Вверх уплывает – в мир без тоски и боли,
К сырным холмам и долинам из колбасы
Кот мой тишайший, ласковый пух соболий,
Белое облако, розовый нос, усы…
Кто теперь будет мурлыкать всегда готов,
Лапой обнимет, когда я сижу, устав?
Господи, столько на небе Твоем котов!
С ними играй…
А мне моего оставь
Когда корпус подмоги далек и недосягаем,
Когда рвутся гранаты, и лёгкие крутит газ,
Остаётся любовь – это всё, чем располагаем.
Это то, что не выбить и не отобрать у нас.
Когда кажется – тщетны старания и попытки,
Оккупирован трон, заблокирован кабинет,
Остаётся любовь – это то, что у нас в избытке,
С чем нельзя проиграть.
То, чего у них просто нет.
Когда злобно закушены губы до брызгов алого
И глаза застилает багровая пелена –
Ось якими вони усі є – із палаючими очами
Не за Захід, не за Росію на морозі стоять ночами,
Бо тепер уже інша справа, не до заходу чи до сходу,
А – чи має людина право на нещасну свою свободу?
Бо під ранок невинні лóби їм скривавлюють так завзято;
Бо лихого царька холопи на Майдані їм роблять «свято»!
Бо людей не кийок калічить, а плювання з брудного рота.
Од того і збирали віче – без надії з ночі в суботу,
І стояли, і голосили – всі ті хлопчики та дівчата.
Просто більше не стало сили
все це бачити –
і мовчати.
Стих был написан 8.08.2008 года, во время атаки на Цхинвал.
О, Боже, ты, что за людей распят,
Скажи – лишь у тебя прошу ответа.
Мне интересно – как ночами спят,
Те, кто войну ведет из кабинета?
Кто знает, что единый их приказ –
И воздух полон дыма, смерти, пыли,
И кровь вокруг, и сотни детских глаз,
В которых взрывы навсегда застыли?
Я не пытаюсь спрашивать о том,
Зачем – за деньги? Стать мощнее, выше?
Мне просто интересно, как потом
Они своих детей целуют, дышат,
Едят и пьют, касаются жены,
И даже улыбаются, похоже,
И ночью (всё же) – спят, и видят сны,
И молятся Тебе, наверно, тоже?
Скажи мне! Я не против разобраться,
Ответом удостой меня своим!
О, Боже. Я прошу – пускай воздастся,
Пускай за их дела воздастся им.
Посвящается особо отличившимся интернациональным интернет-воинам диванных дивизий.21-09-2014 16:16
Посвящается особо отличившимся интернациональным интернет-воинам диванных дивизий.
+ + +
Никогда мы не будем братьями
С тем, кто сыпет в других проклятьями,
С тем, кто хочет повесить «сепара»
Или хлопца из «Правого Сектора».
Вы друг друга зовете гадами –
Бандерлогами, колорадами.
Вы – носители зла заразного,
Только флаги у вас цвета разного.
Вам не жмут еще доли лобные?
Вы безумные. Мы – беззлобные.
У вас войны в Сети анальные.
Вы садисты – а мы нормальные.
Вы другому желаете ужаса,
Мы поспорим – и снова подружимся.
Нам не надобно, чтоб осознаться бы,
Унижать чью-то речь или нацию.
Продолжайте, диванные рыцари!
Что желаешь – вернется сторицею.
Вам – проклятья и дым отечества,
Нам – нормальное человечество.
Однажды мы будем солдатами, когда время настанет скверное.
Я еще не уверен с датами. Это глупо звучит, наверное, – тут же вон, ребятня в песочнице, солнце в небе широколицее…Ты не думай, нет, мне не хочется, ни в окопы, ни на позиции; но ночами во сне мерещатся те убитыми, те – распятыми... Только мы одни, вроде, держимся – ведь однажды мы будем солдатами.
Молодыми, не очень… Разными. Кто-то трусом, а кто героем, намотаем портянки грязные, рассчитаемся, встанем строем, и от первого до десятого каждый выкрикнет свое имя.
Знай, однажды мы будем солдатами, я уверен, мы станем ими.
Мы расстанемся с играми детскими,
со дворами своими спокойными,
когда небо взорвется c треском и
вся земля запылает войнами…
И, смирившиеся с утратами, будут плакать по нам родители.
