснял правила поведения во время артобстрелов, уличных боев, собственно процесса эвакуации и захвата заложников. Много часов отдавалось теории: Цепеш лично читал лекции на тему гуманитарных катастроф, неизбежно возникающих в любой «горячей точке». Девушек, помимо прочих дисциплин, учили самообороне. Плюс все предметы общеобразовательной школы. Второе: обязательными условиями для получения путевки являлись отсутствие неудовлетворительных оценок (хотя бы в течение трех последних месяцев) и приводов в полицию. Некий статистик провел исследование и выяснил, что с тех пор, как Влад стал проводить «курсы боевой подготовки», показатели успеваемости в школах медленно, но уверенно поползли вверх, динамика подростковой преступности столь, же неуклонно снижалась. И третье: по окончании учений курсанту выдавался сертификат, дававший небольшое преимущество при поступлении в колледжи и университеты.

Торжественное открытие еще не началось, будущие курсанты стояли группами на посадочной полосе, ожидая прихода Влада. Анжела заметила в пестрой толпе и нескольких инвалидов, передвигавшихся на костылях и в креслах на колесиках.

- Конечно, как же ты без убогих…- шепнула себе под нос Миллер.

Пиарщик паршивый…

- Сенатор Миллер, рада вас видеть!- отвлекла Анжелу немолодая, но все еще очень стройная и привлекательная Синтия Ротрок.

- Добрый вечер, мэм,- ответила на рукопожатие дама- сенатор, от всей души надеясь, что выражение ее лица соответствует вежливому тону.

Матерь Божья, дай мне силы.… Скоро уже седьмой десяток бабе (мадам Ротрок), а она и сейчас отчаянно косит под шестнадцатилетнюю инженю - пипи, по меткому выражению мадам Донцовой. Волосы выкрашены в десяток кислотных цветов, глаза подведены настолько ярко, что кажутся нарисованными, платье почти полностью оголяет спину. Боже, самой- то не смешно? Ногти у нее по длине сравнялись с пальцами, на каждом запястье болтается по десятку браслетов, золотые серьги и колье к ним похожи на вериги… Господи - и - и…

- Сенатор!- к Анжеле стремительно приближалась еще одна «звезда первой десятки», бывшая супер - модель Кристанна Локен. – Какой приятный сюрприз, мадам, видеть вас на открытии учений.

- Рада встрече, дорогая моя!- сенатор Миллер пожала ей руку.- Приехали на церемонию открытия?

- Нет, я в числе курсантов, - кокетливо поправила сползающий палантин Кристанна.

- Тема учений известна?- изобразила вежливый интерес Анжела.

- Пожар в высотном здании. Эвакуация, тушение огня, помощь пострадавшим,- бодро отрапортовала Локен.- Начинаем завтра утром. Пока теория.

- Из голливудских гостей только вы и миссис Ротрок?

- Не - ет, Влад пригласил Маттиаса Хьюза, Марка Дакаскоса, Александра Невского, Люси Лоулесс, еще Оливер Грюнер должен через два дня приехать, - перечислила Локен.- И Тиа Каррере с Кари Тагавой будут работать. Тиа останется, как и мы, на все праздники.

О, да… Анжела сделала мысленный фейспалм, узнав, кого Цепеш Читать далее...

Ступенька вторая. Учись, пока есть шанс. Часть первая
Июнь 2009 - декабрь 2011.
Вернувшись в особняк семьи Кирби, Анжела, первым делом, быстро приняла душ и спустилась в гостиную, где её уже ждала жена капитана.

- Как прошли лекции, моя дорогая? – спросила миссис Кирби, садясь напротив.

- Хуже некуда, - честно нажаловалась Анжела. – Спасибо одному генеральскому сыночку. Забрал у меня путевку. Дал взамен другую, но сам факт меня убивает. Из-за Влада мне придется уехать раньше намеченного.

