Если вы можете, не теряйте головы, когда все вокруг вас теряют головы и обвиняют в этом вас.

Все мы знаем распространённую в Центральной Африке "сонную болезнь". Но надо понимать, что есть аналогичный недуг, поражающий душу, а не плоть - опасный недуг, поначалу никак не проявляющийся. Как только ты заметишь малейший признак равнодушия или отсутствия интереса к ближнему, бей тревогу! Единственный способ предотвратить эту болезнь - это понять, что душа страдает, и сильно страдает, когда мы принуждаем её скользить по поверхности. Душа любит красоту и глубину.

Отсутствие Жизни - это не Смерть. Смерти нет.

Отсутствие Жизни, которую мы жаждем, это просто Существование.

Опушка - и развилка двух дорог.
Я выбирал с великой неохотой,
Но выбрать сразу две никак не мог,
И просеку, которой пренебрег,
Глазами пробежал до поворота.
 
Вторая - та, которую избрал, -
Нетоптаной травою привлекала:
Примять ее - цель выше всех похвал,
Хоть тех, кто здесь когда-то путь пытал,
Она сама изрядно потоптала.
 
И обе выстилали шаг листвой -
И выбор, всю печаль его, смягчали.
Неизбранная, час пробьет и твой!
Но, помня, как извилист путь любой,
Я на развилку, знал, вернусь едва ли.
 
И если станет жить невмоготу,
Я вспомню давний выбор поневоле:
Развилка двух дорог - я выбрал ту,
Где путников обходишь за версту.
Все остальное не играет роли.

Тайна наших несчастий в том, что у нас слишком много досуга для того, чтобы размышлять о том, счастливы мы или нет.

- Бред, - согласился Ринальди, - но народу нравится. Если Эридани не покажет, кто в доме хозяин, лет через десять эсператисты попробуют нашу божественность на зуб.

- Пусть пробуют. Они узнают, что такое Сила Раканов.

- Ты и впрямь так думаешь? Тогда ответь мне, зачем потребовалось стаскивать старика Борраску с молодой жены и посылать за тридевять земель, если можно было вызвать Зверя? Зачем кормить прознатчиков и стражников, если достаточно посмотреть в зеркало или сжечь на подносе пучок травы?

- Раканы вправе использовать Силу, только если речь идёт о жизни и смерти Кэртианы.

- Ушедшие в Закат! Да будь у анаксов в самом деле великая власть, они бы пускали Силу в ход где надо и где не надо, а монахи и книжники объясняли бы, что без этого Кэртиана сгорит лиловым пламенем!

- Вы не боитесь одиночества?

- О, людей я боюсь ещё больше.

Она попросила отца, моего прадеда, твоего прапрапрадеда, купить ей голубку. А он купил ей косынку. Тогда она представила, что косынка - это голубка. Она даже убедила себя, что косынка умеет летать, но не летает, чтобы никто не узнал, кто она на самом деле. Вот как она любила своего отца.

Без этого дни проходили бы бесцельно, а жизнь без цели, как правило, приводит к деградации личности.

- Ясно-то оно ясно, - ответил Дик, покачав головой. - Но эти старики такой народ... Им нельзя доверяться, Фред. У меня есть тётушка в Дорсетшире, которая собиралась помереть, когда мне было восемь лет, да так и по сию пору всё собирается. Ведь это такие обманщики, такие зловредные люди! Никаких твёрдых устоев! На них ещё можно рассчитывать, Фред, когда в роду имеется предрасположение к апоплексии, но даже и в этом случае им ничего не стоит тебя надуть.

Нужно всего лишь немного ловкости... которой у меня никогда не было.

Алкоголь может вызывать опьянение и наготу.

- Как тебя звать?

- Джастин.

- Какое отвратительное имя, оно совсем не соответствует твоему будущему. Позволь мне крестить тебя, и теперь ты будешь зваться... Обед.

Возможно, он остался жив... Нет, теперь уже нет.

Библия была написана теми же людьми, которые думали, что Земля плоская.

- Вы ушиблись, мэм?

- Я умерла, сэр.

- Умерли? Ну что ж, я могу вам помочь?

- Женитесь на мне.

- Я бы с удовольствием, мэм, но, боюсь, у меня вывихнута лодыжка.

Я люблю детей, и если они, так недавно оставившие божью обитель, отвечают нам тем же, их любовью шутить нельзя.

Они считают, что наш мир слепил кто-то, кого они называют Создателем. Создал и ушёл куда-то, но когда-нибудь вернётся. Хороших наградит, плохих накажет. Хорошие - это, разумеется, те, кто слушает проповедников.

- Кто такой Линч? Ваш вожак?

- У нас нет вожака.

- Двое убитых, один раненый, а он в безопасности на берегу. Наверное, он и есть вожак.

Какое-то приятное ощущение безопасности, какое-то глубокое внутреннее успокоение, своего рода счастливое забытье успокаивают нервы человека, когда он поглощён порученным ему делом.