Однажды мы будем солдатами – с сигаретой в обшлаге кителя, с пневмонией, холерой, ранами, с похоронками и жетонами, с сапогами в грязи и рваными, и с молитвами, и со стонами, и с привычной бомбежкой утренней, с фотографией втрое сложенной, и с патроном в кармане внутреннем – тем одним, для себя отложенным, с челюстями до боли сжатыми, с отрешенным безумным взглядом... Однажды мы будем солдатами.
Спасибо, Господи, за зиму,
И за прошедшую весну.
За то, что я невыносимо
Вдруг полюбил свою страну.
За то, что близкие живые.
За то, что в этой смуте всей
По-настоящему впервые
Я стал ценить своих друзей.
За дни, когда святая вера
Из безнадёжности росла,
За сеющих добро без меры
Среди жестокости и зла.
За то, что лживые пророки
Победы не смогли достичь,
И – пусть за страшные – уроки,
Что посильнее всяких притч.
За тех, кто выстоял, рискуя,
Ни капли не прося взамен.
Спасибо, Боже, что живу я
Во время страшных перемен!
От благодарного куплета
В куплет надежды перейду:
Ведь я надеюсь – будет лето,
(Ну, хоть в каком-нибудь году)
И заблестят на солнце крыши,
И будет ласковым закат,
И зацветут цветы в покрышках
Уже ненужных баррикад.
И снова мирной будет площадь
И ярок звездный свет над ней,
И будет всё светлей и проще,
И ночь без зарева огней,
Рассвет, каштаны, Прорезная,
И в сквере песня соловья…
А будем живы ли – не знаю.
Всё воля, Господи, твоя.
- Шёл бы ты, брат, отсюда, покуда цел.
Дура война.
Помнишь, прадед был под Сталинградом, и
Фрица давил. Как мне память его предать?
Вы нас с позиций всё утро мочили «градами»,
Просто мы все – не люди для вас, видать.
Как вы нас – быдло, и ватники колорадские?
И с самолётов по городу… Не простим.
Знаешь, я сжёг в себе, братец, все чувства братские,
Этот процесс – он как выстрел, необратим.
- Дура война.
Знаешь, брат, были б сами рады мы
Не воевать, а на реку пойти – июль!
Вы нас с позиций всё утро мочили «градами»,
И разрывало воздух от ваших пуль.
Вы нас клеймили уродами и фашистами,
Срок приговор-исполнение – полчаса…
Падают оба в траву – лапами пушистыми
Тянутся
одуванчики
в небеса.
В этой войне
каждый правым считается вроде, ну?
Если очистить от телека нечистот –
Этот и этот пошли воевать за Родину,
Значит, они не отступят – ни тот, ни тот.
Синее небо июля стрижами вышито,
Стелется трассер разорванной бахромой.
Только вернитесь живыми, вы оба, слышите?
Просто вернитесь живыми скорей домой.
Не выросли крылья. Зато не сломают враги.
Крылатые люди, наверное, так одиноки.
Не выросли крылья. А выросли руки и ноги.
А значит, хватай и беги, хватай и беги.
Не выросли крылья. А значит, не надо про них.
Так много насущного: жизнь, должники, кредиторы.
Не выросли крылья. А значит, не гнёзда, а норы.
А значит, считай и храни, считай и храни.
Не выросли крылья. И есть миллионы причин.
Плевки эволюции, развитость прочих талантов.
Не выросли крылья. И нет никаких имплантантов.
А значит, сиди и молчи, сиди и молчи.
Страшный наркотик нашего поколения21-09-2014 15:01
Страшный наркотик нашего поколения
Это не опий, а потребление:
Пол-населения ставится на колени -
Новый мобильный ставится на поток…
Сидя в кафе с замечательным другом детства,
Ты комплексуешь [просто трындец],
Ведь если к его мобильнику приглядеться,
Там вокруг кнопочки - тоненький позолоченный ободок!
"Ну как?" - говоришь ты, стараясь не выдать дрожи,-
"Чем отличается? И почему дороже?"
Друг улыбается и говорит:" Хороший!
На десять процентов быстрее играть в пасьянс…
Ты не играешь, но чувствуешь - это важно!
И мысленно перетряхиваешь бумажник,
Крупную сумму выпрашиваешь у домашних,
А остальное - выискиваешь по друзьям.
И вот, у тебя мобильный последней марки!
Сразу в метро неохота читать Ремарка.
С новым девайсом ты смотришься круто, ярко -
Тоненький ободок отвечает - ты модный чел!
Выйдешь на станции. Встанешь на эскалатор,
Рыцарем света в сверкающих звонких латах…
А на обед в автомате закажешь "Латте"
И разогреешь два бургера в СВЧ!