«Ну, вот, ты начинаешь тоже бессовестно врать, поздравляю, дорогая».
Миссис Кирби возмущенно выдохнула:

- Просто отвратительно! Что он о себе возомнил?! А ведь сын такого уважаемого человека!

Остаток ужина жена бывшего начальника ругала Влада самыми последними словами, а когда ей надоело сердито вещать в пространство, она позвонила старшему Цепешу и высказала свои соображения ему. Успокоившись, рассказала Анжеле о планах на завтрашний день:

- Мне привезут новые саженцы. Давай посадим их в оранжерее? С самого утра?

- Увы, не могу, - Анжела снова решила прикрыться Владом. – Я получила, назовем так, срочное задание. Придется поработать. Но я буду рада сходить в оранжерею вечером, миссис Кирби.

- Какое задание? – полюбопытствовала жена капитана.

- Надо поговорить с одним человеком, - обтекаемо ответила Миллер.

- А Влад сам разве не может? – супруга бывшего шефа цеплялась за любую возможность удержать Анжелу дома.

- Он занят, миссис Кирби, - Миллер уже хотелось выть от тупой настойчивости «свекрови». – Так что поеду я. Доброй ночи.

Саймона, на ее счастье, сегодня дома не было. Быстро поужинав и приняв душ, Анжела села за диссертацию. Но прежде чем начать работу над текстом, она связалась с Владом и предупредила о потенциальных неприятностях, которые могла доставить Цепешу миссис Кирби.

- Я в курсе ее болезни, капитан Миллер, – успокоил Влад. – Она уже успела разругаться с папой.

- Что конкретно сказала?

- Была взбешена тем, что я отнял у вас вашу путевку на учебу. Тут, конечно, моя вина, дорогая моя леди Анжела, - с чуть заметной издевкой выдал Влад. – А вот насчет преждевременного вашего отъезда по моей вине мы с папой не поняли. Ну, да Бог с нею, с женой вашего капитана.

- У нее начинается дикая паника, даже если кто – то просто уходит из дома на работу, - немного просветила Анжела. – После того, как ее сын в пять лет попал под машину, старшую дочь убил потерявший рассудок ветеран Вьетнама, а младшая Алиса без вести пропала еще до инцидента в Ракуне, миссис Кирби чувствует себя спокойно, лишь, когда все домашние заперты по своим комнатам и никуда без ее контроля не ходят. У нас каждое утро ругань и слезы по поводу куда, зачем и надолго ли. Она ежедневно пытается заставить меня остаться в особняке. А эти ее телефонные истерики с оскорблениями, когда она названивает и кричит на того, кто снял трубку.… Даже самых близких родственников умудрилась отвадить после исчезновения дочери. О коллегах, друзьях и знакомых уже молчу, они дом капитана за три квартала огибают, чтобы вечером не нарваться... Удивляюсь, почему я до сих пор терплю все ее идиотизмы и соглашаюсь приезжать к ней на Рождество, хотя могу праздновать его в более приятной компании, - здесь в ее памяти всплыло мужественное лицо Леона и хорошенькая мордашка Шерри. Биркин

- Иногда жизнь просто не оставляет нам выбора, - сочувственно ответил генеральский сыночек. – Уход от семьи Кирби будет предательством, вы на него не пойдете, капитан Миллер. От всей души вам сочувствую, мэм.

Ей померещилось, или в голосе Влада звучит уважение?

- Вы правы, не пойду, - закончила разговор Анжела. – Я сама когда – то приняла решение помогать их семье. А вы, майор, научитесь воспринимать крики миссис Кирби как плохую погоду. Вы же не станете злиться на ливень?

Повесив трубку, она шумно выдохнула. Чуть не попалась…

- Кто бы знал, как вы меня достали… - пробурчала Миллер, открывая начатый отчет. – Слава Богу, что хоть несколько часов от тебя отдохну, - эти слова относились уже к Саймону, который вел сегодня поздние лекции и практику до самого утра.

