Еще неделю назад из окна автобуса видела под деревьями снег. Сыро, серо, мерзко, мёрзко... Казалось, конца этому не будет...
Но - выглянуло солнце и...
Представьте себе, представьте себе - ОНО ПОГОЛУБЕЛО! [700x393]
Всего то несколько теплых дней и...
«Ты что мне подсунуть решил, оголтелый? Я, может, старая, да из ума не выжила! Это же собачья конура, а не избушка! Да еще и облезлая вся, паршивая! Какой из нее амбар?» – «Мамой клянусь, свежий сруб, – потому и облезлая, что еще не перелиняла! Благодарить меня будете, что так дешево отдал. Через пару лет такой амбар будет – закачаешься!» – «Вот маме своей и продавай эту погань, ишь,объегорить решил? Да я в молодости таких как ты пачками в печи запекала, целиком глотала да косточки сплевывала!..»
– А ты чего? А ну кыш! Пошла отседова!
– Мир тебе, – ласково сказал Ангел, присаживаясь рядом с Котом на толстую ветку и стряхивая с неё снег.
– Привет, – Кот приоткрыл зелёный глаз, лениво оглядел Ангела и отвернулся.
Ангел спрятал под крыльями босые ноги и посмотрел вниз. Под ними лежал белый двор, полный смеха, визга, летающих снежков и скрипа шагов.
– Высоко ты забрался, – сказал Ангел, оценивая расстояние до земли.
– Зато сюда даже Сашкин снежок не долетит.
Ангел понимающе кивнул и подобрал опущенные крылья. Помолчали.
– А ты что, за моей старушкой явился? – не поворачивая головы, спросил Кот. Голос его был такой же ленивый, но Ангел сразу увидел, как сгустилась вокруг него боль и тревога.
– Нет, я ни за кем.
– А! – Облачко тревоги поредело. – Она каждый день говорит, что скоро Ангел её заберёт, - счёл нужным объяснить Кот. – Видно, другой прилетит…
Вопрос далеко не праздный. Вот смотрим интернет-статистику: на ЛиРу у меня 91 Френд плюс более 600 ПЧ; на ФБ - 136 Френдов; на ЖЖ тоже пара-тройка десятков... Все это люди разные, непохожие, каждый интересен по-своему. Но что мы знаем друг о друге? Кто мы друг для друга? Источник полезной информации? Интересный собеседник? Маска? Реальный человек?
О, как молодо водам под кистью твоей,
Как прохладно луне под спокойной рукой!..
Осиянный серебряной сенью кудрей,
Возникал в акварелях бессмертный покой.
Я всем телом хотела б впитаться туда,
Я забыла б свой облик за блик на песке.
Лёгкий след акварели, сухая вода,
Я пила бы на этом бумажном листке.