Боже мой, Боже мой, какую же глупость она сделала, начав дружить со сводной сестрой Саймона Алисой! В те счастливые годы, будучи старшеклассницей – отличницей, гордостью родителей и школы, старостой, Анжела считала своим долгом заботиться об отстающих учениках, подтягивая их по проблемным дисциплинам. Алиса Кирби была одной из таких вот унылых скучных «середнячков», портивших все показатели успеваемости в классе. Вроде бы девочка умная, и на каждом уроке старалась, но выше «троек» и редких, поставленных из чистой жалости «четверок» она не поднималась. Пообщавшись с нею в течение первой четверти, Миллер поняла, что проблема кроется в агрессивной гиперопеке и тотальном контроле, который Алиса испытывала со стороны своей матери. Жена капитана Кирби водила свою шестнадцатилетнюю дочь в школу за руку, сопровождала ее на переменах, когда ученики меняли кабинеты, а по окончании занятий Читать далее...

Новогодняя Ёлка

[показать]
Моя ёлка

[показать]

Что был непонятный глюк с Рутрекером. Перезагрузила комп, вроде работа наладилась. Вот и гадай теперь, в чем причина.
Кстати, Роскомсвобода всё же сумела обжаловать блокировку.

Какая оценка по географии была у сценариста?

Циник превзошёл себя. Честное слово, я все сорок восемь минут прорыдала.

несколько часов наступит Новый год. Многое хотелось бы сказать, но... Всё вернется. Закон бумеранга возвратит и необоснованные жалобы на меня, и ту халяву, и остальное, о чём говорить и по прошествии длительного срока тошнотворно.
Всё вернется.

Корпоратив - это зло.

Оказывается, что обыскивать мои сумки вовсе не есть оскорбление. Так ответила мне прокуратура. Блеск. Состав правонарушения отсутствует.
Если мне после нового фортеля нашего так называемого законодательства скажет, что в Россия правовое государство, я этого человека стукну по башке.
Подарок на Новый Год, что уж там.

Вигвам вам, а не субсидия. Формально она мне не положена. И плевать, что ставка 5 тысяч с копейками.

сегодня замечательную картинку по возвращении домой: очередной любитель дармовщинки нарвался на дядьку, не пустившего его в подъезд. Парень рассчитывал на меня, но и тут обломалось.

[показать]

Меня так не бесит, как обвинения в злопамятности и неумении прощать.

- Плыви, Анастази!
- А я что делаю, Драко!
- Сумасшедшая ведьма!
- Вернусь, превращу в крысу! Нет, я ее придушу!
Куда Франкат их отправила, он не знал. Радовало лишь то, что вода оказалась очень теплой.
Когда он вынырнул, фыркая и ошалело тряся головой, в глаза ему светило солнце. На небе ни облачка. Рядом послышалось недовольное бульканье и кто-то пропыхтел:
- Что, во имя Мерлина, происходит? Где мы? И что за корабль горит?
- Не знаю!
Драко огляделся. Горизонта не видно, куда плыть, неясно. Хотя нет, как раз куда направиться, ясно- подальше от пылающего судна. На боку корабля Драко прочитал «ТИТАНИК»(от автора- все права на название принадлежат их обладателям, я тока честно его сперла).
«ТИТАНИК» пока еще не тонул, вся корма погружена в воду, левый бок «Непотопляемого» лижут языки пламени. Не надо было прислушиваться, чтобы услышать крики о помощи и брань.
- Анастази, если он сейчас затонет, может нас притянуть за собой.
- Меня больше пугает огонь. Он не гаснет…- она еще раз обернулась.
- Плыви, плыви, мы должны добраться до берега…
- Смотри, остров! Но он далеко…
- Доберемся. Устанешь- я тебя буду держать.

Анастази плавать почти не умела, поэтому продвигались они медленно.
- Франкат обезумела, подумать только…
- Не трать силы, плыви молча, еще далеко…
На полпути к спасению (?) его невеста начала заметно сдавать. Малфой тоже уже напрягал последние силы, когда за их спинами послышался странный звук. Парочка оглянулась. Никогда Драко Малфой еще так не радовался виду тех, кого он называл грязнокровками.
- Эй, лови!- в них полетели два спасательных круга.
- Уильям?!- хоть одно знакомое лицо.
- Нет, я Чет. Уильям мой брат. А вы, очевидно, на «Титанике» Хеллоуин праздновали?- поинтересовался он, поднимая Драко на борт лодки.
- Ну-у-у-у-у… Я не знаю, что случилось.
- Я тебе скажу. «Титаник» затонул оттого, что какой-то умник приволок с собой напалм .
- Откуда вы знаете? Вы ведь не на корабле.
- Видишь, пламя в воде не гаснет? Так только напалм горит.
- Зачем его на «Титаник» привезли?
- *вырезано цензурой*, чего полегче спроси. Я того кретина лично придушу.
- Вас сбросило во время взрыва?
- Да.- лучше не вдаваться в подробности, откуда они на самом деле.
- Вам, ребята, еще повезло.
- Что это за остров?
- Учебная база спецназа.
Драко сейчас мечтал о двух вещах- узнать, что происходит в школе и надеть что-нибудь сухое. Его немного потрясывало, но не от холода. Он боялся спрашивать этих маглов, где они находятся. Ладно, разберемся.
В руки ему сунули кружку с дымящимся чаем.
- Сейчас на базу вас доставим, переоденетесь.
- Меня дома прибьют. Нет, нас обоих.
- Ну, дадут по шеям для порядка.- Чет сел рядом с Драко.- Что последнее помнишь?
- Как падаю в воду. И запах этот.
- Отдыхай.
Легко сказать- отдыхай. Что в Хогвартсе творится?!
********************************************************************
- Чего тебе, малявка?- Кребб раздраженно смотрел на испуганную первокурсницу.
- Т-тебя аврор з-зов-вет.
- Где?
- Идем, он ждет.
Девочка побежала по длинному коридору, Кребб- за ней. Привела его к классу прорицаний, созданных для Флоренца и сказала:
- Сюда.
- Эй, а ты чего не в гостиной своего факультета?- запоздало сообразил Винцент.- Почему …
- А, мистер Кребб… Мне нужна ваша помощь.
********************************************************************
«Тупица, даже не задумался, почему эта девчонка идет одна, когда все уже успели спрятаться. После первого потрясения они быстро отправили учеников в их гостиные. Идиотом жил и умер, как безмозглый боров»
Одно его не устраивало- от ножа Кребб увернулся, пришлось применить Авада Кедавра. Ну ничего, спишут на Франкат. И тем легче будет добраться до его родителей. Казнь состоится.
********************************************************************
Люциус Малфой, отгороженный от Рона ширмой, полулежал на кровати и пытался сохранять спокойствие. В числе погибших Драко нет. Он пропал. Грюм сказал, что юноша погнался за профессором Франкат и с тех пор, как они достигли антитрансгрессионного барьера, обо всех троих ничего не известно.
Он крепко сжал руку бледной от нервного напряжения Нарциссы и застонал от бессилия.
- Где он?
- Люциус, Драко жив. Если бы он уже погиб, я бы почувствовала. Не двигайся. Рана серьезная…
******************************************************************
«БЕСПРЕЦЕНДЕНТНОЕ НАПАДЕНИЕ В ШКОЛЕ ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА ХОГВАРТС!!!!!»
« Сегодня вечером было совершено беспрецендентное по жестокости нападение на учащихся в знаменитой школе Чародейства и Волшебства.
По крайней мере три студента погибли и пятеро считаются пропавшими без вести. О количестве раненых можно только догадываться.
Виновник чудовищного злодеяния- профессор магловедения Мелия Франкат, нанятая в школу по настоянию Корнелиуса Фаджа. Профессор Франкат заняла место Черити Бербидж, погибшей от руки Сами-Знаете-Кого.
Доподлинно известно то, что директор Хогвартса погиб по вине сына Читать далее...